Орден
Шрифт:
Бекки разорвала хватку и застыла посреди коридора, энергично изображая стойки карате.
— Поехали! Далекие миры всегда волновали сердца отважных исследователей! И сколько человечество себя помнит, самые смелые его представители отважно перешагивали пороги Врат! В неизвестность, навстречу приключениям! Представляешь, какие яйца надо иметь, чтобы вот так взять и шагнуть в неизвестность? У тебя таких нет! Слава великим первопроходцам! О, что это были за люди! Самые отважные, умные и находчивые представители своего времени. Невероятные мужчины и иногда женщины.
Бекки
— В самом сердце этой горы, на глубине почти в полторы тысячи метров находятся Девятые Врата. Это не единственные Врата на этом континенте. Помимо них на сегодняшний день обнаружено, по крайней мере, еще двадцать и мы ожидаем, что их список может вырасти еще на пять. Земля — настоящий хаб и узел Цепи Миров. И в этом, конечно, наша большая неудача. Но не всё так плохо — большая часть окружающих нас миров на данный момент практически необитаема. Между входом и поверхностью лежит наша великая и неприступная, со всех сторон, крепость. Гора и подземное пространство укреплено и защищено так, что на землю даже молекула не поднимется! Ну, мы над этим ещё работаем, конечно.
Увидев озадаченное лицо Лиама, Бекки хищно улыбнулась.
— Аналогию с комом бумаги слышал? А про Теорию Сопряжения Миросфер?
— Нет, — пробурчал Лиам, разминая шею.
— Попробую объяснить на пальцах. Представь себе обычный лист бумаги, о смятый в комочек. На каждом его изгибе находится отдельный мир, и живут разные существа, они не могут видеть ничего, что находится за пределами изгиба. Но комок бумаги живет своей жизнью. Трепыхается и прогибается от ветра, и иногда его изгибы соприкасаются. И кто-то проделал дырки в этих складках бумаги, чтобы можно было переходить с одной складки на другую. Прикинь как круто?
Бекки вдруг остановилась, уставилась в пол и почесала голову.
— Хотя. Может, это всё уровни голограммы, порождаемый Единым Энерго-Информационным Полем… Чёртов Хокинг! Проехали. Ещё одна крутая штука, что тут есть, называется «Арэс», он защищает единственный выход из Врат. Автоматизированный оружейный комплекс сдерживания противника. Первый барьер на пути иномирцев, которые хотят покуситься на наши ценности. Скорострельность до миллиона выстрелов в секунду. Чуешь-чуешь? Боезапас — от раскаленной вольфрамовой пыли до артиллерийских снарядов, автоматизированная подача со склада. Может непрерывно сдерживать противника на протяжении трех дней. Завалит Годзиллу из последней экранизации. Годзиллу, Карл! — визжала Бекки.
Они добрели до лифта и устремились ещё ниже. Внизу была толкучка, и много вооруженной охраны. Вскоре они попали в коридор прозрачных клеток, и Лиам впервые увидел так близко целый букет иноземцев. Сколько же их видов? Тошнота подкатила, пока он рассматривал жуткое, похожее на выхухоль, создание с огромными челюстями. Увидев физиономию Лиама, Бекки звучно рассмеялась и сильно ударила его в живот своим острым локтем.
— Это зона карантина. Ещё не видел столько уродцев так близко? Какой же ты зелёненький сейчас! Сюда притаскивают всё, что нашли
Лиам услышал шум и обернулся. В глубине коридора металась неземной красоты женщины. Блестящая кожа, заострённые ушки, нечеловеческие большие глаза, маленькие острые зубки и изящные когти вместо ногтей. Необычная яркая одежда почти не покрывала тело, обнажая будоражащие по человеческим меркам формы.
С глазами, полными ужаса, брыкаясь и крича на незнакомом языке, она вырывалась из объятий двух таких же созданий. На секунду «женщина» встретилась взглядом с Лиамом и начала кричать и вырываться ещё сильнее. Державшие её «подруги» были спокойны и что-то говорили ей, охрана безучастно наблюдала за сценой.
— Видел? Хреновы фейри! До сих пор к нам суются. Даже после Македонского считают наш мир соседним и дружелюбным. Эти вообще крюка дали — обычно в Англии их остановка, — пробурчала Бекки и показала язык перепуганной твари. — Тоже чувствуют страх. Приятно, правда? Не только мы их боимся. Эта шалашовка только что была в вечнозеленом сказочном мире. А теперь сидит на холодном металлическом полу своей идеальной задницей, в полном культурном шоке. И чего припёрлась?
«Женщинам», наконец, удалось уволочь свою «подругу» дальше по коридору. В одной из камер томился покрытый язвами человек и с недовольством смотрел на фейри.
— А с этим парнем что? — спросил Лиам, разглядывая беднягу.
— О-о-о, это местная знаменитость. Рядовой Зингер. Номинант на премию Дарвина. Первый подобный случай за этот год. Выполнял миссию по охране раскопок древних руин в одном из соседних миров. Пострадал, — Бекки рассмеялась. — И нет — это не древнее проклятье и не тропический инопланетный грипп. Пока, между собой, мы называем ЭТО «фейри-сифилис». Если бедняга не сильно заразен — перекочует к нам в лабораторию.
— О Боже, — выдохнул Лиам.
— Наглядная демонстрация важности исполнения протоколов, инструкций и соблюдения техники безопасности. Да и вообще здравого смысла. Он нас не слышит. Какой же ты тупой! — прокричала Бекки несчастному и начала корчить ему рожи. — Дай бог не двинет кони, если антибиотики широкого спектра помогут. Так и живём. Пойдём из этого питомника, покажу действительно крутого чувака.
Они миновали «консульство», «таможню», ещё какой-то жуткий опечатанный отдел карантина, бассейн с «морскими» обитателями, и оказались в приличных офисных и бытовых помещениях.
Ноздри Лиама обжигал букет необычных и резких ароматов. Непонятные звуки то и дело заставляли его оборачиваться.
— Ну ты и урод, — прошкворчал низкорослый комок шерсти, которого чуть не сбил Лиам посреди коридора.
Лиам отшатнулся и поспешил догонять Бекки.
— Лилинг! — нараспев произнесла Бекки, ворвавшись в один из офисов.
К ним подбежала полненькая миловидная азиатка в белом халатике.
— Наш принц сегодня спокоен? Не доставлял проблем? — ласково спросила её Бекки.