Орел улетел

Хиггинс Джек

– Иисус, Иосиф и Дева Мария! – Девлин перестал играть.

– Но главное – Курт Штайнер не погиб. Он жив, в добром здравии и в настоящее время находится в Тауэре. Вот почему я и хочу, чтобы вы отправились в Англию. Мне поручили организовать операцию по освобождению Штайнера. И я должен выполнить это задание в трехнедельный срок.

* * *

Войдя в ресторан, Фрэр сразу же узнал Шелленберга. Он занял столик в боковой кабинке, заказал пиво и увидел, как Шелленберг и Девлин вышли через заднюю дверь ресторана

в сад. Они сели за столик и стали смотреть вниз, на огни стоявших на рейде кораблей.

– Война вами проиграна, генерал, – сказал Девлин. – Не пора ли остановиться?

– Ну... пока война не кончится, нужно пытаться что-то делать. Как я говорю себе, трудно спрыгнуть с крутящейся карусели. Вот такую игру мы ведем.

– В крайней кабинке сидит какой-то старый хрыч, вон тот, седой, – сказал Девлин. – Похоже, он за нами следит.

Шелленберг как бы невзначай обернулся.

– Интересно, кто это?

– Рассказывает, что занимается производством портвейна. Его фамилия Фрэр. Друзья сказали мне, что он – военный атташе английского посольства.

– Вот как. – Шелленберг невозмутимо вернулся к прежней теме разговора. – Вы согласны?

– С чего вы взяли?

– Мы вам хорошо заплатим. За участие в операции «Орел» вам перевели двадцать тысяч фунтов. Эти деньги находятся в одном из женевских банков.

– Надо же, а я сижу тут без гроша.

– Я предлагаю вам двадцать пять тысяч фунтов, господин Девлин. Перешлем, куда вы скажете.

Девлин закурил сигарету и откинулся на спинку стула.

– Зачем он вам нужен? К чему вся эта суета?

– Речь идет об интересах безопасности государства.

Девлин громко рассмеялся.

– Да будет вам, генерал. Хотите, чтобы я опять прыгал ночью с парашютом с высоты пять тысяч футов, как тогда над Ирландией, а сами так бессовестно врете.

– Ну хорошо. – Шелленберг, как бы защищаясь, поднял руку. – 21 января во Франции должно состояться совещание. На нем будут присутствовать фюрер, Роммель, Канарис и Гиммлер. Фюреру ничего не известно об операции «Орел». Гиммлер хочет привезти на это совещание Штайнера и представить его фюреру.

– А зачем?

– Хотя операция и провалилась, Штайнер и его солдаты сражались на территории Англии. Он – герой рейха.

– Неужели только для этого он и нужен?

– Можно добавить, что рейхсфюрер и адмирал Канарис не всегда живут в мире и согласии. И если там будет Штайнер... – Он пожал плечами. – Сам факт, что побег был организован СС...

– ...поставит Канариса в неприятное положение. – Девлин покачал головой. – Ну и компания. Черт с ними со всеми. Мне плевать на эту старую ворону Гиммлера с его замыслами, но Курт Штайнер – дело другое. Настоящий мужчина. Однако если он сидит в этом чертовом Тауэре...

Он опять покачал головой, и Шелленберг сказал:

– Его не будут долго держать в Тауэре. Думаю, они переведут его куда-нибудь в более надежное место в Лондоне.

– А как вы сможете выяснить это?

– У

нас есть агент в испанском посольстве в Лондоне.

– А вы уверены, что он не перевербован?

– В этом я уверен.

Девлин сидел, нахмурившись, и Шелленберг продолжал:

– Предлагаю тридцать тысяч фунтов. – Он улыбнулся. – Я хорошо знаю свое дело, господин Девлин. Обещаю подготовить такой план, что успех будет обеспечен.

Девлин кивнул:

– Я подумаю. – Он встал.

– У нас мало времени. Мне нужно возвращаться в Берлин.

– А мне нужно время, чтобы все обдумать. Кроме того, сейчас Рождество. Я обещал моему другу Барбозе, что приеду к нему на ранчо. Он там откармливает быков для корриды. Барбоза раньше был великим тореро в Испании, там у быков острые рога. Вернусь дня через три.

– Но, господин Девлин, – попытался возразить Шелленберг.

– Вам придется подождать, если хотите, чтобы я взялся за дело. – Девлин похлопал его по плечу. – Да что вы в самом деле, Вальтер. Рождество в Лиссабоне. Огни, музыка, симпатичные девочки. А в Берлине – светомаскировка и наверняка идет снег. Неужели вам хочется туда?

Шелленберг рассмеялся, не в силах больше спорить. Фрэр поднялся и вышел из ресторана.

* * *

Все утро после рождественской ночи Дагал Манроу провел в своем кабинете в штабе Отдела операций особого назначения. У него были неотложные дела. Он уже собирался уходить, когда, прихрамывая, в кабинет вошел Джек Картер. Это было уже в первом часу.

– Что-нибудь срочное, Джек? – спросил Манроу. – Я должен ехать в клуб «Гаррик». Мои друзья устраивают там рождественский обед.

– Я решил сообщить вам немедленно, сэр. – Картер протянул ему листок с донесением. – От майора Фрэра, нашего агента в Лиссабоне. Это касается нашего друга Девлина.

Манроу остановился.

– Ну и что же наш друг?

– Угадайте, с кем он беседовал вчера вечером в ресторане. С Вальтером Шелленбергом.

Манроу уселся за стол.

– Вот как! Что же затевает наш мудрый Вальтер, черт побери?

– Бог его знает, сэр.

– Скорее дьявол. Немедленно свяжись с Фрэром и передай ему, чтоб следил за Шелленбергом. Если Девлин уедет с ним, пусть сразу же сообщит нам.

– Сейчас же передам, сэр, – ответил Картер и быстро вышел из кабинета.

* * *

В рождественские дни в Лондоне выпал снег, но вечером 27 декабря снова полил дождь. В тот вечер Джек Картер шел от Портман-сквер по тихой улочке, направляясь к кафе, где он должен был встретиться с Варгасом. Незадолго до этого Варгас позвонил ему, и Картер назначил встречу в кафе «Мэриз Пэнтри», неподалеку от здания Отдела операций особого назначения. В целях светомаскировки окна кафе были плотно занавешены, но внутри сияли огни гирлянд. Повсюду висели рождественские венки и елочные украшения. Когда пришел Картер, зал был еще пуст – всего три или четыре посетителя.