Опаленная колыбель
Шрифт:
– С-серж, вы что… – Линский шипит зло. – Вы что, издеваетесь? Как я его смогу убедить? Вы думаете, он поверит в то, что два сопливых пацана обвели меня вокруг пальца?!
Сопливые?… Ну-ну.
– Ну ведь обвели же? – говорю. – По голове я вас честно ударил. Если надо будет, любой доктор подтвердит легкое сотрясение с потерей сознания. Вам даже врать не надо будет. Навыки своего СВИ вспоминайте, господин президент. Вас там ведь учили, как надо убеждать?
– Серж… – Линский шипит.
– Что – Серж? – огрызаюсь. –
– Серж! Да поймите же вы, наконец! – Линский из себя выходит. – Сейчас торговцы доставят императору симы, и император развяжет войну, которой Конфедерация старалась всеми силами избежать! И виноваты в этом будем мы! Потому что мы, именно мы спасли торговцев и этим помогли императору! И то, что торговцы нас сейчас встретят, выглядит как доказательство того, что мы с самого начала были на стороне императора! После встречи с торговцами Янг со мной даже разговаривать не будет!
– А кто вам мешает избежать встречи с торговцами? – говорю хмуро, на экраны косясь.
Мы всего на двух звуках идем, и внешние камеры нормально работают. Под нами сплошные джунгли тянутся. Хоть бы полянка какая… Ни фига. Ну да ладно. Переживаем как-нибудь пару часов. В конце концов, город-то наш в самом деле спасать надо. Если Линский с Янгом не договорится, подгребет император под себя наш Ангарск.
– Дымок? – к братишке оборачиваюсь.
Кивает Дымок, восстановил он уже связь с торговцами.
Все-таки небольшой холмик Дымок отыскал. Мелкой растительности и на нем полно, но огромных деревьев нет. Хоть немного света, да и обзор какой-никакой… После Конфликта в джунглях много всякого мутировавшего зверья развелось.
– Прощайте, ребята, – Линский говорит.
Злость у него уже прошла. Да и холодность уже почти выдохлась. Но не совсем. И можно его понять. Ему после всего этого в Конфедерацию возвращаться и Янга переубеждать. Если Линского вообще к нему допустят… Могут ведь арестовать. Или еще на подлете сбить… Рискует он, ох как рискует!
– Удачи, господин президент, – говорю ему от души.
– Пусть у вас все получится, Олег Львович, – Дымок поддакивает.
Анна тоже кивает.
Вздыхает Линский. Прослезился даже, кажется. Хотел что-то сказать – но передумал. Только рукой махнул. Развернулся и быстрее во флаер лезет.
Поднимает флаер аккуратно, прощальный круг над нами делает – и к границе Конфедерации, вслед за отступившей колонной. Но вежливости его ненадолго хватило. Ему спешить надо – каждая минута промедления может решающей оказаться. Так что почти сразу же на несколько звуков перешел. Из видимости он уже скрылся – но хлопок от перехода на сверхзвук долетел. Так по барабанным перепонкам врезал, словно небо на землю шлепнулось!
Гул от флаера после хлопка сразу пропал – но в голове от самого хлопка еще пару минут шумело.
А потом слух восстановился… И уж
Я невольно на месте закрутился. Сквозь кусты ничего не видно. А звуков разных полно. Верещит кто-то, чуть дальше вой.
Анна ко мне жмется испуганно. Я пулеметы с предохранителей снимаю. Линскому-то они все равно не нужны, а нам очень даже пригодятся, похоже – вот я оба себе и оставил. Дымок тоже ко мне жмется, второй пулемет из руки рвет.
– Серж, как им пользоваться?
– На курок жать, – огрызаюсь. – Отцепись, Дымок!
Но братишка на пулемете как клещ повис. Даже свой комп положил на землю. Пришлось показать, как с пулеметом обращаться.
– Только держи крепче, – говорю. – И не вздумай длинной очередью стрелять! Хоть демпфирование у этих игрушек и двойное, но все-таки не на таких мальков как ты рассчитано. Еще поведет руку, не дай бог… Ты же нас с Анной в два сита изрешетишь, паникер!
Но Дымок только сопит обиженно и озирается с опаской.
Но хоть одного пулемета я лишился – зато рука освободилась. Обнимаю Анну, она ко мне прижимается.
Воя и криков вокруг все прибавляется и прибавляется. Может, конечно, это просто ухо в чужеродных звуках осваивается, и чутче к ним становится. Но на душе все тревожней…
А торговцам сюда еще час с лишним добираться.
Но потихоньку освоились.
Видно, это с непривычки нас так мандражило. Мы же всю жизнь под землей. Невысокие коридоры, ровные стены, звукоизоляция, семнадцать градусов, стандартная влажность и умеренное освещение. Да и запахов почти нет.
А тут вместо потолка – небо где-то черт знает где, за верхушками кустов, а вместо стен – шевелящаяся стена зелени. И звукоизоляции никакой. Да еще и ветер дует. Все колышется, сплошные скользящие тени. Жуть…
Особенно с непривычки. Мы же до этого на поверхности только в скалистом каньоне высаживались да на пустынном берегу океана. Есть разница.
Но потихоньку привыкли, трястись перестали. Мелкие зверюшки вокруг бегают, но крупных что-то не видно. Да и два пулемета – это покруче клыков и когтей, честно говоря.
Волнение скоро спало.
И Дымок опять загрустил. Даже пулемет положил на землю. Сел – и грустит, травинки по одной искореняя.
Торговцев мы спасли, но надолго ли? Главного-то мы не изменили. Пересчитал Дядюшка Сэм Дымка. Капкан готов. И император в него по-прежнему собирается.
А когда капкан захлопнется, не только императору не поздоровится. Дядюшка снова своих роботов начнет на наш континент посылать. Города Империи без хорошей защиты сразу же падут. И после этого все роботы обрушатся на Конфедерацию. А одна против всех этих роботов она не сможет сопротивляться. Пару недель и протянет. Ну максимум – месяц. А потом?…