Опции
Шрифт:
— Не довелось, я гуманитарий, — ответил я.
— Так вот, раньше учили, что глобальные изобретения необходимы. Что любое устройство, оборудование, вещь должны стремиться к тому, чтобы стать дешевле, проще и надёжнее. Это полная ерунда, милый! Для предприятий всё равно, сколько платить за оборудование. И совершенно безразлично, надёжное оно или нет.
Маринелла оглянулась и прошептала:
— Когда всё решают знакомства и откаты, то никому никакого дела нет до простоты и надёжности.
— Это понятно. А опции для чего наворачивать тогда? — удивился я. — Покупали бы за
Дама рассмеялась:
— Ну и профан же ты! Кто из нас в бизнесе вертится, ты или я? Опции нужны, чтобы сделать технику сложнее.
— Зачем?
— Во даёт! Кому сейчас нужны простые, надёжные и лёгкие в управлении устройства? Никому. Чем устройство сложнее, тем оно чаще ломается, а значит, заказчик будет раскошеливаться на ремонт и обслуживание.
Я был просто ошарашен такой логикой.
— Сложность устройства нужна ещё для того, чтобы затруднить работу персонала, — продолжила она, снисходительно улыбаясь. — Поэтому можно организовывать курсы обучения, разрабатывать инструкции за деньги. Много лет назад разработчик продавал ту же стиральную машину и благополучно забывал про покупателя. А сейчас он плюсом к продаже предлагает обучение, сопровождение, апгрейды, обновления версий, пакет дополнительных опций…
В этом она была абсолютно права. Даже бытовая техника с каждым годом всё усложнялась и усложнялась. Появлялись новые функции, навешивались новые опции. В городе недавно появились даже специальные курсы обучения микроволновкам, сотовым телефонам и стиральным машинкам. Поскольку опций на бытовую технику навешивалось невероятное количество, на каждый утюг или пылесос ставился процессор и выводилась панель с кнопками управления или экранчиком. Действительно, права Маринелла, с курсов обучения разработчики имеют дополнительные деньги. К этому следует добавить обновления и версии. Получается, покупая вещь, я надолго попадал в силки к производителю.
— Я вообще считаю, что время изобретения вещей прошло, — задумчиво сказала Маринелла. — Не зря это запрещено государством. Наступило время функциональных изобретений. Мы должны изобретать не вещи, а опции. А вещей ждёт другая судьба — они будут стремиться быть похожими друг на друга. Сотовые телефоны, например, уже мало неотличимы от компьютеров.
Я представил, как через десяток-другой лет приду в магазин и скажу, что мне нужна вещь, которая фотографирует, засекает время и даёт выход в интернет. Продавец возьмёт какой-нибудь стандартный корпус и тут же на него накрутит функции, которые я заказал.
Мы ещё долго общались в этот вечер с Маринеллой. Когда мы поехали назад, был уже поздний вечер. Утомлённая работой в кулуарах Аня дремала на заднем сиденье. Нетрезвый Сухов мрачно глядел в окно.
— Блин, завидую я тебе, Андрюха! — сказал он, перед тем, как мы сели в машину. — Такую бабу склеил! Телефончик хоть свой оставила?
Несчастный Коля! Я опять в его глазах предстал каким-то донжуаном и профессиональным ловеласом. Не рассказывать же ему, что мы с Маринеллой обсуждали философскую сторону технического прогресса! Алексеев же полпути домой молчал, угрюмо глядя на тёмную дорогу. Потом
— Я удивляюсь, ты же вроде взрослый человек, Андрей! А такое себе позволяешь!
— А что я позволяю? — притворно удивился я.
При моей комплекции я быстро пьянею, но так же быстро и трезвею. Я был пьян там, на банкете, зато сейчас я трезвый, как стёклышко. Поэтому пришлось снова надеть маску старательного и глуповатого сотрудника.
— Не притворяйся, прекрасно ведь знаешь, о чём я, — продолжил Алексеев, пристально глядя на дорогу. — Почему ты не работал с людьми, а вцепился в эту… советницу губернатора? Я специально подошёл к тебе, намекнул, что не мешало бы с другими людьми пообщаться. А ты сделал вид, что не понял. И потом: коньяк, шампанское… Я вас за этим на форум привёз?
— Так, это… Знакомство я завёл полезное. Пусть лучше одно, но какое! Советник губернатора — это не шутка, — вяло оправдывался я.
У меня почему-то пропало настроение изворачиваться и изображать из себя старательного сотрудника. Виной этому был, конечно, разговор с Маринеллой. Завтра мне нужно будет опять выходить на работу и заниматься придумыванием ненужных никому дурацких финтифлюшек. Впервые в жизни я почувствовал, что меня это угнетает.
— Разочаровал ты меня, Андрей! А я ведь не сегодня-завтра хотел тебя сделать начальником отдела. Видимо, придётся пока отложить этот вопрос.
"Ну и откладывай", — подумал я, не отвечая.
Уволиться, что ли, подумал я. На скопленное укатить куда-нибудь подальше. В какой-нибудь малопопулярный дом отдыха. Погулять по лесу, побыть одному и хорошенько подумать над тем, как дальше жить. Однако этому не суждено было случиться.
Глава 7
Алексеев довёз нас до подъезда родного бизнес-центра, наотрез отказавшись развозить по домам. Мол, нужно кое-что на работе сделать, метро ещё работает, так что будьте любезны, езжайте домой сами.
У подъезда стоял джип с гербом на дверце и грозной надписью "Антиинвентор". Когда мы вышли из "Фогеля", двери джипа распахнулись, и к нам быстрым шагом направились два человека в форме чернильного цвета с сержантскими погонами. Они направились, как ни странно, ко мне. Подойдя, антиинвенторовцы небрежно завернули мне руки за спину и поволокли к джипу. Алексеев и сотрудники испуганно замерли. Ни один из них не посмел возмутиться в адрес сотрудников из известной силовой структуры.
— Руки на капот! — приказал мне один из сержантов, нагибая меня вперёд.
Я послушно упёр ладони в тёплый капот. Один сержант привычно разопнул мне ноги на ширину плеч, а второй шустро ощупал меня, выудив по пути паспорт из внутреннего кармана. Из джипа вылез третий, в гражданской одежде. Он подошёл ко мне, приподнял мне лицо за подбородок и сунул под нос красные корочки с фотографией и кучей печатей.
— Майор Полевой, старший оперуполномоченный отдела по профилактике изобретений, "Антиинвентор"! — представился он.
— Очень приятно! Гражданин Дёмин, ведущий специалист креаторного отдела, "Опцион" — прохрипел я в ответ.