Оно того стоит
Шрифт:
— Тебе нужно ответить? — спрашиваю я.
— Не-а. Просто Андерсон дал мне знать, что скоро начнется свадебная фотосессия. Они будут воспроизводить снимки на слайдах с другими фотографиями, пока идет свадьба.
— Где делаются снимки?
— Понятия не имею. Все равно. Я не сдвинусь с этого места, так что они могут делать их без меня. Уверен, они и не заметят моего отсутствия, — говорит он, поднимая мою настоящую руку и целуя ее.
— Это так мило, — возможно, говорю это с мечтательным
— М-м, — говорит Роман. — Я думал, ты расскажешь мне побольше о том, каково это быть Кашей Дженсен.
— Рассказывать эту историю было бы слишком неуместно для нашего текущего настроения. Расскажи-ка мне больше о том, каково это — быть Романом Хантом.
Он слегка усмехается, и я впитываю этот звук, как будто могу сохранить его на потом, когда мне понадобится улыбка. Блин, становлюсь сентиментальной.
— Я иду на работу, потом иду домой, потом ем, просматриваю какие-то рабочие файлы, сплю, а потом все сначала.
Я хмурюсь, глядя на него, пока он задумчиво смотрит на озеро.
— А как насчет девушек? Я знаю, что девушек много.
Да, я веду себя скромно, притворяясь, что все в порядке, в то время как втайне жду момента, когда смогу составить мысленный список других женщин, которых мне предстоит убить, чтобы убрать со своего пути. Сокрытие трупов — самая важная часть сговора об убийстве. Эта земля с ее дзен-философией отлично подойдет для захоронения.
Нет, нет. Я не собираюсь никого убивать. Я не настолько сумасшедшая.
— Я работаю там, где работаю сейчас, уже давно. Пришел туда через три дня после окончания колледжа. Чтобы продвинуться по службе, я за все эти годы ни разу не взял отпуск. Поэтому девочки падали к моим ногам крайне редко. Это был первый раз, когда я взял отпуск, и если честно, не знаю, что бы я делал всю неделю, если бы ты не ввалилась в мою комнату и не обвинила меня в извращенских наклонностях.
Легкая улыбка изгибает мои губы, но она исчезает также быстро, когда я осмысливаю то, что он мне только что говорит.
— Это своего рода тоже неуместно под наше настроение. Похоже, у тебя нет жизни.
Он пожимает плечами, все еще глядя на воду, которая простирается довольно далеко внизу.
— Мне казалось, что это приносит удовлетворение.
— Казалось? В прошедшем времени? Что изменилось?
Он откашливается.
— Ты идешь на репетицию? Я вроде как должен, так как я на свадьбе, но… ты идешь с нами? — спрашивает он меня.
Узнаю признаки перевода стрелок, но стараюсь не обращать внимания.
— Зависит от того, насколько сильно моя мать хочет моей смерти. На девичнике я уже попала в ее черный список. Уверена, она уже слышала о мальчишнике. Прибавьте к этому, что Дэвис показывал свое барахло всем после того,
Он подавляет смешок и стонет.
— Никогда не видел столько хаоса за неделю.
— Черт побери, по сравнению с тем, что я видела раньше, все это выглядит банально.
— Ты видела больше хаоса, чем на этой неделе? Чушь собачья.
Я откидываюсь назад и поддерживаю Джилл, поднимая на него обе брови в удивлении.
— Ага. Я бедром натолкнулась на машину, и мое бедро включило ее. Доверься мне. Эта девушка знает толк в хаосе.
Почему это звучит так, будто я сейчас хвастаюсь? Потому что я спятила. Вот почему.
Его рот расплывается в улыбке, и я наклоняюсь вперед, не в силах удержаться от поцелуя. Когда его рука скользит по моим волосам, я прижимаюсь к нему еще сильнее. Когда Джилл приземляется ему на бедро, он прерывает поцелуй.
— Черт, нет. Убери Джилл. Мы здесь совсем одни, и…
— Ни слова больше, — объявляю я, немедленно протягивая руку и отстегивая ремни, которыми рука крепится под рубашкой.
После того, что случилось раньше, я не ожидала, что нас снова так быстро притянет друг к другу, и я спешу убедиться, что ощущение момента не исчезнет.
Начинаю возиться, и Роман — мой любимый — срывает мою рубашку через голову, чтобы обеспечить мне оптимальный доступ. Окинув быстрым взглядом пространство, чтобы убедиться, что мы действительно одни, я заканчиваю расстегивать Джилл, снимаю ее и отбрасываю в сторону, как будто она не стоит целого состояния.
Но… Джилл не остается там, куда я ее бросаю. Нет. Джилл начинает скатываться с массивного холма и катится по направлению к озеру.
— Черт! — Роман шипит как раз в тот момент, когда я начинаю догонять Джилл, спотыкаясь на полпути вниз, когда я вижу, что она остановилась прямо перед кромкой воды. Она водонепроницаема, но я все равно не хочу, чтобы ее окунули в пруд, где гадят утки.
Выдохнув, я оборачиваюсь и вижу Романа, согнувшегося пополам и смеющегося так сильно, что он не может остановиться.
— Моя протезная рука, катящаяся вниз по склону, вызвала у тебя приступ хохота? Тебе действительно нужно почаще бывать на людях.
Он качает головой, выпрямляясь, когда берет себя в руки.
— Просто… твою руку зовут Джилл… а Джилл только что скатилась с холма.
— Но, по крайней мере, она не преследовала Джека! Это было бы смешно.
Он смеется, а я закатываю глаза. Я поворачиваюсь и спешу вниз. Как только я наклоняюсь, чтобы схватить руку, внезапно раздается громкий крик, и я взглядом ловлю, как сумасшедшая утка, будто прямиком из ада, следует за мной.