Оракул

Росс Саймон

Захожу к нему, попутно забрав в коридоре нож, и ненароком смотрю в зеркало: моё лицо уже полностью восстановилось и не осталось даже намёка на ночной инцидент. Склоняюсь над напарником: он безобидно спит.

— Просыпайся, — толкаю его одной рукой, но ничего не происходит, поэтому приходится пару раз легонько ударить по лицу.

Саша рассеянным взглядом и прищурившись ворочает голову, пытаясь, видимо, понять обстановку. Заметив меня, он в миг оживает и начинает ёрзать, как уж. Поднимаю нож:

— Не шевелись. Одно неверное

движение — и я отрежу тебе что-нибудь. Ясно?

Мужчина быстро кивает головой.

— Сейчас достану кляп изо рта. Будешь говорить только тогда, когда я попрошу. Понятно?

Снова утвердительные кивки.

Медленно вытаскиваю полотенце, держа нож наготове. Интересно, смогу ли я поранить Сашу? Хватит ли у меня духу? Одно дело — удары руками, а вот ножом — совсем другое. Напарник испуганными глазами смотрит на меня. Кидаю полотенце куда-то в сторону, не отводя от мужчины взгляда.

— Что ты последнее ты помнишь?

— Как лечу на тебя с ножом. Это был не я! Оно само! — чуть ли не криком оправдывается Саша.

— Тише!

— Извини, — говорит напарник, кидая взгляд на оружие в моих руках. — Это было как со складом. Понятия не имею, что со мной творится.

— Даже не хочу разбираться. Слушай: через минут пятнадцать заедут люди и заберут нас.

— Ты ментам позвонил? — голос Саши дрожит и мужчина начинает тяжелее дышать.

— Нет, успокойся. Этим людям ты абсолютно неинтересен. Я ещё не решил, что с тобой делать, поэтому пока будешь просто меня слушаться. Кстати, зачем тебе столько денег в кошельке? Что ты хотел с ними сделать?

— Уехать в Полесье. У меня там в глуши есть домик от деда. Перекантовался бы пару месяцев, а потому в Россию или Украину махнул.

Как бы трудно не было мне это признавать, но такого человека на волю отпускать нельзя. Кто ж знает, на кого он ещё может наброситься. Что ж мне с ним делать? Сдавать в милицию — не вариант, отпустить — тоже. Держать у себя нет никакого желания.

— Артём, я ведь правда не хотел ничего делать. Мной будто кто-то управлял!

В голове возникает предположение. Мысленно обращаюсь к своей «подруге», которая стоит слева от меня:

— Люси, в нём может быть ор?

— Исключено. Я бы почувствовала. Он просто конченый.

— Что ж мне с тобой делать? — задумчиво обращаюсь к Саше. — Ладно, сиди пока тут.

Поднимаю полотенце и снова вставляю его мужчине в рот.

За оставшееся время успеваю помыть посуду и слегка прибраться на кухне. Вроде всего лишь протёр столешницы, а выглядит всё уже куда лучше и приятнее. Открываю во всех комнатах окна на микропроветривание: сильного ветра и дождей не обещают, так что можно не беспокоиться. Приятный, слегка прохладный воздух с улицы быстро проникает внутрь квартиры. На ухоженной площадке кричат и играют дети, пока их родители либо общаются между собой, либо читают. Родители…

В голове сразу всплывают светлые

детские воспоминания. Как бы странно это не звучало, но первым делом на ум приходит мамина еда. Каждый раз, когда я возвращался со школы, дома уже ждал наваристый суп. Для меня было шоком, когда узнал, что мама каждое утро специально встаёт на час раньше и стоит у плиты, лишь бы приготовить своему сыну обед, прежде чем идти на работу. Обидно, что ценить такое отношение я начал уже в последние годы жизни с родителями. Если подумать, то тёплых слов благодарности от меня мама, наверное, и не слышала: «спасибо» всегда оставалось внутри меня. Надо исправляться! Как только выпадет возможность, стоит первым же делом навестить родителей.

— Они ведь до сих пор не знают, что ты куришь? — по-доброму улыбается Люси.

— Да, — пожимаю плечами. Ох, зачем же ж ты про это вспомнила. Мне теперь снова хочется принять дозу. — Ты можешь снять с меня эффект никотиновой ломки?

— Нет, — обрубает Люси. — Я и так уже уменьшила его настолько, насколько могла. Тебе остаётся только продержаться эти несчастные шесть дней.

Звонок в домофон. Подбегаю и снимаю трубку:

— Кто?

— Такси до ресторана. Скажи номер квартиры и открывай быстрее, — отвечает хриплый мужской голос.

Так и поступаю.

Иду за Сашей. Он спокойно лежит в ванне и смотрит в потолок, даже после того, как заметил меня.

— Пора уходить, — склоняюсь и разрезаю тряпки, которые сжимали его ноги. — Не задавай никаких вопросов, но отвечай на те, что задают тебе.

Мужчина обреченно кивает и после определённых усилий вылезает из своей «кровати». Я же стою поодаль и держу нож наготове. Слышу, как открывается дверь в квартиру.

— Извините, что без стука, — разносится тот же хриплый голос.

Выхожу в коридор. Мужчина в чёрных деловых брюках и белой рубашке с закатанными рукавами смотрит прямо мне в глаза. На вид ему лет пятьдесят. Тёмные волосы искусно взъерошены и уложены.

— Ну, и где твой дружок? — гость почесывает свою эспаньолку.

Поворачиваюсь к Саше, который смирно стоит и ждёт моей команды. Кивком показываю напарнику выходить и выключаю в ванной свет. Со стороны входа разносится протяжной свист.

— Мы вам, случайно, не помешали? А то вдруг у вас тут всякие извращённые игры были, — незнакомец поднимает глаза, делая вид, что он тут ни при чём.

— Мы? Ты же один, — грубо отвечаю наглому гостю.

— Андрей, зайди.

За спиной мужчины появляется короткостриженый парень моего возраста. Он одет так же, как и незнакомец. Тёмные красно-рыжие волосы подняты вверх.

— Это мой товарищ — Андрей. Меня же зовут Костя. Мы из третьего отряда передового батальона. Наша задача: сопроводить вас и вашего… друга к нужному месту. Вроде, теперь официальная часть закончена и всё должно быть нормально.

Ничего не отвечаю и лишь вытаскиваю кляп изо рта Саши.