Операция «П»
Шрифт:
Сбавив ход до самого малого, Ершов напряженно огляделся вокруг, но вода не земля, на ней не осталось никаких признаков борьбы, и он спустился до раскатов, осматривая по пути все островки, куда могло бы течением прибить лодку Полосухина.
Где же Петрович, что с ним?
А может, зря он беспокоится? Полосухин на реке себя чувствует не хуже любого рыбака и, конечно, сам выбрался из воды… Но почему же тогда он не бросился за ним в погоню, почему не выстрелил ракетой?!
Возвращаясь назад, Ершов уже подходил к жилке Поперечной,
«Теперь уж никто не подумает, что он ездил в запретную зону с какой-то иной целью», — усмехнулся Ершов, но легче от этой мысли ему не становилось.
Успокоился он лишь в селе, когда, разгрузив дрова, пришел к Баландину.
— А у меня только что Полосухин был! — встретил его Геннадий и ухмыльнулся. — Стыдить было начал, мол, совести у тебя, Генка, никакой нету, даже с дружком своим не подобрал меня, а ведь мог утонуть!.. Сам зубы сцепил, глаза злые-злые, ну разорвал бы на части!.. И рука у него чего-то бинтом замотана, никак ушибся где.
— А ты что?
— Гм, что я, дурак!.. Знать, говорю, ничего не знаю, обознался ты, Андрей Петрович, говорю. Конечно, не поверил он, но чем доказать? Ладно, говорит, еще встретимся!.. — и насмешливо покосился на Ершова. — А ты хотел вернуться к нему, помочь. Он бы тебе та-ак помог!..
«Что верно, то верно, спуску уж бы не дал!» — согласился с Геннадием Ершов и увидел, как тот достает из кармана висящей на гвозде телогрейки бутылку водки.
— Присаживайся, Аркаша, это дело обмыть требуется!..
Глава 20
Нападение
Завтракать домой Сашка не ходил — недавний разговор с матерью был еще слишком свеж, и он решил обойтись вяленой воблой и редиской, что были в полевой сумке.
Обедать пришел, но есть не просил.
— Ну чего слоняешься по углам? — усмехнулась мать. — Мой руки да садись за стол, нынче я щей из свежей капусты настряпала.
«Ага, значит, поверила, что рыбу не стану есть!» — обрадовался Сашка, но вида не подал.
После обеда он вернулся в штаб, сел за стол и занялся донесениями с дозоров.
У моста через грейдер, что идет на ферму, останавливалась автомашина, и шофер спускался с насыпи к ерику. Что-то смотрел по сторонам, заглядывал под мост, затем в радиатор залил воду и уехал. Проверили, не утопил ли он, как Иван Кердяшев, там сеть или секрет заблаговременно. Нет, ничего не нашли, хотя и ныряли с четверть часа и палками шарили у берегов по дну.
«Наверное, слыхал о Кердяшеве, вот и посмотрел, где ставил тот снасть, и попался!»
Дозор, расположенный на пригорке у птицефермы, наблюдает за куласом. На нем дед с тремя поплавочными удочками, выехал он недавно и стал на якорь посреди ерика на самом глубоком месте, что напротив ветловой рощицы. Клюет у него,
«Пусть ловит», — подумал Сашка и мысленно пожелал деду удачи.
Ловит удочками рыбу и грузчик рыбкоопа. Он выбрал себе место вдали от колхозного сада за бугром и приезжает туда после работы третий день подряд. Удилищ у него нет, он предпочитает донные удочки со сторожком и колокольчиком. Якоря не бросает, а привязывает лодку к колу, вбитому в дно ерика. Домой уезжает с сумерками.
«А вот как ловится у него рыба, не сообщают, — взъерошил Сашка свои лохматые волосы. — Верно, с поста трудно разобрать, особенно, если спиной к ним в куласе сидит».
Донесение с пятого дозора было о Вовке Баландине и его компании. Пришли они к устью Сухого ерика в полдень и минут двадцать там о чем-то совещались, заходили по колено в воду, затем один из них переплыл на другую сторону и что-то возился у берега в камыше, остальные смотрели. Потом берегом Старой Волги все вернулись в село.
«Неймется Вовке, — вздохнул Сашка, щуря чуть длинноватые серые глаза, и задумался. — Чего они там крутились? Ведь не от нечего же делать приходили туда!»
— Горка, — позвал он своего помощника и показал ему донесение, — читал про Вовку Баландина?
— Ага, — весело отозвался тот. — Видно, задумали они что-то.
— Пошли посмотрим?
— Давай! — охотно согласился он.
Тут же собрались и отправились в путь. Придя на пост, попросили ребят показать им место, где был Баландин с приятелями.
— Вот здесь, — подойдя к ерику, показали те. — Мы уже смотрели, ничего не видно.
— А где переплывали?
— Вон от начала чакана.
Сашка с Горкой посмотрели туда. Место — ничего особенного: редкие заросли чакана у обоих берегов да кое-где темно-зеленые островки молодого камыша. И все-таки Сашке не хотелось верить, что Баландин наведался сюда просто так. Может быть, он на разведку пришел, чтобы вечером поставить сетку?
— Надо будет засаду устроить, — сказал он товарищам, — они сюда обязательно придут!
— Засаду так засаду, — согласился Горка и улыбнулся. — А я сейчас искупаюсь!
Он сбросил с себя одежду и вошел в воду. Глядя на него, разделся и Сашка. Но не успел он отплыть от берега и пяти шагов, как Горка вдруг заорал не своим голосом.
— Ты чего? — удивился Сашка.
— Ногой… ногой зацепился за что-то! — испуганно вытаращил тот глаза, барахтаясь на одном месте. — Де-ержит!..
Сашка подплыл к нему, осторожно нырнул и, нащупав какую-то веревку, вытащил ее наверх. Это была толстая капроновая пряжа, от нее через равные интервалы отходили поводки, сделанные из тонкого капрона.