Операция «андраши»
Шрифт:
За деревьями раздались беспорядочные залпы и слились в непрерывный треск. Этот треск, нарастая, сосредоточился где-то слева, стих, снова начал нарастать, и тут он увидел среди деревьев Митю, Корнуэлла и Касима — они бежали назад. Второго казаха с ними не было. В кольце валунов они, тяжело дыша, бросились на землю, и почти сразу же слева, со стороны реки, по ним хлестнула пулеметная очередь, взметнув осколки камня и комочки земли. Митя, приподняв голову над камнем, начал отстреливаться. Том увидел, как за деревьями вправо пробежали два… три… четыре солдата, потом еще один. Они все тоже открыли
Тем не менее он спросил у Корнуэлла, что там произошло.
— Митя уложил двоих.
Рядом с ним Касим (или Халиф — даже теперь он не мог разобрать) что-то быстро забормотал, и Митя на мгновение обернулся в сторону Плавы Горы. Том проследил его взгляд. Лодка теперь находилась у самого берега, но выше по течению, гораздо выше, так что увидеть ее с острова могли только те, кто был на мыске. Митя что-то сказал Касиму, и тот подполз к концу мыска и начал размахивать носовым платком слева направо. Митя по-прежнему давал короткие очереди в сторону невидимого пулемета.
Дальше события опять развивались стремительно, но, как часто бывает в подобных случаях, со спадающим напряжением и по логике, которая стала очевидной гораздо позже, когда все уже обрело свое место. Пулемет бил в валуны с рассчитанной беспорядочностью, а на другом фланге солдаты короткими перебежками еще на сто шагов приблизились к прогалине. Теперь их было шестеро, а не пятеро, но затем Касим ранил одного — по-видимому, в ногу; тот подпрыгнул и с воплем упал ничком. Другой солдат попробовал оттащить его, передумал и уткнулся в землю. Следующим выстрелом Касим его добил.
Том то и дело поглядывал через плечо на реку. Лодка прошла уже половину протоки — Бора греб как сумасшедший. Потом ему стало не до лодки: пятеро на краю прогалины опять кинулись вперед и выиграли еще несколько шагов. На этот раз никто из них не был хотя бы ранен. Еще чуть ближе — и они начнут бросать гранаты. Он снова покосился через плечо. Благодаря отчаянным усилиям Боры лодка была уже под самым мыском, ее можно было бы окликнуть, но тут Бора резко поставил ее носом против течения. Каменный осколок впился Тому в щеку, словно десяток осиных жал. Он поспешно нагнул голову.
Пятеро по ту сторону прогалины теперь вели по ним непрерывный огонь, готовясь к следующему броску. И вот тут был ранен Касим. Он вскочил и кинулся через прогалину. Он дергался, как марионетка, но бежал, бежал. На полпути, когда он уже заносил над головой руку с гранатой, его отшвырнуло назад, словно соломенное чучело в бурю.
Том заставил себя приподнять голову над валуном и прицелиться в солдат за прогалиной. Митя аккуратными короткими очередями бил влево. Он нажал на спусковой крючок, почувствовал отдачу, перебросил затвор и снова выстрелил. Затем пулемет почему-то умолк, но тут же вновь заработал — только теперь стреляли уже не в них, а куда-то в сторону. Слева раздался оглушительный взрыв, потом второй. Пятеро солдат теперь бежали назад, за деревья. Митя с криком вскочил и кинулся вперед. За ним бежал Корнуэлл.
Том вдруг осознал, что пулемет молчит, и понял, что бой кончился. Появление Марко и Боры решило дело. Он выпрямился, пнул Андраши в ребра, потом нагнулся и похлопал
— Все в порядке, — сказал он, и они медленно поднялись с земли.
Он перелез через валуны на прогалину. Из-за деревьев вышли Корнуэлл и Митя, слева он увидел Бору. Бора махал руками и что-то кричал. Тут они услышали, что он кричит, и бегом бросились ему навстречу.
Глава 5
В ту секунду, когда он нагнал Митю и Корнуэлла, бегущих за Борой к западной оконечности острова, и увидел Марко, он понял, что события наконец полностью вышли из-под контроля. Положение стало зыбким, как болотистая почва у них под ногами, и невозможно было предвидеть, что будет дальше.
Марко был еще жив и в полном сознании, несмотря на тяжелую рану. Нелепо изогнувшись на боку, он упирался локтями так, чтобы винтовка меньше дрожала. Совсем близко, шагах в двух-трех от ее дула, стояли два солдата, держа над головой согнутые руки.
Он подбежал к этим двум пленным. Они мутными глазами смотрели на него сквозь серую завесу смерти. Колени у них были подогнуты, животы выпячены вперед — уродливые человекообразные существа, уже почти гниющая падаль. Позади них валялся разорванный на куски труп: лохмотья плоти перемешались с осколками металла. В воздухе стояла едкая вонь взрывчатки. Внезапно один из пленных крикнул по-сербски:
— Вы же нас все равно пристрелите, так чего вы тянете?
Судя по форме, он был рядовым. А второй — офицер, решил Том: подтянутая фигура, суконная фуражка цвета хаки с лакированным кожаным козырьком. Ему стало противно, что кричит не офицер. Он подошел к ним почти вплотную, а солдат все требовал, чтобы их убили сразу. Ритм этих слов проник в его сознание, и они звучали там много дней спустя, много лет спустя: «Убейте нас сейчас, убейте нас сейчас!»
Он услышал хрип Марко:
— Разоружи их. Со мной — все.
Он взял у офицера пистолет, со спазмой отвращения увидел их лица совсем близко и сказал:
— Стойте смирно, никто вас убивать не собирается. Но если шевельнетесь, я стреляю.
Рядом с ним вырос Бора:
— Свяжи-ка их, Никола!
— Черт! Ты же снял ремень с моего передатчика!
— Ничего ему не сделается. Свяжи их покрепче. Он поднял ремень с земли и начал решать задачу,
как связать руки этим двоим. В конце концов он велел им повернуться к нему спиной и сложить руки позади. С его лица на бесформенные узлы падал пот. Один из пленных — солдат — не то молился, не то просто что-то бормотал пронзительно и жалобно. Он пнул его коленом в зад.
— Заткнись! — нелепо сказал он по-английски. Солдат заплакал. Офицер что-то быстро сказал ему на ухо, но солдат продолжал плакать. Том дал пинка и офицеру.
— И ты тоже закрой пасть, понял? Руки у него тряслись.
Когда он кончил их связывать, ему в голову пришла еще одна мысль. Он заставил их лечь ничком на мокрый дерн. Голова офицера почти уперлась в окровавленное туловище убитого пулеметчика. И очень хорошо! Он пнул щегольскую фуражку, которая откатилась в сторону.