Оплошка
Шрифт:
– Замолкни, сука! – прошипел Хрыщ и разрядил в женщину последние три патрона. Привычным движением выщелкнул обойму и вставил новую.
Порось толкнул последнюю дверь, она оказалась заперта. Короткой очередью он высадил замок, и вдруг из кабинета через дверь вылетело три пули. Одна увязла в плече беса.
– Ах ты, тварь! – вскрикнул Порось, пинком открывая дверь.
У стола, с пистолетом в руке, стоял пожилой подполковник, и взволнованно говорил в трубку телефона:
– Нападение
В ответ бес полоснул очередью, офицер глухо вскрикнул и завалился на пол. Порось приставил к его уху автомат и надавил на курок. На стены брызнули мозги.
Хрыщ тем временем расправился ещё с двумя охранниками, пытавшимися оказать сопротивление у стола дежурных. Из комнаты отдыха по нему открыли беспорядочную стрельбу из автоматов. Хрыщ припал к стене, вытащил из кармана гранату и, сдёрнув чеку, закинул её в комнату отдыха. Раздался мощный взрыв, тюрьму тряхнуло, с потолка посыпалась штукатурка.
Порось выскочил из кабинета подполковника и, пробежав несколько метров, очутился рядом с напарником.
– Где он сидит?! – спросил Хрыщ.
– Откуда я знаю? – возмутился Пороська.
– Ты что, всех замочил?
– Да, а ты? – Порось заглянул в комнату отдыха. Среди разгрома лежали два тела.
– Пришлось!.. Что же делать? – Хрыщ метнулся к столу, схватил лежащие бумаги. – Иди, прочти, где его камера.
Порось подошёл, искоса глянул, пожал плечами:
– Я не умею читать по-русски.
– Чёрт, я тоже!
В дальнем конце коридора послышался приглушенный стук.
Хрыщ огляделся, заметил узкую дверь салатового цвета с характерным изображением перевернутого треугольника.
– Подожди-ка, – он отложил бумаги, подошёл к туалету, ворвался внутрь.
Зажавшись в угол, у унитаза, сидел на корточках мальчишка лет 10-ти, очень упитанный.
– Ты кто, пацан? – спросил бес.
– Ва-а-ся, сын Татья-ны Па-авло-вны, – открыл рот мальчик. – Не убивай-айте меня-а, я-а ещё ма-алень-кий…
В туалет влетел Пороська:
– Свидетель! – радостно завопил он, поднимая автомат.
– Какой, на хрен, свидетель! Идиот! – Хрыщ стукнул по руке подельника. – Или, полагаешь, тебя будут разыскивать в преисподней?
– Ну, так всегда говорят, – оправдывался Порось, скидывая китель.
Он оторвал рукав рубахи, осмотрел раненую руку, когтями залез в зияющее на плече отверстие, вытащил пулю и подул на дырку. Она стала затягиваться на глазах.
Вася наблюдал за происходящим, открыв рот.
– Ты читать умеешь? – склонился над Василием Хрыщ.
– Да-а, не убива-а-айте, я ещё ма-а… – опомнившись, снова заголосил
– Маленький, – нетерпеливо перебил бес. – Слушай, пацан, нам нужно узнать, в какой камере сидит один человек. Прочти в бумагах на столе, сделаешь – будешь жить.
– А вы не врё-ёте? – заголосил малолетка.
– Нет, вставай, – Хрыщ протянул руку.
– Я зде-есь лучше посижу-у, – тянул сын Татьяны Павловны.
Порось закончил возиться с ранением, натянул китель и предложил:
– Давай его застрелим, Хрыщ, и осмотрим все камеры подряд. Их здесь всего штук одиннадцать.
Хрыщ выпрямился:
– Тоже мысль, – одобрил он.
– А вы говорите, кто вам нужен, я знаю зэков, – уже другим, нормальным голосом сказал Вася.
– Заткнись! – бросил Хрыщ. – Мы решаем, как нам поступить. – Постой, ты, правда, знаешь всех? – опомнился бес.
– Конечно, я же сын Татьяны Павловны, – прогудел парнишка, вытирая слёзы.
– Кто такая Татьяна Павловна? – заинтересовался Порось.
– Какая, на хрен, разница?! – раздражённо произнёс Хрыщ. – Пацан, нам нужен Сидоркин.
– Это Санька, что ли? – глянул исподлобья Вася.
– Да! Где он сидит, в какой камере? – воскликнул Хрыщ.
– А вы честно обещаете сохранить мне жизнь? – нагло полюбопытствовал юнец.
– Не заговаривай зубы, сопляк! – прорычал Порось. – Время тянешь, маленький ублюдок?! – Он наставил автомат. – Считаю до трёх. Раз, два…
– Он сидит в девятой камере! – вскричал в страхе сын загадочной Татьяны.
– Пойдем! – Хрыщ рванул из туалета.
– Соображаешь, пацан, когда хочешь, – оскалился Порось и нажал на курок. Вася дёрнулся и замер. Бес кинулся вслед за подельником.
– Вот она, – произнёс Хрыщ, останавливаясь у красной двери с цифрой «9», намазанной белой краской.
Он поднял пистолет и выстрелом разнёс замок. Рванул дверь на себя. Внутри камеры, на деревянном полу, служившем одновременно такой общей шконкой, сидело 5 человек.
Заключённые – кто испуганно, кто с немым вызовом, уставились на двух киллеров с оружием в руках.
– Сидоркин, пойдёшь с нами! – скомандовал Хрыщ.
Мужчина лет 35-ти на вид, светловолосый, стриженный под расчёску, с довольно приятным лицом и синими глазами, живо вскочил на ноги. На нём было спортивное трико, майка без рукавов и тапочки.
– Послушайте, ребята, я вас не знаю.
– Зато мы тебя знаем, – продолжил Хрыщ. – Выходи, ты нужен нашему хозяину.
– Вы уверены, парни? По-моему, это ошибка, – вымолвил Сидоркин.