Опасный след

Робертс Нора

— Я так решил и хотел, чтобы ни ты, ни федералы не сомневались в моем намерении.

— Не смей даже подумать, что ты можешь…

— Заткнись. — Его глаза вспыхнули обжигающим огнем. — И побыстрее. — Он шагнул к ней, и Пек тихо зарычал. Саймон твердо посмотрел в собачьи глаза и жестом призвал его к молчанию.

Пес мгновенно сел, но глаз не отвел.

— Хочешь злиться на меня, тогда ты становись в очередь. Можешь продолжать свое «я-могу-позаботиться-о-себе-сама» сколько хочешь. Мне плевать. На этот раз ты не будешь

делать это одна, так что подавись своей самостоятельностью. Ты сказала, что глупо не оставлять мою чертову зубную щетку в твоей ванной комнате, и я уступил. Но ты круглая дура, если думаешь, что все остальное можешь решать одна. Это не работает.

— Я никогда…

— Заткнись. Я должен поверить в твой бред, будто ты не сказала мне о репортерше, потому что выбросила ее из головы? Не повторяй эту чушь. Ты ничего не выбрасываешь из головы, во всяком случае, не такое.

— Я не…

— Я еще не закончил, черт побери. Не ты руководишь этим шоу. Не знаю, как ты договаривалась со своим копом, но мы живем здесь и сейчас. И сейчас ты имеешь дело со мной. Подумай об этом хорошенько и, если тебе это не подходит, дай мне знать. Значит, мы просто трахаемся, пока хочется, и свободны от любых обязательств.

Фиона почувствовала, как кровь отхлынула от щек, как немеет лицо.

— Это жестоко, Саймон.

— Да, жестоко. Твои клиенты подъезжают, а у меня работа.

Он решительно направился к грузовику как раз в тот момент, когда по мостику одна за другой проехали две машины. Джоз, явно настроенный на волну хозяина, быстро прыгнул в кабину.

— Я еще не высказалась, — пробормотала Фиона, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы сосредоточиться, и направилась навстречу клиентам.

19

Фиона умышленно поставила индивидуальный урок с избалованным питомцем последним. Она часто думала о подобных занятиях не как об исправлении поведения, а как об изменении отношения — и не только собаки.

Пушистый оранжевый померанский шпиц Хлоя — все четыре ее фунта — железной лапой управляла своими хозяевами и третировала всю округу: истерично визжала, тявкала, бросалась на других собак, кошек, птиц, детей и пыталась разодрать все, что попадалось ей на пути.

Пока Фиона выслушивала стенания клиентки, повторявшей все, что уже было рассказано по телефону, Сильвия сидела на веранде с кувшином свежего лимонада и масляным печеньем и сражалась с вязальным крючком — в последнее время она увлеклась «кроше» [19] .

— Нам с мужем пришлось отказаться от зимнего отпуска. — Лисси Чайлдз погладила прижатый к груди меховой шарик, подозрительно разглядывающий Фиону. — Мы не нашли никого, кто согласился бы взять ее на неделю или остаться с ней в нашем доме. А ведь она такая милая, такая очаровательная, только непослушная.

19

Кроше —

кружево, выполненное крючком из крепких крученых ниток.

Лисси звонко почмокала губами, Хлоя вся задрожала и облизала лицо хозяйки.

Как заметила Фиона, Хлоя щеголяла серебряным ошейником, усыпанным разноцветными искусственными бриллиантами — во всяком случае, Фиона понадеялась, что искусственными, — и розовыми башмачками с вырезанными мысками, обнажающими розовые — в тон обувке — коготки.

И собачонка, и хозяйка благоухали духами «Вера Вонг Принцесс».

— Ей год?

— Да, мы только что отметили ее самый первый день рождения, правда, куколка?

— Вы помните, когда она впервые стала проявлять враждебность?

— Ну… — Лисси покачала Хлою. Огромный квадратный бриллиант на пальце хозяйки вспыхнул ледяными искрами, а Хлоя оскалилась, продемонстрировав Фионе острые зубки. — Хлоя никогда не любила других собак или кошек. Она считает себя личностью, ведь она моя деточка.

— Она спит в вашей кровати, не так ли?

— Ну… да. У нее есть прелестная собственная кроватка, но она складывает в нее игрушки. Она обожает пищалки.

— Сколько у нее игрушек?

— Ой… ну… — Лисси смущенно откинула назад длинные белокурые волосы. — Я ей все время покупаю новые. Просто не могу удержаться. И наряды. Она любит наряжаться. Я понимаю, что балую ее. И Гарри ее балует. Мы оба не можем удержаться. На самом деле она прелесть. Просто немного нервная и ревнивая.

— Почему бы вам не поставить ее на землю?

— Она не любит, когда я делаю это на улице, особенно когда… — Лисси оглянулась на растянувшихся на земле Орео и собак Фионы. — Когда рядом другие собаки.

— Лисси, вы платите мне деньги за то, чтобы Хлоя стала более счастливой и воспитанной собакой. Из того, что вы рассказываете, и того, что я вижу, Хлоя не просто вожак стаи, она четырехфунтовый диктатор. Ваши слова лишь убеждают меня в том, что у Хлои классический синдром маленькой собаки.

— О боже! Ей необходимо лечение?

— Нет. Вы просто должны взять власть в свои руки и внушить Хлое, что она не может делать то, что не позволено большому псу, только потому, что она маленькая.

— Но она действительно маленькая.

— Размер не должен влиять на поведение или быть причиной плохого поведения. — «А самую большую проблему слишком часто представляют владельцы», — мысленно добавила Фиона. — Послушайте, вы не можете без стресса вывести ее на прогулку или принять людей в своем доме. Вы говорили мне, что и вы, и Гарри любите развлекаться, но уже несколько месяцев не устраивали вечеринок.

— Просто в последний раз, когда мы попытались это сделать и заперли Хлою в спальне, у бедняжки был такой стресс, она так огорчилась.