Опаленное сердце
Шрифт:
— Я теперь живу в Лондоне, — сказала я, быстро сосредотачивая внимание на том, что важно. — Но я родилась здесь. Первые пять лет своей жизни я провела в Барчепеле. Мои родители были убиты здесь, и сейчас по этим улицам вновь ходит убийца, — я поколебалась. Тут нужно было действовать осторожно. Я не могла публично объявлять кого-либо виновным или невиновным (это работа суда, а не моя), и я не могла делать ничего такого, что поощрит самосуд в том или ином виде. — Мы срочно ищем мужчину, который, как мы считаем, может помочь с расследованием.
Я отпустила руку Лукаса и подняла свой телефон, показывая фотографию Гвинна Эванса.
— Это мужчина, которого мы ищем. Мы считаем, что он располагает бесценными сведениями, которые помогут нам найти убийцу Джули и Патрика.
Я ожидала какой-то реакции, но никто не пошевелился, и никто ничего не сказал. Я заговорила чуть громче и помахала телефоном.
— Кто-нибудь знает этого мужчину?
Билл соскользнул со своего стула и снял кепку.
— Надолго этот вампир останется тут? — спросил он, не сводя долгого взгляда с Лукаса.
— Столько, сколько потребуется, — невозмутимо ответил Лукас. — Знаю, вы меня боитесь, но вам нужно бояться не меня. Я здесь, чтобы помочь. Убийца — сверхъестественное существо, но мы пока не знаем, какое именно. Он не вампир и не оборотень, но он обладает силой и более чем готов убивать. Он уже убил двух человек. Как я и сказал, вам не меня нужно бояться.
Бармен кашлянул за барной стойкой.
— Ээ… — все посмотрели на него, включая Лукаса. — Можно взять у вас автограф?
Мне едва-едва удалось не закатить глаза.
— Если кто-то из вас сможет сказать нам, кто этот мужчина, и где нам его найти, — ответил Лукас, — то можете получить всё, что захотите.
Билл пробормотал что-то и зашагал к нам. Его лицо выражало решительность, и на мгновение я искренне не была уверена в том, что он сделает. Затем он остановился и пристально посмотрел на фото на моём экране.
— Это он убил Джули?
— Он может помочь нам с расследованием её убийства, — твёрдо сказала я, — и Патрика тоже.
Билл бросил на меня раздражённый взгляд, явно прекрасно понимая, что означает «помочь с расследованием» на самом деле.
— Я видел его, — сказал он. — Имени не знаю, но знаю, где он остановился.
Сам воздух вокруг как будто замер.
— Где?
— Кемпинг возле фермы Лоус Грин, — ответил Билл. — Он разбил там палатку.
(Под кемпингом имеется в виду организованное место, где люди могут разбить палатки и жить там. В кемпинге обычно есть места для палаток, столы для пикника, туалеты, водопровод, электричество и другие удобства. Люди могут приехать туда просто на выходные, чтобы пожить в палатке, а те, кто отправляется в длительные походы, используют такие кемпинги для промежуточного отдыха и восполнения припасов, — прим.)
Лукас почти
— Спасибо, — сказала я, обводя взглядом комнату. — Не надо недооценивать мужчину, который убил Джули Макинтош и Патрика Лейси. Не ходите по Барчепелу в одиночестве. Убийца чрезвычайно опасен.
Билл надел кепку обратно на голову.
— Не он один, — пробормотал он, и его тон сочился презрением. Он повернулся и пошёл обратно к своему стулу.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то ещё.
— Оставь, — пробормотал Лукас. — У нас есть более важные поводы для беспокойства.
Я закрыла рот. Да уж. Я устало покачала головой, и мы ушли.
— Мне нужно нанять пиарщиков получше, — сказал Лукас, когда мы оказались на улице.
Я до сих пор невольно ощетинивалась.
— Как можно изменить сердца и умы целой нации?
Он опустил голову и бегло поцеловал меня.
— Поимка серийного убийцы может оказаться славным началом. Кроме того, бармен уже фанат.
Я цыкнула языком. Ну да, ну да. Когда дело касалось сверхов, существовало или подхалимство, или ужас, третьего не дано.
— Как бы мне ни хотелось немедленно отправиться в тот кемпинг, мы не можем вершить самосуд. Сначала надо поговорить с Боатенгом. Это его расследование, и ему нужно знать, что мы узнали. Каким бы личным это ни было, я всё равно являюсь офицером полиции при исполнении.
Лукас взглянул на небо.
— Уже сумерки. Боатенг недолго пробудет у коттеджа.
— Тогда давай поспешим.
Мы трусцой побежали вокруг «Птички и Кустика», затем по дороге, ведущей из Барчепела. Мы едва преодолели пятьдесят метров, как знакомая фигура помахала нам с другой стороны улицы.
— Детектив! — констебль Ротсей начал прыгать на месте. — Я как раз шёл вас искать! — он бросил взгляд на Лукаса и вздрогнул. Ротсея не назвать хорошим актёром; ему придётся поработать над этим, если он хотел стать хорошим полицейским. Нельзя допускать, чтобы личные чувства мешали работе. Я слабо улыбнулась. Временами мне самой нужно было помнить об этом совете.
— Я подожду здесь, — сказал Лукас. — Так наверняка будет проще.
Я поморщилась, но не стала возражать и перешла улицу, чтобы узнать, чего хотел Ротсей. Надеюсь, немного.
— Что такое?
Он просиял, взглянув на меня.
— Я сделал, как вы просили, детектив Беллами. Я выяснил, с кем спал Патрик Лейси.
Если честно, я абсолютно забыла об этом направлении расследования.
— О. Хорошая работа.
— Миранда Джеймс, — объявил Ротсей. — Похоже, у них была какая-то тайная интрижка.
Я сморщила нос.
— Вы уверены? — это не казалось вероятным. Почему тогда она не упомянула? Учитывая другие вещи, в которых она призналась, отношения с холостым мужчиной, с которым её уже связывало запутанное прошлое, не казались чем-то секретным.