Операция «П»

Ярочкин Борис Петрович

Сашка тяжело вздохнул и скользнул взглядом по реке. Мимо, распустив, словно квочка, подводные крылья, прошла в город очередная «Ракета», потянув за собой белый бурун, гудок котельной судорембазы известил о конце рабочего дня, и вскоре из проходной стали выходить группами рабочие, растекаясь по улицам. Потом он увидел ребят. Они стояли у калитки школы и, горячо жестикулируя, о чем-то спорили, затем побежали за угол, в переулок.

Что еще там произошло?

Сашка выбрал из воды якорь и, будто решив обязательно догнать мальчишек, стал усиленно грести по направлению

школы. Но вдруг развернул кулас и бросил весла.

Чего это он спешит, без него, что ли, пацаны не обойдутся?!

Сашка дождался, пока течение дотащит его к своему дому, и направил кулас к мотолодке. Закрепив чалку, он взял весла и понес их во двор.

В беседке уже никого не было, и это Сашку обрадовало — по крайней мере никто не станет допытываться, почему это он сегодня торчит дома, отчего у него такой унылый вид. Удивило другое — в шалаше, куда ставил весла, наполовину убавилось вяленой рыбы.

«Должно, сушку отец на подлавку убрал», — взглянул Сашка на чердачную дверцу дома, но лестницы у фронтона не было, не оказалось ее и нигде поблизости.

Тогда он бросился к бочонку, снял с него крышку и, ахнув, закусил нижнюю губу: в нем остался лишь тузлук.

«Продал, тому мужчине с маленькими усиками продал, — догадался Сашка, — и балык, и воблу. Вот они и сидели за столом, договаривались и обмывали… Ой, худо будет, худо!..»

Глава 24

Опасения

Сашка не знал, куда себя деть. Дома сидеть у него не хватало ни сил, ни терпения, не решался он и куда-либо пойти. А вдруг наткнешься на ребят, а вдруг они уже все узнали и теперь станут допытываться, как это он мог обманывать всех!..

И в то же время он понимал, что рано или поздно, а встречи с друзьями ему не миновать, и, как набедокуривший ученик пытается отдалить час расплаты, так и он старался оттянуть ее, смутно надеясь, что ему еще сможет что-то помочь.

Встреча произошла на другой день. Сашка позавтракал и, изнывая от безделья, сидел во дворе и думал, чем бы ему заняться, когда с улицы его позвали друзья. Не получив ответа, они тут же заглянули во двор и увидели растерявшегося товарища.

— Ты чего это дома сидишь? — удивился Горка. — И вчера тебя полдня не было!

— Зуб… зуб!.. — схватился за щеку Сашка.

— Сильно болит? — сочувственно вздохнул Витька Бубнов и сделал такую гримасу, будто у него самого заболел зуб.

— Ага. И вчера ныл, и всю ночь спать не давал, и сейчас дергает, — врал Сашка и сам искоса поглядывал на приятелей: верят ли ему или нет.

Ребята все приняли за чистую монету.

— Ты возьми у отца табак, пожуй его хорошенько и на больной зуб, — посоветовал Витька.

— Ерунда, — авторитетно заявил Горка. — Мой батя так лечится: возьмет в рот водки, подержит-подержит ее на больном зубе и проглотит. Здорово, говорит, помогает!

Жевать табак Сашка не захотел, а водку во рту подержать согласился, тем более, что недопитая отцом и гостями бутылка стояла в камышанке на виду и мальчишки сразу же заприметили

ее.

— Ты не бойся, полный рот набирай, — учил Горка, наблюдая, как Сашка берет в рот водку. — Так, еще, еще. А теперь держи, сколько сможешь…

Но долго держать водку во рту Сашка не мог, его начало тошнить, и он хотел уже выплюнуть ее, но Горка сделал такое лицо, гневное и возмущенное, что он невольно проглотил ее к, поперхнувшись, сильно закашлялся.

— Ну как? — подождав, пока Сашка переведет дыхание, спросили ребята.

— Будто бы легче, — вытер тот выступившие на глазах слезы и, чтобы не горело в груди, хотел выпить воды, но друзья не разрешили.

— Потерпи, а то ничего не поможет.

Пришлось подчиниться.

— А мы за тобой, — вспомнил Горка, — Андрей Петрович сейчас в штабе ждет нас.

— Зачем?

— Не знаю. Спросил, где ты, потом велел сбегать да узнать, не случилось ли что с тобой.

Сашка задумался: значит, Андрей Петрович еще ничего не знает о его отце. А может быть, нарочно не сказал им, чтобы они его не предупредили, может, велел им молчать пока?

Он посмотрел на ребят — не притворяются ли? Кажется, нет. Шагая с ним рядом к штабу, Витька и Горка, перебивая и дополняя друг друга, с увлечением рассказывали, как вчера вечером они разоблачили еще одного хитреца — грузчика с рыбкоопа.

— А здорово голову морочил! — восхищенно говорил Горка. — Подумать только, станет это он под вечер у своего кола, что вбит в русло ерика, привяжет к нему кулас и забрасывает донки. Не придерешься! Посидит час-другой и, как стемнеет, к дому. А рыбы всегда столько, будто целый день ловил!.. Вот Андрей Петрович и послал нас проверить, когда его не было на полоях, не стоит ли там по дну сетка. И точно, к колу была привязана одним концом, а груз большой, и все балберы-поплавки в воде — ничего не увидишь сверху!..

— Вечером его и забрал Андрей Петрович, — рассмеялся Витька, — прямо к его куласу на полуглиссере подкатил!

— Сейчас Славка Косарев с ребятами готовит боевой листок, — добавил Горка и ухмыльнулся: — Вот будет опять разговоров на селе!

Чего-чего, а в этом Сашка не сомневался: его бы только не затронули, ого бы не разбирали по косточкам!..

В штаб он вошел после всех и настороженно посмотрел на Полосухина. Продубленное солнцем и ветрами скуластое лицо Андрея Петровича было весело и беззаботно, он приветливо улыбнулся Сашке и, подойдя к нему, протянул здоровую руку.

— Где же это мой начальник штаба пропадает, а я ничего не знаю? — шутливо нахмурился он, и не успел Сашка открыть рта, как Горка и Витька поведали своему командиру обо всем.

— Тогда — другое дело. А сейчас зуб не болит?

— Перестал, — облегченно вздохнул Сашка, радуясь, что немного отлегло от сердца, что легче стало на душе.

И то ли от того, что его опасения оказались напрасными, то ли усыпляюще подействовала выпитая водка, но уже не было той тревоги, что все время томила его и держала настороже, хотелось что-то делать, что-то говорить, и тут он вспомнил о своем вчерашнем наблюдении у моста.