Орфей спускается в ад

Уильямс Теннесси

Они долго и возбужденно обсуждают эту новость, совсем позабыв о Лейди.

Низенькая женщина с заправочной станции стремительно выбегает из лавки.

ДОЛЛИ. А сама она где?

БЬЮЛА. Входит в аптеку «Под белой звездой».

Долли кидается к телефону.

(Подойдя к Лейди.) Дайте мне слово,

Лейди, что, если сюда явится эта девка Катрир, вы ее не пустите. Ладно?

ЛЕЙДИ. Нет.

БЬЮЛА. Как? Вы позволите ей войти?

ЛЕЙДИ. Ко мне в магазин вход никому не заказан.

БЬЮЛА. Вот как? Хотелось бы знать почему?

ДОЛЛИ. Тсссс! Я звоню.

БЬЮЛА. Куда?

ДОЛЛИ. В аптеку «Под белой звездой»! Хочу удостовериться, что мистер Дубинский не станет обслуживать эту девку. (Разыскав монету и опустив ее.) Дайте мне звезду под белой аптекой!.. (Топнув ногой.) То есть аптеку «Под белой звездой»! Я так разволновалась, что язык заплетается…

Лейди отдает бутылку Вэлу.

Бьюла у окна.

Занято.

Она еще не вышла?

БЬЮЛА. Нет, еще в аптеке.

ДОЛЛИ. Может, они сами догадаются не обслуживать ее?

БЬЮЛА. Как же, ждите! Дубинский обслужит краснозадую макаку, если та выложит на прилавок медяк и ткнет пальцем во что-нибудь!

ДОЛЛИ. Я, например, знаю, что когда она последний раз была здесь и зашла в кафе «Синяя птица», то битых полчаса просидела за столиком, и ни одна официантка даже близко не подошла!

БЬЮЛА. Нашли с кем равнять! Они ведь местные, а Дубинский — чужак!

Долли подходит к прилавку.

Грош цена нашему бойкоту, если не все будут заодно. Вот и Лейди сию минуту сказала, что обслужит ее, если она явится сюда.

ДОЛЛИ. Не может быть!

БЬЮЛА. Спросите сами. Мне она заявила, что лавка открыта для всех, в том числе и для Кэрол.

ЛЕЙДИ(внезапно встает и, повернувшись к ним, кричит). Какое мне дело, что вам она всем не по душе?! А мне вот нравится эта дикарка: я в восторге от того, что она доставляет столько неприятностей своему братцу! (После этой вспышки отошла за прилавок.)

ДОЛЛИ(у телефона). Тс-ссс!.. Мистер Дубинский? Говорит Долли Хэмма, жена мистера Песика Хэмма.

Неслышно входит Кэрол.

Скажите, пожалуйста, Кэрол Катрир случайно не у вас в аптеке?

БЬЮЛА(предостерегающе). Долли!

КЭРОЛ. Ее там нет.

ДОЛЛИ. Что?

КЭРОЛ. Ее там нет. Она здесь.

Бьюла

проходит в кондитерскую.

Кэрол направляется к Вэлу.

ДОЛЛИ. Ах!.. Нет-нет, ничего, мистер Дубинский, я… (В ярости вешает трубку и идет к двери.)

Молчание. Взгляды всех — где бы кто ни стоял — прикованы к Кэрол. Она ехала всю ночь в открытой машине: волосы у нее разметались, лицо пышет жаром, глаза горят лихорадочным огнем. Держит она себя в этой сцене, словно загнанный зверек: смесь отчаяния с бесстрашием.

Молчание наконец прерывает Лейди.

ЛЕЙДИ(спокойно). Здравствуйте, Кэрол.

КЭРОЛ. Здравствуйте, Лейди.

ЛЕЙДИ(с вызывающей сердечностью). Я думала, вы в Нью-Орлеане.

КЭРОЛ. Да, была. Еще вчера вечером.

ЛЕЙДИ. Как же вы так быстро добрались?

КЭРОЛ. Гнала всю ночь.

ЛЕЙДИ. В этакую бурю?

КЭРОЛ. Ветром сорвало крышу с машины, но я не остановилась.

Она не сводит глаз с Вэла, а он упорно не обращает на нее внимания: отворачивается, ставит бутылку кока-колы на стол.

ЛЕЙДИ(с нарастающим раздражением). Случилось что дома? Кто-нибудь болен?

КЭРОЛ(отсутствующе). Нет… Насколько я знаю, нет… Если бы что и случилось, я бы не знала: они… Можно присесть?

ЛЕЙДИ. Да, пожалуйста.

КЭРОЛ(подходит к стулу у прилавка, садится). Они ведь платят мне, чтобы я не появлялась здесь…

Молчание.

Вэл неторопливо проходит мимо нее и идет к нише.

У меня, кажется, жар… Простудилась, должно быть, в дороге… Все вокруг словно в тумане…

Снова молчание, и только из глубины лавки, куда отошли Долли и Бьюла, ползет их приглушенное, свистящее шушуканье.

ЛЕЙДИ(сдерживаясь). Вам что-нибудь нужно?

КЭРОЛ. Все так далеко-далеко…

ЛЕЙДИ. Я спрашиваю, Кэрол, вам здесь нужно что-нибудь?

КЭРОЛ. Простите!.. Да.

ЛЕЙДИ. Да? Что именно?

КЭРОЛ. Нет-нет, не беспокойтесь, пожалуйста, я подожду…

Вэл выходит из ниши, на нем синяя куртка.

ЛЕЙДИ. Чего?.. Чего вы ждете, Кэрол? Вам не придется ждать: скажите только — что, и если у меня есть, извольте…