Орифламма
Шрифт:
Ботар. Прошу прощения, господин начальник. Вы не можете отрицать, что расизм — одно из величайших заблуждений нашего века.
Дюдар. Разумеется, и мы все с этим согласны, но ведь не об этом же…
Ботар. Мсье Дюдар, нельзя к этому подходить так просто. Исторические события ясно показывают, что расизм…
Дюдар. Повторяю вам, не об этом же речь…
Ботар. Я бы этого не сказал.
Мсье
Ботар. Нельзя упускать случай изобличить его.
Дэзи. Да нет здесь никаких расистов. И вы совсем не о том говорите. Речь идет просто-напросто о кошке, которую раздавило толстокожее, в данном случае — носорог.
Ботар. Я, знаете ли, не южанин. Это у южан такое богатое воображение. Быть может, это мышь раздавила блоху. А теперь из мыши делают слона.
Мсье Папийон (Дюдару). Давайте попробуем выяснить, как было дело. Так вы, значит, собственными глазами видели носорога, который спокойно прогуливался по улицам?
Дэзи. Совсем он не прогуливался, а бежал.
Дюдар. Я сам лично не видел. Однако люди, вполне заслуживающие доверия…
Ботар (перебивает). Вы же понимаете, что все это пустая болтовня. Вы верите газетчикам, которые сами не знают, что бы такое выдумать для поднятия спроса на свои поганые газеты, и, точно лакеи, стремятся угодить своим хозяевам. Как вы можете этому верить! Вы, мсье Дюдар, вы, юрист, с дипломом доктора права! Нет, это просто смешно. Ха-ха-ха!
Дэзи. А я видела его, видела, сама видела носорога. Могу чем угодно поклясться, голову даю на отсечение.
Ботар. Постыдитесь. Я считал вас серьезной девушкой.
Дэзи. Я не страдаю галлюцинациями, мсье Ботар. И я не одна была, кругом были люди, и все смотрели.
Ботар. Пфф! Наверно, они на что-нибудь еще смотрели. Праздные люди, которые слоняются от нечего делать, бездельники, тунеядцы.
Дюдар. Это было вчера, а вчера воскресенье было.
Ботар. Я, например, работаю и в воскресенье. Не слушаю священников, которые только и думают, как бы затащить людей в церковь, чтобы не дать им заниматься делом и в поте лица зарабатывать хлеб свой.
Мсье Папийон (возмущенно). О-о!
Ботар. Простите, я не хотел вас задеть. Если я, можно сказать, не уважаю их, так это вовсе не потому, что я презираю религию. (Дэзи). Да вы в состоянии хотя бы сказать, что такое носорог?
Дэзи. Это… это очень большое животное, отвратительное.
Ботар. И вы еще хвастаетесь, что у вас ясное представление… Носорог,
Мсье Папийон. Надеюсь, вы не собираетесь читать нам здесь лекцию о носороге. Мы не в школе.
Ботар. Очень жаль.
В то время как они перебрасываются последними репликами, на лестнице появляется Беранже. Он крадучись поднимается и осторожно приоткрывает входную дверь, на которой теперь видна дощечка с надписью «Юридическое издательство».
Мсье Папийон (Дэзи). Ну-с! Уже больше девяти. Убирайте табель, мадмуазель, а если кто опоздал, тем хуже для них.
Дэзи идет налево к маленькому столику, на котором лежит табель, и в эту минуту появляется Беранже.
Беранже (входит, пока остальные еще продолжают спорить; Дэзи). Добрый день, мадмуазель Дэзи. Я не опоздал?
Ботар (Дюдару и мсье Папийону). Я борюсь с невежеством всюду, где бы я с ним ни сталкивался…
Дэзи (Беранже). Скорей, мсье Беранже.
Ботар…во дворцах или в хижинах!
Дэзи (Беранже). Скорее, расписывайтесь в табеле!
Беранже. Ах, спасибо! Начальник уже здесь?
Дэзи (Беранже, прижав палец к губам). Тс-с-с! Да, здесь.
Беранже. Как? Так рано? (Бросается расписываться в табеле).
Ботар (продолжает). Где бы ни было! Даже в издательствах!
Мсье Папийон (Ботару). Мсье Ботар, мне кажется…
Беранже (расписываясь, Дэзи). Ведь еще десяти минут десятого нет…
Мсье Папийон (Ботару). Мне кажется, вы переходите границы вежливости.
Дюдар (мсье Папийону). Я тоже так думаю, мсье.
Мсье Папийон (Ботару). Не станете же вы утверждать, что мой сотрудник, ваш коллега, мсье Дюдар, человек с дипломом доктора права, превосходный служащий, — невежда.
Ботар. Я не собираюсь утверждать ничего подобного, хотя все эти факультеты и университеты ни в какое сравнение не идут с обыкновенной школой.
Мсье Папийон (Дэзи). А где же табель?
Дэзи (мсье Папийону). Вот, мсье. (Протягивает ему лист).
Мсье Папийон (Беранже). А, вот и мсье Беранже!
Ботар (Дюдару). Людям с университетским образованием много чего не хватает, у них нет ни ясности мысли, ни наблюдательности, ни малейшего практического опыта.