Оппоненты Европы
Шрифт:
– Много раз. Но разве это что-то меняет? Или я написал неправильно. Вы были там с госпожой Броучек и успели спрятаться, чтобы в вас не попали. Кстати, насчет госпожи Броучек. Она меня ловко провела в поезде. Теперь я знаю, что она представитель компании «Тиффани» и никакого отношения к вашей конференции не имеет. Просто здесь проходит еще и сбор местных ювелиров. Но это совсем другое дело. Вы сегодня чудом спаслись. И вместо вас подстрелили эту несчастную девушку, которая пыталась пробиться в жизни, устроившись работать официанткой в этом
– Как вы узнали?
– Из полицейского протокола. Как только сообщили, что была стрельба в городе, я ринулся туда и успел даже раньше Рамаса.
– Что происходит? – спросила Мадлен.
– Извините, – пробормотал Дронго прикрывая трубку, – но это неправда.
– Почему неправда?
– Там не было госпожи Броучек…
– Ее фамилия есть в полицейском протоколе, – весело напомнил Морзоне.
– Она подошла после, когда узнала, что в меня стреляли. Ведь мы вместе ехали в одном вагоне. Госпожи Броучек не было рядом со мной, когда в меня стреляли.
– Кто это такой? – наконец поднялась Мадлен.
– И насчет официантки неправда, – продолжал Дронго, – дело в том, что я не мог прикрыться этой несчастной девушкой хотя бы потому, что она была ближе к стене, чем я, и пуля случайно угодила ей в бедро.
– Эти подробности уже не так существенны, – заявил Морзоне, – но я поэтому вам и позвонил. Мы можем прямо сейчас сделать гениальное интервью… А уже через полчаса это будет в Интернете, и мое сообщение прочтут миллионы читателей.
– Вы считаете, что ваши репортажи читают миллионы людей?
– Даже не сомневаюсь. Иначе мне не стали бы платить. В каком номере вы остановились? Если хотите, я прямо сейчас к вам поднимусь?
Дронго взглянул на Мадлен.
– Я собираюсь спать, – твердо сказал он.
– После такого сумасшедшего дня? – не поверил журналист. – Сначала буквально у вас на глазах убивают турецкого дипломата, а потом пытаются застрелить и вас. И вместо вас попадают в несчастную женщину. И вы спокойно заснете. Не испытывая угрызений совести за эту официантку, которая может умереть по вашей вине?
– Послушайте, Морзоне, что я говорю вам в последний раз. Никто не прятался за спиной официантки. Пуля случайно попала в нее. Если вы посмеете опубликовать подобное сообщение, я подам на вас в суд и выиграю судебный процесс, так как у меня есть свидетели.
– Госпожа Броучек, – не удержался от сарказма Морзоне.
– В любом случае я советую вам подумать. У меня репутация человека, который обычно не прячется за спинами случайных прохожих. Вы можете серьезно финансово пострадать. Подумайте об этом.
Дронго бросил трубку.
– Какая сволочь, – в сердцах произнес он.
– Они уже все знают, – поняла Мадлен.
– И через несколько минут сообщение о нападении на нас появится в Интернете, – сообщил он.
– Тогда мне нужно срочно уйти, – поднялась она, – пожалуйста, отвернитесь. Мой муж и отец будут звонить мне в номер, чтобы меня найти. И если они меня
– Да, – согласился Дронго, – наверное, вы правы.
Он так и сидел спиной к ней, пока она одевалась. Наконец она произнесла:
– Вы должны меня понять. Я должна быть в своем номере. Мне было очень сложно подняться с вами сюда…
– Я понимаю.
– До свидания. – Она хотела еще что-то сказать, глядя на его спину. Но, подумав немного, повернулась и пошла к выходу. Хлопнула дверь. И он остался сидеть на кровати раздетый и опустошенный. Сегодняшний день оказался слишком длинным и непредсказуемым. Он даже не мог подумать, что день закончится вот таким фарсом.
Глава 9
Ночью во сне он видел этого парня, который каждый раз умудрялся попасть в него. Испуганное лицо Мадлен, которая не успела одеться и стояла над ним раздетая. Журналистов, которые деловито осматривали раны на его теле. И даже комиссара полиции, который укорял его за подобную беспечность. Его убивали во сне снова и снова, и этот кошмар, казалось, никогда не закончится. Проснувшись утром, он попытался проанализировать свой сон. Его беспокоит это нападение, которого просто не должно было быть, если бы убийца был один. Значит, у него есть помощник. Или этот киллер действовал и в поезде? Но его там не было, иначе он бы его запомнил. И раздетая Мадлен. Он беспокоится за ее репутацию. И поэтому так нервно воспринял известие о сообщениях Морзоне, которые тот собирался разместить в Интернете.
Дронго поднялся и достал свой ноутбук. Включил его и вышел на сайт, где печатались статьи Элиа Морзоне. Он прочел и про убийство турецкого дипломата, и про свое расследование. О нападении в ресторане была глухо упомянута Мадлен Броучек, оказавшаяся случайным свидетелем случившегося, и не было слов о том, что Дронго попытался спрятаться за спину официантки. Морзоне был опытным журналистом. Он понимал, что эксперт действительно подаст в суд в защиту своей чести и может выиграть это дело, заставив журналиста выплатить огромный штраф. Именно поэтому в последний момент Морзоне несколько изменил содержание информации, сообщив, что киллер случайно ранил официантку. Дронго удовлетворенно закрыл ноутбук. Пока все нормально. Госпожа Броучек оказалась случайным свидетелем, а официантка попала под пулю также случайно.
Он поднялся и пошел в ванную комнату бриться и принимать душ. Закончив утренний туалет, Дронго спустился вниз в ресторан, к завтраку. Он увидел уже завтракающих Геннадия и Эльвину, которые при его появлении дружно отвернулись. Голландец Схюрман читал газету и пил кофе, не обращая внимания на остальных посетителей. Уже после Дронго в зал ресторана вошла Мадлен. Увидев Дронго, он замерла, покраснела и все-таки решилась к нему подойти.
– Доброе утро, – сказала она.
– Доброе утро, – кивнул ей эксперт.