Оправданный риск
Шрифт:
10
— Доброе утро, отец. Ты что, всю ночь бродил по дому?
Квентин поставил на стол чашку кофе.
— Извини, — виновато улыбнулся он. — Я не хотел мешать тебе.
Бобби насыпал полную чашку овсяных хлопьев, залил молоком и положил ложку меда.
— На работе неприятности?
— Да нет.
— Может, ты заболел? — сделал Роберт предположение.
— Может быть. — Квентин попытался помассировать виски, чтобы снять нарастающее напряжение.
— Ты попал в хорошую компанию, — продолжал Роберт, постукивая по воскресной газете. —
Квентин помешал кофе и добавил молока.
— Ты себя как чувствуешь?
— Отлично. Это все витамины. — Роб кивнул на целую батарею пластиковых баночек, расставленных на холодильнике. — Тебе тоже следовало бы принимать их. Самый естественный способ поддерживать тело и дух в бодром здравии.
«Стефи могла бы делать это», — подумал Квентин. Он снова вздохнул. — Как дела в школе? В последние дни у нас даже не было возможности поговорить.
— Я знаю, как ты был занят, и уважаю твою увлеченность работой, — проговорил Роб, тщательно пережевывая овсянку. — Все идет отлично. Я увлекся фотографией. У Томми невероятно клевая камера. Мы записались в фотоклуб и учимся по-настоящему использовать свет и тени. Я хотел спросить: ты не возражаешь, если я возьму твою камеру?
— Конечно, конечно. Она в ящике стола. Роберт отпил апельсинового сока.
— Послушай, пап, — он поколебался и тяжело вздохнул. — В следующую пятницу в школе отменили занятия. Ты не будешь против, если я устрою вечеринку? Приглашу своих друзей с их подружками. Я помогу миссис Кроуфорд приготовить еду, а потом приберу все.
Кофе застрял в горле Квентина, и он закашлялся.
— Вечеринку? Ну… я думаю, можно. Кого же ты собираешься пригласить в качестве подружки? — Он опасался задавать этот вопрос из боязни услышать имя Стефи.
— Томми.
Челюсть Квентина отвисла. Неужели его сын впал в другую крайность?
— Хм, Роб, — у него вырвался сдавленный смех. — Я не предполагал, что мой сын выберет себе в качестве подружки Томми.
Роб смущенно заморгал.
— Что? Пап, ты чего это? — губы вытянулись в улыбку. — Томми — девочка. Я… я хотел сказать — женщина.
Квентин провел рукой по волосам.
— А мне казалось, у тебя была привязанность к Стефании Бранд.
— Это уже старо, пап. — Он намазал на тост масло. — Я уж там и не работаю.
— Ты… ты что? — прозвучал недоверчивый голос Квентина.
— Во вторник, после школы, я пошел и сказал, что ухожу. — И запихнул почти половину бутерброда в рот. — Занятия в клубе как раз выпадают на рабочие дни. Да ты не волнуйся. Я уже подыскал новую работу, начинаю со следующей недели.
Квентин спокойно сложил руки.
— Постой, постой, три недели назад ты угрожал сбежать из дома, если я буду вмешиваться в твои отношения со Стефи. Две недели назад она была самым прекрасным созданием, которое тебе когда-либо доводилось встречать. Ты был без ума от счастья. И теперь… теперь… — нужные слова не находились.
— Три недели — это целая жизнь, папа, — серьезно возразил Роберт. — Кроме того, Томми приехала только десять дней назад. Это было прямо как наваждение, — задумчиво произнес он. — Она
— Я… я понимаю, — еле выдавил Квентин, хотя и сам не был уверен в том, что сказал.
— Она тебе понравится. Да и родители у нее отличные. Может быть, со временем мы и их пригласим в гости, — размечтался Роберт. — Мать Томми сходит с ума по антикварным вещам, она прямо вся загорелась, когда я рассказал ей про наш дом.
Квентин только кивнул.
— Тебе понравится и мистер Хаммонд — отец Томми, — продолжал Бобби. — Он специалист по рекламе и маркетингу. О, если бы ты видел, какие ролики он снимает!
— И как в эту схему вписывается Стефания Бранд? — наконец нашел мужество спросить Квентин.
— Не понимаю.
— Разве совсем недавно ты не отправил ей букет роз?
Бобби возмутился.
— Эге, если цветочник опять прислал тебе счет, это вранье. Если бы я и захотел подарить кому-нибудь цветы, то только Томми. Но она не любит растения.
— Значит, Стефи больше не является предметом твоего обожания?
— Она хорошая женщина. — Бобби пожал плечами. — Но у нее и на жизнь совсем не такой взгляд, как у Томми. Томми внимает и вдыхает энергию окружающего мира. Она такая наэлектризованная. — Он еще раз вздохнул. — Прошедшие дни были самыми чудесными в моей жизни. Она — это все, предел мечтаний.
— То же самое и совсем недавно ты говорил о Стефании, — настаивал Квентин.
— Некоторое время так и было, — признался Роберт, собираясь откусить очередной кусок тоста. — Она… она, — он подбирал подходящее слово, — слишком стара, — нашелся он и слизал с пальца масло. — А эти свидания — это было что-то невероятное. Она выбирала из салата бобы, а потом залила его подсолнечным маслом и уксусом. — От смеха его худые плечи содрогались. — Кроме всего прочего, она совершенно не варит в видеоиграх. Его отец облегченно рассмеялся.
— Вот у тебя был конфуз.
— Точно, — кивнул Роб. — Стефи пора понять, что она уже не молода, — продолжил он самым серьезным тоном. — Откровенно говоря, мне кажется, что она не испытывала особого удовольствия от общения со мной. — Он покрутил в руках яблоко. — Ей надо встречаться с кем-нибудь… твоего возраста. С кем-нибудь, кто… ну, ты понимаешь, не такой активный.
Квентин протянул руку и помешал Роберту заняться яблоком.
— Позволь мне задать тебе гипотетический вопрос. — Он улыбнулся. — Как ты посмотришь на то, что Стефи станет встречаться с кем-нибудь еще?
— Никак.
— А что ты подумаешь, если она и этот другой мужчина захотят пожениться?
— Ну и отлично.
— А если у них появятся дети? Ты ничего не будешь иметь против?
— На здоровье. Квентин откашлялся.
— И еще один вопрос: что ты скажешь, если узнаешь, что этим человеком буду я? — Затаив дыхание, он приготовился ко всему.
Обдумывая эту мысль, Роберт долго прожевывал яблоко.
— Попытайся. Ты считаешь, она тебе подходит? Я имею в виду, что она высокая; нe думаю, что у нее есть хотя бы пара джинсов.