Орион взойдет
Шрифт:
Джори не дрогнула. Иерн бросился следом. Она опережала его… было просто удивительно, что женщина с таким животом могла бежать так быстро, безусловно, она первой доберется до сигнала тревоги…
Прозвучал третий выстрел. Череп Джори лопнул, разбрызгивая кровь и мозги. Тело ее повалилось вперед, дергаясь руками и ногами, и замерло возле пульта. Натекла кровь… отвратительно алой лужицей.
Колени отказали Иерну: он пал на них и попытался прийти в себя. Клочья тьмы проплывали перед глазами, в голове гудело. Он ощутил, что Роника склонилась возле него… прижалась.
– С
Усилием воли он обрел полное сознание.
– Это ты застрелила ее? («Если она, что тогда?») – Нет, – ответил Ваироа. Стоя над покорно лежащим Далтом смуглым воплощением Смерти, в темной маске на глазах и тигровом колпаке, он отвечал негромко и ровно:
– Это сделал я. В ее решимости трудно сомневаться. Ранение не остановило бы ее, учитывая количество адреналина в крови.
– Я… не могла бы… сделать это, – проговорила Роника. Слезы текли из ее зеленых глаз.
– Женщина и нерожденный ребенок, – рычал в гневе Далт. – Теперь ты довольна, предательница?
«Ребенок еще жив, – промелькнуло в голове Иерна. – Сколько же он будет умирать? Можно ли его спасти? Нет, я запрещаю себе думать об этом».
– Она поставила бы под угрозу все наше дело, – объявил Ваироа, сохраняя полное бесстрастие. – Орион взойдет, но чтобы погубить тех, кто делает ядерное оружие.
Далт икнул.
– Я не сказала, что осуждаю тебя, – печально произнесла Роника. – И не горжусь тем, что не смогла бы поступить так, как ты. – Она поднялась и помогла Иерну встать. – Пошли, дорогой. Незачем терять время.
«Мы делаем то, что должны; то, что должны; то, что должны». Напев этот звучал в его голове, пока они связывали Далта и затыкали ему рот, а потом оттаскивали пленника подальше от двери. Дела позволили аэрогену отогнать мысли о случившемся. Он будет плакать потом, коща придет время. Ваироа стал на страже, Роника отодвинула убитую в сторону, сложила ее руки на груди, прикрыла изуродованное лицо полотенцем, взятым из туалета, тряпкой затерла самые откровенные следы.
Тем временем Иерн закончил свое дело. И подойдя к Ваироа, выдавил, ощущая, как механически выступают слова:
– Мы не может откладывать. Мне нужно показать тебе все, что ты должен будешь сделать.
– А выстрелы могли услышать? – спросил маурай.
– Едва ли, – «благословенны технические подробности». – Мы находимся на верху шахты высотой в сто один метр; все здесь предусмотрено, чтобы поглотить звук и радиоактивные осадки в случае несчастья. Однако мы не знаем, когда они закончат свое собрание. Сейчас Микли наслаждается собой, сеет семена своей будущей политической карьеры, но есть и другие дела, о которых он должен заботиться.
Иерн отвел Ваироа к балкону, холодный бриз, шепча, поднимался из глубин шахты. Шелест вентиляторов и пульс насосов таяли где-то вдали.
Тьма уходила глубоко вниз, во мраке далеко мерцали разнесенные светлячки фонарей; наконец все оканчивалось белым каскадом света. Там располагался корабль. Сверху он казался небольшим… роскошный самоцвет, запутавшийся в паутине мостков. Ну а над головой через какие-то
Иерн указал вверх.
– Эти ворота, – сказал он, – не просто створки, а сложная машина.
Выдержать силы, которые выпускает на волю Орион, она может только за счет чрезвычайной прочности и синхронной работы. Но сами створки даже не вздрогнут при прямом попадании обычной бомбы. Вот пульт управления сервомоторами, передвигающими комплекс. Сперва они открывают внешнюю диафрагму – со всем камуфляжем. Следом срабатывает внутренняя заслонка, открывая путь кораблю. Первый взрыв поднимает его в небо, а яма для радиоактивных продуктов на дне и встроенные в стену баки с растворителями поглощают все опасные вещества.
– Весьма достойное внимания достижение, – заметил Ваироа, – Конечно, большую часть энергии огненного шара поглощает аблирующий слой, но ты, без сомнения, изучал устройство шахты… ты изучаешь все.
Дальше корабль летит по инерции. Точная траектория обеспечивается магнитными полями, создаваемыми сверхпроводящими катушками, окружающими шахту под оболочкой. Они включаются после открытия портала. Ворота не успевают закрыться, до того как в атмосфере произойдет второй взрыв – временной интервал невелик – но высотный взрыв уже не может повредить установку, в частности потому, что будет слабее. Но о нем уже речи нет; твоя работа заканчивается, когда ты откроешь портал, и я выведу корабль наружу.
– Я никогда не понимал, зачем ворота открываются автономно, – недоумевал Ваироа. – Почему нельзя сделать это из центра управления полетом?
– Существует комплекс причин: скажем, децентрализация управления и упрощение обороны. Кроме того, так экономнее: меньше электроники – проще конструкция. Ведь весь Орион – азартная попытка без настоящей базы, просто с горсткой ресурсов, которые приходилось возобновлять самыми непритязательными способами… Кстати, почему мы еще болтаем? – отрезал Иерн. Он направился назад. – Действуй, – объявил аэроген. – Когда портал открывается, наблюдатель, выйдя на балкон в последнюю минуту перед запуском, проверяет условия, в особенности состояние коварной погоды. А затем вся бригада оставляет позицию и закрывает за собой эту тяжелую дверь. Нетрудно догадаться, к чему способен привести взрыв атомной бомбы в ограниченном пространстве, кроме того, корабль будет подниматься быстрее звука. Здесь пройдут ударные волны, а после того как взрыв ускорит корабль, хватит жара, чтобы испечь тебя.
Инженеры полагают, что пультами управления после нескольких модификаций можно будет пользоваться и после запуска, но это еще надлежит проверить. Во всяком случае, дверь, покрытая шумопоглощающим материалом, защищает бригаду. 'Тем не менее, по правилам, они должны опуститься вниз.
– Насколько я могу судить, ворота могут служить и преградой для врагов.
– Да, дополнительная предосторожность против диверсантов, коммандос или… словом, от нас. Конечно, наш случай – дело особое.
Иерн потянулся к панели и быстро объяснил назначение датчиков, переключателей и кнопок. Ваироа запоминал все столь же быстро.