Орхидеи в лунном свете
Шрифт:
…На следующий день рано утром в ее комнату постучал Блейк. Сонная Джейми надела халат и впустила его. Она заснула только под утро, всю ночь пытаясь разгадать загадку орхидеи.
Блейк подошел поставить поднос с кофе на стол и озадаченно нахмурился.
– Как вы сумели войти в оранжерею? Я ее запер.
– Я не была там.
– Тогда откуда эта орхидея?
– Я ее нашла.
– Но где? Я что-то не пойму… Впрочем, неважно.
Кто-нибудь из рабочих или служащих поместья мог проникнуть в оранжерею, желая посмотреть на место преступления. Там ведь, кажется, разбито
Он снял с плеча принесенное платье и расправил его. Строгий покрой, перламутрово-серая тафта.
– Это вполне подойдет для похорон. Мама надевала его пять лет назад на похороны родственника отца. Оно еще очень хорошее, правда?
Джейми пожала плечами.
– Я надену его, если хотите.
С легким стоном он бросил платье на кровать.
– Поймите, так не может продолжаться! Мы должны снова стать друзьями. Вас хоть немного трогает мое несчастье?
– Что меня действительно трогает, так это вопрос денег, – сухо сказала Джейми. – Это единственная причина, по которой я еще здесь, и вы это знаете.
Блейк повернулся и с поникшими плечами направился из комнаты.
Угрызения совести не мучили Джейми. Несмотря на его помощь в прошлом, он стал ей глубоко безразличен, более того, даже неприятен. Он стал причиной смерти Корда, и она никогда не сможет простить его. Лучше всего никогда больше не видеть этого человека.
Бальный зал, со вчерашнего дня убранный траурным крепом, снова наполнился большим количеством людей, пришедших на похоронную службу. Потом, правда, только несколько человек присоединились к процессии, двинувшейся по каменистой тропе к старинному кладбищу миссии. Остальные остались закусить и выпить освежающих напитков, которые дюжина слуг под командованием Энолиты наготовили с вечера.
Впереди шел священник, за которым шестеро охранников несли усыпанный цветами гроб Стэнтона. За гробом шествовала Джейми под руку с Блейком, через силу вынося его близость.
Всему приходит конец. Священник прочел молитву. Деревянный полированный гроб опустили в могилу и засыпали камнями. Все побрели прочь, но Блейк стоял неподвижно, прикованный взглядом к могиле матери.
Становилось темно. Джейми чувствовала себя тягостно и неловко. Она потихоньку освободила свою руку.
– Я хотела бы вернуться, а вы, если желаете, оставайтесь здесь.
Блейк остановил ее.
– Постарайтесь еще хоть немного потерпеть мое общество.
– Дело вовсе не в вас, я не люблю бывать на кладбищах.
Грустно кивнув на могилу матери, Блейк тихо сказал:
– Она тоже не любила.
И он медленно повел Джейми прочь, время от времени оглядываясь назад.
Когда все ушли, Блейк приказал Энолите накрыть роскошный стол на двоих, несмотря на протесты Джейми. Тем не менее, за ужином она вежливо поблагодарила его.
– Очень любезно с вашей стороны, что вы пожелали так приятно отметить мой последний вечер здесь, но, право, в этом не было никакой необходимости.
– Я счастлив сделать для вас хоть малость. Может быть, это доставит вам немного удовольствия. –
– Неужели? – Джейми удивленно подняла брови. – Но ведь я согласилась побыть с вами до окончания похорон, разве не так?
– Не совсем, – сдержанно отвечал Блейк. – Мы договорились, что вы останетесь, пока все не закончится. Я хлопочу сейчас о том, чтобы уехать из поместья. Мне трудно было бы провести оставшееся время в одиночестве, поэтому прошу вас задержаться еще на несколько дней.
– Вы не одни в доме, у вас есть слуги, – заметила Джейми.
– Вот именно, слуги, но не друзья. Мне будет не с кем даже поговорить, – обидчиво возразил он. – Кроме того, это неприлично, если вы уедете сразу после похорон. Да ведь у вас и нет необходимости срочно ехать куда-то?
Джейми взглянула ему прямо в глаза и отчеканила:
– Я останусь только на два дня. Потом уеду, дадите вы мне денег или нет. Если понадобится, я пойду в Сан-Франциско пешком. Меня ничто не остановит. И менее всего это способны сделать вы.
Она сухо простилась и поднялась в свою комнату. Ее согласие остаться не означает, что она будет нянчиться с ним.
Джейми не стала зажигать лампу и села на диван в комнате, по которой бродили молчаливые серебристые тени. Вспоминая последнюю ночь с Кордом, она перевела задумчивый взгляд на кровать. Эти волшебные мгновения… Теперь она может только поднести орхидею к губам и перебирать, перебирать в своей памяти одно за другим…
Где орхидея?!
Джейми вспомнила, что оставила ее на столике у окна, и встала, чтобы взять ее. Тут она заметила, что цветок лежит на подушке. Наверное, Энолита положила его туда, когда убирала постель. Как это трогательно, подумала Джейми. Грубоватая мексиканка никогда не давала ей понять, что так доброжелательно относится к ней.
Джейми взяла нежнейший цветок и прижала его к щеке. Она подошла к окну и долго стояла, окутанная печальной задумчивостью, глядя на мерцающий серебристыми бликами океан.
Наконец, вздохнув, решила, что пора лечь и постараться заснуть. Хватит думать о невозвратном счастье. Так можно в конце концов и сойти с ума.
Она положила орхидею на столик и вдруг замерла, увидев рядом вторую. Нет, это ей, наверное, чудится!
Две орхидеи в лунном свете…
Джейми схватилась за стол, чтобы не упасть от нервной дрожи, сотрясавшей все ее тело. Она закрыла глаза и медленно открыла их вновь. Орхидеи по-прежнему лежали на столе, и их было две.
Это могло быть только знаком от него. Другого объяснения она не находила!
Охваченная невероятным волнением, чувствуя слабость в ногах, Джейми осторожно спустилась по лестнице и вышла из дома.
Где искать? Где он мог ждать ее?
Пробираясь между скалами в серебряной ночи, она снова поднялась к тому месту, где нашла первую орхидею. Она уже не удивилась, обнаружив там еще одну, и спрятала ее за корсаж.
Затем Джейми сообразила: надо идти на берег, Корд говорил, что там безопасно. Он ведь описывал ей это место в деталях.