Орион взойдет
Шрифт:
Древние города в Западной Юропе грабили не один век. И хотя Иерн слыхал, что эта женщина путешествовала на восток, он сомневался в том, что там еще можно было что-нибудь отыскать. Не одно уже поколение племена не привозили подобного товара в места обмена.
Так что же делали иноземцы в Домене? Плик предполагал, что их привел сюда скорее политический интерес, об этом отчасти говорил и собственный опыт Иерна, однако он мог ошибиться. Более того, все, что аэроген знал о Союзе – на удивление мало, как он только что осознал – не позволяло ему четко различить общественные и частные
Возбуждение улеглось. Иерну предстояло долгое одиночество, в незнакомой земле, посреди чужого народа.
– Можно мне спросить кое о чем? – протоворил он. – Не отвечайте, если, на ваш взгляд, этого лучше не делать.
– Ну что ж, приступим. – Роника вновь улыбнулась ему и, потянувшись, прикоснулась к руке… ее ладонь была твердой и теплой. Ниже закатанных рукавов рубашки солнечный свет золотил крошечные волоски.
Он понял, что вот-вот позабудет обо всем на свете. – Как я понимаю, вам порядком досталось. Давайте расслабимся. Я хочу выслушать вашу историю!
– С удовольствием… впрочем, не особым в моей ситуации, но… кстати, правильно ли я догадался относительно того, что дозаправка будет в Красной?
– Да, – насторожился Микли. – И будем надеяться, что противник не вычислит того же.
– Противник?
– Маураи, а кто же они? – огрызнулась Роника. – Если они догонят нас, поедем прямо в землю.
– Зачем им сбивать нас? – возразил Микли. – С какой стати? Конечно, они заметят, что мы с тобой не вернулись в Кемпер, и заключат, что я закончил свои грязные дела, а ты повезла меня домой. Но каковы бы ни были мои злодеяния, я с ними покончил, а для любых отчетов, конечно же, предусмотрел различные способы отправки. К тому же мы окажемся в Сиэттле еще до того, как корабль вернется в порт Кемпера. Тратиться на розыски – нет смысла. Кроме того, каким образом они могут выйти на наше уютное заведение в Красной?
Иерн откашлялся, напрягаясь всем телом. Ток пробежал по его нервам.
– Ваши слова, – выдохнул он, – доказывают, что и вы, и они являлись секретными агентами в Домене…
– Не о чем спорить, – непринужденно ответил Микли, запалив сигарету.
Почуяв запах табака, Ролика сморщила нос и чуть опустила окно.
Холодный воздух, дунувший внутрь, чуть успокоил Иерна, как и ее слова:
– А поговорить можно. Наши действия не были направлены против вашей страны. Наши враги – маураи.
– Так что вы у нас делали? – осмелился бросить он вызов.
– Занимались собственными делами! Микли, давай ты…
– Ей сообщали только минимум необходимого, – сказал северянин. – Обычная предосторожность среди разведывательных служб. Я, например, в основном занимался сбором информации, в частности, относительно действий маураев в Юропе. Кроме того, я надеялся навести кое-кого из ваших лидеров на мысли о тесном сотрудничестве с Федерацией…
Хотелось пробудить в них некоторые сомнения. Могу вас заверить: все, что плохо для Домена, столь же скверно и для Союза.
– Был ли неожиданностью для вас заговор Джовейна? – строго спросил Нерп.
– О Боже! Конечно же. Он не сулит нам ничего хорошего: Капитан Джовейн будет поддерживать геанство, настроенное
– Но, быть может, вы сумеете что-то противопоставить ему? – Роника бросила на Иерна взгляд сперва удивленный, а потом ставший задумчивым.
– Но тем не менее, – продолжил глава Клана Таленсов, – вы направляетесь в Красную, к геанцам..
– Ну, это другое дело. Разве вы не слыхали? Войны с монгами окончены, – сказал Микли с легким сарказмом. – Их государства и Северо-Западный Союз поддерживают корректные отношеиия, пусть и без особого восторга.
Действительно, Юань – самая большая и самая сильная держава – единственная среди них все еще обладающая известным весом. Но Красная больше не встревает ни в какие авантюры. Она стала миролюбивой просто до застенчивости.
– Что вы имеете в виду?
– Некий полк – реджимент, как бы вы сказали – в Красной имеет собственное летное поле в довольно укромном уголке. Его командир готов помогать летчикам Союза, которые посещают эти края. Мы заключили договор, разрешающий нам каждый год совершать ограниченное число полетов над территорией монгов. Маураи, конечно, знают об этом, но – я рассчитываю – не догадываются ни об этом аэродроме, ни о стремлении его хозяев сотрудничать с нами. Наши пилоты не часто бывают там. Рты своим офицерам он затыкает деньгами. Потом, с чего бы вдруг им протестовать против наших полетов? Обычно мы там дозаправлялись во время исследовательских полетов на дикий восток и юг.
«Каких исследовательских полетов, чего там можно искать?» – подумал Керн.
Роника сама ответила на возникший в его голове вопрос:
– Нет, я там не бывала. Обычно я брожу в других местах. А теперь захотела побывать в Юропе, но… Кстати, что мы там будем делать, Микли? Как охраним груз от любопытных? Останемся у самолета?
– Нет, гостеприимные хозяева отказ примут за оскорбление. Утром – можешь не сомневаться – пломбы на наших корзинах останутся целыми, – сказал ее спутник. – Во-первых, командир не захочет расстаться с источником побочного дохода, да и зачем ему надо, чтобы обо всем узнали наверху?
– Отлично! Неплохо будет полежать вечерком. – Роника крутнула локтями, вновь всколыхнув сердце Иерна. Он почувствовал известное облегчение: вокруг были если не друзья, то хотя бы люди доброжелательные.
Девушка внимательно посмотрела на него.
– Ты, должно быть, валишься с ног, – проговорила она. – Ну что ж, перекусим, а потом можешь поспать. Но когда проснешься, поговорим о тебе.
Иерн кивнул. Голова его уже начинала тяжелеть и глаза слипались.
– Я положила сандвичи и бутылку вина в ту красную сумку. Рядом с тобой, Микли, – продолжала она. – Но сперва мне надо пописать. – Она отстегнулась. – Дай сюда горшок, слышишь? Черт, почему у нас нет никакого укромного уголка… впрочем, какая разница? Если подобная распущенность с моей стороны шокирует вас, Иерн Ферлей, прошу отвернуться на пару минут.