Ордалия

Лян Сергей

– Твои предложения.

– Не вмешиваться в работу Талиона. Заклейменные должны быть ликвидированы и точка. Третьего не дано.

– Предлагаю перейти к голосованию. – резолютировал Форсети. – Решение будет принято мнением большинства, Шезму.

– Как пожелаете, коллеги. – Шезму недовольно скривил рот и отодвинулся от стола.

Глаза Форсети заискрились и испустили белый пучок света на овальный стол. Напротив каждого узором стали расходиться яркие линии, вырисовывавшие их индивидуальные символы. Белоснежные крылья, обрамленные золотом у Немесиды. Серебряный щит на зернистом голубом поле у Адрастеи. Голова льва с разинутой пастью и острыми клыками у Иштарана. Два

коротких кинжала, пылающих огнем у Шезму. И самый большой символ, в виде двух скрещенных золотых секир, был у Форсети. Все пятеро встали и приложил ладонь к своим меткам, из которых поочередно выростали разноцветные пульсирующие столбы света.

«Вершители Ордалии готовы вынести вердикт» – прогремели слова Форсети.

После голосования, метки на овальном столе стали угасать, а следом за ними испаряться члены Ордалии. Белая комната опустела. Форсети, как и другие, перенёсся в обычный мир. Однокомнатная квартира на окраине города не шла в сравнение с чертогом Дворца правосудия, выделенном ему, как главе Ордалии. И всё же он, как и прочие вершители, должен время от времени ворачиваться в человеческую плоть, так как долгое пребывание во Дворце отнимает много энергии, которая даже в присутствии Немесиды, сама по себе не восполняется. Всё из-за того, что он, как и другие вершители, богами являются лишь на половину.

Самые первые вершители, существовавшие тысячи лет назад, являлись истинными богами. С того момента произошло не мало событий, повлиявших к тому же и на численный состав Ордалии, где теперь восседало только пять вершителей, которые, в результате смены поколений стали «полукровками». Форсети, или как его звали до инициации Гарди Густафсон, до сих пор помнит, как пятьсот лет назад, он и другие нынешние члены Ордалии были призваны во Дворец правосудия, где встретили своих предшественников, носивших абсолютно такие же имена. Никто, в том числе и Форсети не верили в происходившее. Им рассказывалось о вещах, которые кроме как небылицы, по другому не воспримешь. Как итог, вместо внимательного послушания, вершителей высмеяли и обозвали некудышными лицедеями. Один из членов Ордалии закрыл глаза и вытянул вперед руку, испуская прозрачные волны, кончики которых едва коснувшись ртов ребят, отняли их голоса. Испуганные "призывники" стала мычать и пробовать издать хоть один звук, но у них ничего неполучалось. Паника залила им глаза и они стали метаться по залу, пытаясь найти выход. Другой вершитель по имени Шезму, щелкнув пальцами, обездвижил ребят. Они замерли, но всё еще оставались в сознании и продолжали громко мычать. Сестры Немесида и Адрастея, держась за руки, подошли к своим наследницам – Нике и Адлее.

«Начнём с вас» – хором сказали старые сестры.

– Адлея, не бойся, – прошептала Адрастея, – Ты ничего не почувствуешь.

– Ника, – Немесида прикоснулась к её щеке, – Не переживай. Мы не причиним вам зла.

Яркие лучи света, исходившие от "старых" сестёр, окутали новых. Все четверо взлетели и остались парить в воздухе. «Старые» сестры действительно становились старыми. Они дряхлели на глазах. Их гладкая кожа стала скукоживаться и покрываться темно-коричневыми пятнами. Окрашенные в броские цвета ногти пожелтели. Сквозь поредевшие седые волосы стали проявляться залысины. От красоты «старых» сестер не осталось и следа. Нос крючком, обвисший подбородок и выпуклые скулы сделали своё дело. Опустившись на землю, старушки затряслись и чуть было не упали, но Адлея-Адрастея и Ника-Немесида ловко их подхватили и помогли добраться до ближайших кресел. Старые сестры улыбнулись беззубыми ртами.

«Наше время пришло» – сказали старушки.

Они откинулись на спинки кресел

и исчезли, растворившись в дыму.

– Они нам не врут, – заговорила серьёзным тоном Адлея-Адрастея, – Пройдите инициацию и вы сами всё увидите.

Не менее серьёзная Немесида кивнула головой, в знак поддержки сестры. Старые Шезму с Иштараном сняли свои чары и молча направились к своим преемникам. После инициации темнокожий акадец по имени Ихлас стал Иштараном, а африканец с раномастными глазами и депигментированной кожей на лице – Чизизи Ирф Зале Каони наследовал Шезму. Как и старые сестры, эти два бога, передав свои силы, тоже состарились и растворились в пустоте. Настал черед Гарди, которому уготовано стать новым Форсети.

– А что если я не хочу? – спросил он дрожащим голосом.

– Это твой долг. – Форсети спустился с помоста и подошёл к преемнику. – Главой Ордалии был я, и теперь им будешь ты. Каждый из вершителей является дополнением друг друга и только вместе они могут отправлять правосудие.

– Я всего лишь сын кузнеца, не более. Найдите себе кого-нибудь другого, более достойного.

– Мы и так слишком долго ждали. Вы все уникальны и никто не знает, когда появится очередной вершитель. Мои силы на исходе и я не смогу продержаться до следующего созыва.

Старый Форсети хоть и выглядел молодо, но в нем чувствовалась многовековая усталость.

– Доверься мне и ты сам всё увидишь. Узнаешь насколько важна наша миссия.

– Хорошо, – поджав губы и кивнув, ответил Гарди, – Показывай.

По завершении инициации старый Форсети уже не мог держаться на ногах. Он аккуратно опустился и сел на пол, наблюдая, как новый Форсети до сих пор парит в воздухе и беспорядочно крутит головой. Опустившись на землю Гарди с тоской посмотрел на своего предшественника.

– Пять сотен лет?

– Да, – прохрипел старик, – Пятьсот двадцать три года, пять месяцев и четыре дня – если быть точнее, кхе-кхе.

Новый Форсети покачал головой и подозвал к себе остальных вершителей:

– Мы исполним свой долг и благодарим ваш созыв за службу.

– На меньшее я и не расчитывал. – последние слова утонули в серой дымке, вместе со стариком.

Глава 4. «Прокурор»

«Других мы судим беспристрастно, по делам,

Не допуская сентиментов сострадания.

Когда же отвечать случается вдруг нам,

В благих намереньях находим оправдание.»

Д.Эйт

Радостный Ованес шёл на свою любимую работу. У него было всё о чем он только мечтал. Престижная должность, крутой автомобиль, и какая-никакая жилплощадь. Его отец наконец-таки смог нормализовать бизнес, а мама спокойно выйти на заслуженный отдых. Всё это благодаря Ованесу, а точнее его возможностям. Он чувствовал себя всесильным и всемогущим властелином, способным по щелчку пальцев сворачивать горы.

Звонок брата Ромы, сообщившего об аресте отца очень насторожил Ованеса, а вся высокомерная спесь разом слетела, после того, как он получил отказ от всевозможных влиятельных друзей. Единственное, что Ованесу удалось узнать – это имена тех, кто осуществлял задержание. Ими оказались его знакомые полицейские оперативники, с которыми его связывало несчетное количество совместно «раскрученных» дел.

– Вы что творите, сволочи! – Ованес сразу перешёл в наступление, дозвонившись до знакомого полицейского.