Опаленное сердце
Шрифт:
Барри и Ларри были правы: мой убийца избежал зон с камерами, забравшись через окно. Я начинала подозревать, что злоумышленник был дотошным, невозмутимым… и имел опыт в совершении гнусных преступлений.
Я потратила дольше времени, чем стоило, просматривая то, как Джули поглядывала на часы и осматривалась по сторонам в поисках меня, затем пробормотала что-то Биллу и ушла. Потом надо будет найти её и извиниться за исчезновение. Понятия не имею, какую отговорку мне придётся придумать.
Решив, что я не могу долго утаивать от Лукаса, что случилось, я снова
— У меня выдалось чрезвычайно продуктивное утро, — сказала она мне, говоря куда бодрее и веселее, чем я чувствовала себя. — Я сейчас в коттедже. Не думаю, что остались хоть какие-то сомнения, Эмма — ты была убита в то же время, что и твои родители. Я взяла образцы с отметины на кухонном полу. Они со временем разложились, но мне хватило остатков, чтобы провести сравнение, и размер подпалины совпадает с размерами детского тела.
Я ничего не говорила.
— Эмма? — позвала Лаура. — Ты там?
— Да, — выдавила я. — Я тут. Просто… — я раздражённо провела рукой по волосам. — Не знаю, Лаура. Когда меня нашли, я была живой. И насколько я знаю, никогда не было намёков на обратное. Но для моего воскрешения требуется двенадцать часов. А значит, прошло ужасно много времени, прежде чем кто-то заметил, что случилось. Я не помню, чтобы в новостных отчётах упоминались следы горения. Я не читала все документы по расследованию убийства, но пока не натыкалась на упоминания пожара. И единственный, кто мог дать мне больше информации, был убит вечером пятницы.
Я закрыла глаза.
— Я умерла, — прошептала я. — И мои родители тоже. Но они не очнулись, — я пробормотала ругательство. — Если бы я могла вспомнить что-то… хоть что-нибудь…
— Ох, Эмма, — тон Лауры был полон сочувствия. — То, что ты не помнишь — это абсолютно нормально. Травма, особенно детская травма, часто вызывает амнезию. Так мозг защищает сам себя.
— Должен же быть способ заставить воспоминания вернуться. Может, гипноз. Или психотерапия, — я помедлила. — Есть лекарства, способные помочь?
Она вздохнула.
— Есть способы вернуть старые воспоминания, но это не точная наука. Если честно, раз твой мозг решил не помнить данное событие, то мудро будет не пытаться его вернуть. И даже если психотерапия или нечто подобное спровоцирует возвращение памяти, это не происходит мгновенно. Нельзя щёлкнуть пальцами и резко вспомнить. Это длительный процесс. И нет, не существует чудо-таблетки для таких вещей. И я не думаю, что такое должно существовать.
Может, она права; может, лучше не помнить. Это ничего не изменит. Мои мама и папа останутся мёртвыми, какие бы воспоминания я в себе ни вызвала, а убивший их мужчина по-прежнему будет за решётками. Вот только вопреки прямому признанию Сэмюэлом Бесвиком вины, я уже не была абсолютно уверена, что он и есть убийца. Если он убил и меня тоже, то почему не сказал об этом, когда я пришла его навестить? Едва ли он мог такое забыть.
— Я попрошу об одолжении у кое-каких своих знакомых и получу отчёты криминалистов с того периода, — сказала Лаура. — Само собой, тогда технологии не были такими развитыми, но всё же тогда было не средневековье, и там должны содержаться какие-то упоминания подпалин. Я посмотрю, что удастся нарыть.
— Спасибо. Я поговорю с детективом Барнс и посмотрю, не удастся ли получить доступ к полному досье по убийствам. И, — я тяжело вздохнула, — попробую получить ещё один визит к Сэмюэлу Бесвику.
На сей раз уже Лаура поколебалась.
— Ты уверена, что это хорошая идея — так ворошить прошлое?
— Нет, — честно ответила я. — Но раньше я разузнавала об убийстве родителей, потому что думала, что у меня уже есть все ответы. Теперь вместо этого у меня есть вопросы.
— Ладно, — сказала она. — Я уверена, что мы сумеем найти хотя бы часть ответов. Ты неизменно настойчива. Добилась какого-то прогресса с поиском своего самого недавнего убийцы?
Я поморщилась.
— Нет, — я прикусила губу. — Большинство людей не оказывается убитыми, но со мной это происходит чертовски часто. Ты правда думаешь, что это совпадение, что меня дважды убили в Барчепеле?
Лаура ответила немедленно, подтверждая, что тоже думала об этом.
— Если честно, Эмма, когда дело касается тебя и твоих способностей, я вообще понятия не имею.
***
Детектив Барнс сказала мне, что пришлёт все документы по убийству моих родителей к концу дня. Она на удивление покладисто отнеслась к запросу, хотя я уверена, что это в первую очередь вызвано её желанием узнать больше о моих загадочных способностях. В любом случае, я не собиралась смотреть дарёному коню в зубы. Однако сейчас передо мной стояла другая цель.
Дом-особняк, принадлежавший Миранде Джеймс, находился не в самом Барчепеле, а на дороге, ведущей к деревне. Шагая в том направлении, я осознала, что наверняка проезжала мимо него на автобусе, но его скрыли из виду разросшиеся живые изгороди и высокие дубы. Тут имелась маленькая хижина-сторожка, которая в прошлом вмещала сотрудника поместья, но теперь явно пустовала годами. Рядом с ней были распахнутые ржавые железные ворота. Судя по зелёному плющу, оплетавшему их, ворота уже несколько месяцев не сдвигали с места.
Я не смогла удержаться и провела пальцами по стеблю, срывая листочек плюща. Шагая по длинной дорожке к дому, я разорвала его на крохотные зелёные клочки. Наверное, мне пора потратиться на антистрессовый мячик или спиннер; в моей крови бурлило слишком много нервной, сердитой энергии.
Дорожка вилась между деревьями. Тут не виднелось следов человеческой жизни, но определённо присутствовало немало насекомых. Я раздражённо шлёпнула ладонью по маленькой мухе, которая решила до меня докопаться, и заметила целый парад муравьев, марширующий в заросли сорняков.