Оно того стоит
Шрифт:
— Ну, знаешь, Дэвис умолял попробовать привязать его, так что я решила попробовать.
Я слышу, как он чертыхается за несколько секунд до того, как присоединяется ко мне, полностью одетым, в коридоре.
— Я не заднеприводный, если что!
— Нет причин стыдиться. Здесь нет осуждения… ну, разве что тебя осудят все, кроме меня или Каши. Верно, девочка?
Она слишком сильно смеется, чтобы ответить, поэтому я смотрю на Романа. Он поднимает руки ладонями вверх.
— Эй, все, что угодно, только не это.
Дэвис кипит и пытается
— Каша, послушай, я могу сделать вертолет. — Каша держится за бок, слезы от смеха текут из ее глаз, когда я вращаюсь, издавая жужжащий звук.
— Круто. Люблю твой член, — говорит она, подходя ко мне.
Я выпячиваю бедра.
— Прикоснись к нему. Я знаю, что тебе нужно.
— Довольно! — восклицает Моника, наконец, взяв себя в руки, и обретая голос. Вероятно, последней каплей ее негодования послужила Каша, поглаживающая массивный пластиковый пенис своей робо-рукой. Или, может быть, то, как я стонала, когда она это проделывала. В любом случае, небольшая толпа начинает расходиться, и Дэвис тянет меня обратно в свою комнату.
— Не могу поверить, что ты это сделала! — пыхтит он, запирая за собой дверь.
— Я? Это ты бросил меня в толпу нахальных сучек с ярко-красным дилдо.
— Теперь все думают, что я хочу, чтобы ты затолкала мне его в задницу!
Мы смотрим друг на друга, пока легкая улыбка не расплывается на его губах. Это все, что нужно нам обоим, чтобы потерять суть вопроса, смеясь над тем, как нелепо это звучит. Его руки обвиваются вокруг моей талии, когда я смотрю на него.
— Я буду скучать по тебе.
— Я тоже буду скучать. — Он закрывает глаза, когда я целую его щетинистую челюсть. — Больше не отпущу тебя, Хенли. Не знаю, что ждет меня в будущем, но ты определенно есть в нем.
— Ничего не обещаю, — предупреждаю я. — Просто затащи меня в постель и трахай меня до тех пор, пока я не смогу ходить.
Опустившись на колени, он снимает с меня трусики и смотрит на меня с хитрой усмешкой, держа фаллоимитатор в руке.
— Нет. Ни за что. Выкинь из головы все мысли, которые только что пришли тебе в голову.
— Из-за тебя я попал в такую ситуацию, так что все будет справедливо.
— У моей задницы есть знак «только выход». Этого никогда не произойдет.
Дэвис снимает свою и мою одежду и бросает меня на кровать. Его теплое тело накрывает меня, а его слова трогают мое сердце.
— Я хочу убедиться, что ты не забудешь меня, когда вернешься домой.
Прикусываю губу, чтобы не сказать правду. Я никогда его не забуду. Он всегда был моим домом.
Мы занимаемся любовью до раннего утра, и я наслаждаюсь каждой секундой, когда он рядом со мной. Наше обычное животное влечение друг к другу усиливается от осознания того, что это наша последняя ночь вместе. Он исследует мое тело, как будто хочет запомнить каждый дюйм кожи, а я запечатлеваю звук его глубокого голоса и низкие стоны в своей памяти, чтобы вырываться из плена одиноких ночей, которые
Его грудь поднимается и опускается под моей щекой, когда он, наконец, засыпает. Я устала, но не хочу закрывать глаза, когда знаю, что мне предстоит открыть их ради болезненного расставания. Глупо было думать, что смогу переспать с ним и не привязаться к нему, если я так никогда и не была свободна от него. Восемь лет, которые мы не общались с ним, не изменили того, что я к нему чувствую. Чуть больше чем через двенадцать часов буду сидеть в машине, которую направлю по дороге назад к своей прежней жизни, которая до сих пор казалась идеальной без него. Я настроилась на то, что мне снова сделают больно, но все во мне кричало, что оно того стоило.
Он того стоил.
Через несколько часов меня будят голоса в коридоре, и я выбираюсь из постели. Как можно тише одеваюсь и беру свои вещи. Увижу его позже, на свадьбе и приеме, но сейчас мне нужно немного личного пространства. Нужно немного отстраниться, дистанцироваться, хотя знаю, что уже слишком поздно.
Когда вхожу в комнату, Каша выглядит такой же сонной, как и я, но Лидия уже на ногах и одета в симпатичное желтое платье.
— Ты прекрасно выглядишь. Куда-то собралась? Свадьба только в полдень, — говорю я Лидии.
— О, я должна встретиться с Саймоном за завтраком.
— Это кодовое слово для секса? — интересуется Каша.
— Как это может быть кодовым словом для секса? — отвечает ей Лидия, закатывая глаза.
— Для секса кодовое слово может быть любым. Серьезно, назови любое слово.
— Океан.
— Он может нырнуть в мой океан, — мгновенно отвечает Каша.
Лидия стонет.
— Немного не то.
— Так она сказала.
— Я ухожу, — смеется Лидия и быстро выходит, пока Каша не разошлась. Она может делать «это то, что он или она сказали» весь день.
— Ну и кто сегодня странно ходит? Ты или Дэвис? — вопрошает Каша, поворачиваясь ко мне.
— Он был полон решимости сохранить свою добродетель, — отвечаю я, заставляя себя улыбнуться.
Каша все правильно понимает.
— Ты будешь скучать по нему, да?
Я падаю на кровать и переворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.
— Я не хочу об этом говорить. Поговорим о чем-нибудь другом.
— Мы с Романом застали моего отца трахающим надувную куклу.
Видите, почему я люблю ее?
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Каша
Ранее…
Жила-была однорукая принцесса, которая жила-поживала на свалке с сумасшедшим изобретателем. Ее принц, Роман Хант, пришел, чтобы спасти ее от жизни среди надувных кукол и озабоченных протезов, но, увы, жизнь была слишком испорчена, чтобы позволить им быть вместе… если вдруг они волшебным образом не найдут способ строить отношения на расстоянии, хотя это никогда ни для кого не срабатывало.