Оружейник
Шрифт:
— М-да… Мне просто не верится, что настолько милое создание может быть настолько злым… И уж тем более не понимаю, почему она пользуется такой вседозволенностью.
— Так вышло. Покойный король был редкий добряк, вот и подобрал бедолагу. Да и потом, лет уже триста, как дроу в Арлансии не показывались, так что ненависть к ним постепенно превратилась в страшилки для малышей. Люди рассказывают детям, что ночью дроу выходят из-под земли, и если услышат плач — забираются в дом, хватают непослушное чадо и уволакивают под землю. К слову, это правда. Единственная причина, по которой они выходят на поверхность — устроить резню эльфам на потеху своей богине.
В общем,
Но десять лет назад покойного короля отравили, и Роктис его буквально с того света вытащила, хотя все лекари и маги говорили, что все безнадежно. Вот с тех пор она в фаворе стала. А принцу Валленделу тогда было только тринадцать, и отца он очень любил. Ну и на радостях понаобещал ей очень много чего, теперь приходится выполнять обещания, хотя он и тогда Роктис боялся. А теперь уже привык кое-как.
Проблема в том, что Роктис феноменально умная, даже по нашим меркам. Сумела понять, что такое благодарность. Вообще говоря, дроу этого лишены напрочь. Неважно, как часто и как сильно слуга помогал своему господину, когда он становится бесполезным — от слуги избавляются. В лучшем случае просто прогоняют. В голову обычного дроу в принципе не укладывается понимание причин, из-за которых человек может сторицей платить за одну-единственную услугу, оказанную много лет назад, но Роктис — поняла. А дальше все просто. Стоило ей осознать свою неприкасаемость… В общем, из очень вежливой и почтительной со всеми без исключения, изо всех сил старающейся быть полезной, Роктис превратилась в то, что Валлендел теперь называет «гребаной сукой». Было дело, старого короля критиковали за то, что пригрел во дворце «темную ведьму», король как-то рассердился и пообещал за такие речи зашить болтунам рот. Вот тут-то Роктис и пошла вразнос, поняв, что ей теперь плевать на всех, кроме, ясное дело, короля.
— Она мне угрожала отрезать уши и еще намекала, что и убить может.
Йонгас мрачно фыркнул:
— Скажем так, Роктис слишком умна для этого. Как бы нагло себя ни вела, она прекрасно знает, до каких пределов может злоупотреблять королевской милостью без риска лишиться оной. Всячески форсить — это само собой, а вот рисковать, испытывая королевский фавор на прочность, Роктис не станет.
— Все равно я не понимаю, как можно доверять тому, для кого ложь, коварство и предательство — норма…
— А вот тут все предельно просто. С дроу во многом легко иметь дело, потому что при всем своем коварстве они очень предсказуемы. Выгода и статус. Ради собственной выгоды дроу не только пойдет на любое преступление. Он будет держать слово, выполнять обещания, откажется от мести, простит любое оскорбление, словом, будет делать все, что угодно — если это выгодно. С дроу всегда можно договориться, от него всегда можно откупиться. Роктис можно доверять всецело по той лишь причине, что больше ей некуда деваться. Ее больше не примут ни в одном месте на белом свете. В определенном понимании, Роктис достигла мечты любого дроу: у нее могущественный покровитель, выше которого никого нет, и потому она, со своей извращенной точки зрения, вторая в королевстве после короля, так как зависит только от него и никому больше неподвластна. Где еще она займет такое положение? Нигде. Потому она королю — почти что самый верный сторонник. Кстати, нам вот в эту дверь и мы
Кадиас, тот самый седоусый кузнец, уже ждал там. Данила поздоровался с ним, сразу же послал дежурившего у двери слугу в свою комнату за чертежными принадлежностями, стволом и оправкой и, когда все было доставлено, положил на стол перед Кадиасом лист бумаги.
— Вот что надо сделать, — сказал он, чертя схему. — Во-первых, ствол пройти разверткой, чтобы канал был идеально ровный и гладкий. Затем вот здесь, с торца, надо нарезать внутреннюю резьбу покрупнее и сделать винт-заглушку с ручками, чтобы можно было легко отвинчивать и завинчивать, а сам винт должен держаться очень туго. Вот тут, сверху, надо просверлить отверстие. Затем ствол следует закрепить на специальном станке, вроде треноги вот такой. Когда это будет сделано, мы сможем испытать и прочность стали, и силу пороха. И если испытания пройдут успешно — начнем делать оружие. А еще надо сделать свинцовых шариков точно по размеру канала ствола, но на толщину волоса меньше, и банник, такую щетку для прочистки ствола. Сколько времени на это потребуется?
Кузнец внимательно рассмотрел чертеж.
— К вечеру управлюсь. Отправлю помощника к литейщикам, чтобы шарики отлили, а щетку эту скорнякам поручу сделать.
— Вот и отлично. Вечером мы будем знать, на что рассчитывать.
Как только он ушел, Йонгас повернулся к Даниле:
— И что дальше? Кто еще нужен из мастеров?
— Литейщики.
— Будет через десять минут.
Эльф справился быстро: нужный министр, хорошо одетый толстяк со следами ожогов на щеке, появился очень быстро.
— Это министр Радвэн, а это — мастер-оружейник Данила, — коротко представил их друг другу Йонгас.
— Итак, министр Радвэн. Необходимо, чтобы ваша гильдия приступила к изготовлению вот таких пустотелых шаров, и тут вот дырочка. Их надо отливать из чугуна, и чтобы стенки были как можно тоньше, но сам шар должен быть достаточно крепким.
Данила набросал схему, задал размеры и, вспомнив про Гаскулла, дорисовал шар побольше.
Литейщик изучил схему и спросил:
— Сколько их надо? Два?
— Сотни поначалу. А потом — тысячи. Много-много тысяч.
Тот с сомнением почесал подбородок.
— Проблематично. Чтобы отлить один шар, надо сделать вначале специальный глиняный шар-наполнитель, на нем отлить чугунный и потом через дырочку размельчить и выковырять глину…
— Можно сделать проще. Отливаете отдельно полушария. Затем спаиваете вместе.
— Хм… Отличная идея. У нас уйдет денька два на изготовление формы, чтобы сразу отливать по десятку полушарий, а потом… Потом мы сможем делать их в день хоть по сто штук. Или даже больше, если сделаем форму побольше… или больше форм. Проблема только в материале. У нас чугуна-то маловато будет, король требует сталь на оружие и доспехи, все железо на сталь идет, и самого железа у нас все меньше, сегодня отольем партию заготовок на оружие и партию на доспехи — и почти ничего не останется.
— Новый караван из шахт придет дня через два, — сказал Йонгас.
— Значит, на доспехи не лейте, — решил Данила, — оружейная сталь может понадобиться мне прямо завтра, а на доспехи тратить не нужно. Лейте шары.
— Король приказал — лить на доспехи. Мне пока жить не надоело.
— Тогда идем к королю прямо сейчас и он изменит свой приказ.
Йонгас приподнял бровь:
— Не уверен, что идея хорошая… Но ладно. Поглядим.
Валлендел как раз что-то обсуждал с несколькими дворянами, двое в доспехах, остальные в шелках и бархатах, но тоже видно, что люди военные.