Орки
Шрифт:
На самом гребне стены пытались удержаться с полдесятка Сыновей с группой копейщиков Храма. На них наседали опомнившиеся воины Урты, вспомнившие, чему их учили, и теперь мерно давившие на них плотной стеной щитов и копий. Орали десятники, орали орки по обе стороны боя, мерно выли песню смерти Сыновья, размахивая макуатлями, визжали и стонали раненые. В это месиво целенаправленно протискивался Урта с десятков своих воинов. Сейчас стало заметным превосходство в вооружении воинов Урты. Крепкие щиты достаточно уверенно держали один-два удара макуатля и копья с каменным наконечником, а стальные копья в ответ уверенно пробивали костяную броню Сыновей.
Вбив очередному Младшему сыну, утыканному стрелами и с трудом ворочающего мечом, копье в бок, Урта обернулся на громкий свист. На повозке за спиной, встав на плечи своих лучниц, ему отчаянно махала руками Таур, указывая в сторону и злобно скалясь. Воткнув копье в помост и как по шесту с его помощью вскочив на плечи своих болотников, Урта заскрипел зубами. Вдоль ограды из темноты на них молча бежала плотная группа чужих, сбившись и щетинясь копьями.
Зарычав, он устало взмахнул копьем и тяжело спрыгнул с залитого кровью помоста ограды. За ним, шипя и ругаясь, посыпались на землю остальные воины. Под ногами ползали и бились в судорогах раненые и умирающие, земля размокла от крови, и ноги, уставшие за эту длинную ночь, дрожали и скользили.
Перехватив поудобнее копье, он с трудом поднял побитый щит, вышел вперед. Мимо него несколько щенков протащили на пологе от фургона вглубь лагеря мертво свесившую голову через край Рыжую. К нему подошла Таур и, уперевшись руками в колени, несколько минут постояла, пытаясь отдышаться. Приподняв голову, прохрипела сорванным голосом.
– Все, у меня по паре стрел на каждую, потом в ножи.
– Сейчас щенки что-нибудь надергают, будет чем вам стрелять.
Противник разглядев поле сражения, остановился в нерешительности. Были слышны команды, но орки не шли, со страхом разглядывая в рассветных сумерках картину смерти у ограды.
Видя такое, орки Урты приободрились и под команды уцелевших десятников неторопливо сбивали строй копейщиков.
– Ты лучше своих лучниц на ограду загони. Поле присмотрят и нам помогут.
Таур со стоном распрямилась и, кивнув ему, пошла в сторону. Урта почувствовал, как к нему придвинулись воины, и, выдохнув, медленно пошел вперед, поводя плечами и мысленно сетуя на такое неподъемное оружие. Ему навстречу качнулись и пошли плотные шеренги врагов. Теперь все не спешили, а сходились не торопясь и осторожничая. Не дойдя последних пять шагов оба строя замерли в молчании, сверкая глазами из-за щитов. Урта медленно проталкивался вперед, отталкивая щитом порыкивающих орков.
С той стороны также протолкался Старший орков Бооргуза. Сейчас уже все увидели, что это в строю напротив стоят Стражи рода Лау. Вышедший вперед воин не успел открыть свое лицо, когда в их строй со стороны лагеря с криком вломилась вооруженная дрекольем толпа людей. Опешивший на мгновение Урта, успел разглядеть в первой шеренге оскалившегося Воина и что-то орущего Купца. Заоравшие от восторга орки у него за спиной толкнули его в спину и все вместе они вломились в дрогнущий строй воинов Лау. Сопротивления они почти не оказали и бросились бежать, слабо отбиваясь и бросая оружие. Добив самых неуклюжих, воины остановились на ограде, провожая хриплым улюлюканьем убегающие в темноту поля спины Лау.
С трудом спустившийся с ограды Урта махнул рукой стоящему неподалеку Воину и сел на землю у колеса фургона. Подошедший к нему Воин пристукнул древком трофейного
– Выручили, от всех нас благодарность вам.
– У нас сейчас враг общий, так что не нужны нам благодарности.
– Общий, а как рассветет, мы снова враги?
Урта все также сидя на земле, снизу вверх заглянул в глаза Воину, и в них прочитав ответ, продолжил.
– Вижу что так, тогда предупреждаю, попытаетесь мешаться, вырежем всех. Вернется Вождь, он все о нас всех решит, а пока ждем. Могу предложить договор, временный. О защите от врага. Вместе.
Помедлив, Воин переступил и кивнув, ответил.
– Да, я согласен. До прихода вашего Вождя мы воюем вместе.
Глава 2
В один из дней у орков началась какая-то суета. Как выяснила Ирука у Та, это поймали воров. Наказание за такое обычно при поимке быстрое, но десятник решил, что пусть их судьбу Вождь решает.
Воров десятник решил отправить к Вождю утром, так и сделал. Двое воров под охраной двух стражей утром прошли по улице и вскоре скрылись в лесу за околицей. День шел по заведенному издавна порядку, большая часть жителей работала на полях, когда Ирука подняла голову и прислушалась к себе. Постояв в неподвижности, она резко побледнела и, открыв глаза, кинулась к отцу. Тот, остановив лошадь, молча ждал ее. Подбежав к нему и вцепившись в его руку, она прошептала трясущимися губами.
– Беда, - после чего, закатив глаза, мягко осела на землю. Одновременно неподалеку раздался крик. С соседнего участка, люди, крича, указывали на поднимающийся из-за леса столб дыма на месте поселка. Не сговариваясь, все кинулись в сторону своих домов. Отец Ируки выпряг лошадь и, вскочив на нее, помчался впереди всех, поручив Ируку старшим братьям.
Через полчаса трясучего, неуклюжего галопа непривычной к такому лошади, он домчался до околицы. Поселок полыхал, в дыму с криками метались неясные тени. У поселковой ограды на дороге, в тележной колее, уткнувшись лицом в лужу темной крови, ничком лежал орк в их травяном плаще. Лошадь, захрапев, начала упираться и встала. Спрыгнув с нее, он вбежал в дым и, почти ничего не видя, пошел в сторону своего дома. От жара его волосы трещали и сворачивались, прикрывая лицо руками, он пробился к ограде своей усадьбы и замер.
Его дом горел высоким столбом багрового пламени, пронизанного черными полосами жирного дыма. Остальные постройки тоже ярко полыхали. Закрываясь от жара руками, он раз за разом, крича, кашляя и захлебываясь от дыма, пытался подойти ближе. Разглядеть или дозваться своих родных. Подходил и откатывался от нестерпимого жара. В очередной раз отойдя, проведя рукой по опухающему лицу, смахнул с него брови, усы и всю растительность. Немного отдышавшись и прокашлявшись, замер, прислушиваясь. Повертев головой, увидел в десятке шагов от себя неясные от дыма силуэты орков в их широкополых шляпах. Встал на подкашивающиеся ноги и пошел к ним, выкрикивая осипшим голосом заученные слова их языка. Подойдя ближе, остановился, сквозь слезы из разъеденных дымом глаз, пытаясь понять, кто это. Вышедший вперед орк, повыше остальных, обошел его, разглядывая и что-то бормоча, потом остановился и что-то невнятно спросил.