Шрифт:
========== Глава 1 ==========
Короткая улыбка играет на губах темноволосой, когда она снова ступает в такт музыке. Беззвучно шевелит губами, подпевая Тимберлейку, голос которого мелодично звучит в ушах. Песня старая, слишком попсовая и в то же время приносящая ей удовольствие.
Поправляет шлейку миниатюрного рюкзака, пока поворачивает на соседнюю небольшую улицу. Увлечённо подпевает, совсем не обращая внимания на окружающий её большой мир.
Зелёные глаза блуждают по пустой улице Куинса, по которой изредка проносятся машины. Здесь тихо и порой это настораживает. Именно
Светлые рваные джинсы висят на худых ногах, оголяя колени и часть бедра. Лёгкая белая футболка и балетки — самая комфортная одежда для старшей школы. Сумка на плече вмещает в себя не только тетради, книги и остальные школьные принадлежности, а и компактный скетчбук.
Синяя резинка хорошо выделяется на бледном запястье, ведь сейчас её волосы распущены. Длиной они чуть ниже ключиц, и то девушка уже давно собирается их вовсе подстричь по плечи. Считает, что так было бы гораздо удобнее. Хоть и подруга всегда твердит ей, что это решение будет «роковым».
Брюнетка фыркает, замечая парочку своих одноклассников на другой стороне дороги. Еще бы — все они легкомысленные придурки, которые попросту не выживут во взрослом мире.
Вуд — ярый критик со своими прагматичными взглядами на мир. И порой трудно сотрудничать с остальными людьми, ведь она — реалист, да ещё и задумчивый.
***
— Чёрт, Рик, ты меня уже порядком задрал. Хватит уже постоянно фыркать и ревновать меня, словно напыщенный индюк, — Лили раздраженно закатывает глаза, присаживаясь на край своей парты. Блондин напротив неё сначала хмурится, а затем усмехается:
— Это меня ты напыщенным индюком называешь? — искренне удивляется, ведь эта девушка — никто.
Ой, как же ты ошибаешься в её отношении, Аларик.
Лили кидает секундный взгляд на идеально выглядящие ногти, а затем косится влево. Ресницы трепещут, ведь она отчаянно пытается не закрывать глаза.
Да, всё это и вправду так по-детски — моргнуть, значит проиграть. И да, Лили Коулман не собирается проигрывать.
— Ты тут значит заигрываешь со всеми парнями школы, а я… — начинает уже Рик, но девушка поспешно перебивает его:
— Я с ними не заигрываю. Ты, конечно, извини, но природные красоту и ум никуда не денешь, — томно вздыхает, поднимая свою сумку и вешая её на плече. Медленным шагом идёт к выходу, напоследок оборачиваясь:
— И знаешь, я искренне сожалею, что тебя последним обделили.
***
— И ты понимаешь, что он сделал?! — громко восклицает девушка со светло-русыми волосами, жестикулируя.
— Что он сделал? — Мари бросает секундный взгляд на подругу, а затем снова продолжает разглядывать сочную зелёную траву, что растёт вдоль неширокой дорожки из отдельных бетонных плит.
— Посмотрел на меня, будто я одна из тех недалёких легкомысленных болельщиц, которых подцепить — одна сплошная элементарщина, — Лили
На первый взгляд эти двое совсем не похожи друг на друга — Лили всегда кажется солнечной, оптимистичной, лёгкой на подъём и буквально чуть-чуть легкомысленной. Мари же — полная противоположность. Такая не по годам серьёзная, мнительная, умная и имеющая слишком высокие стандарты в отношении всех окружающих.
— Наглец, — тихо произносит темноволосая. Так уж она поддерживает разговор — короткими фразами, обычно полностью отражающими её мнение по этому поводу.
Мари коротко улыбается подруге, чтобы не вызвать подозрений. Да, она слушает практически всё, что ей говорят.
Только на половину вещей она никак не реагирует, а так всё в полном порядке.
— Да. Уверена, сегодня же этот баран замутит с одной из наших. Все они попадали под его «природное очарование», — кривляется Лили, произнося последнее словосочетание. — Ну, кроме тебя, конечно же, — добавляет поспешно, улыбнувшись. Мари поднимает всегда обычно тёмный взгляд на подругу, только теперь растянув уголки губ в улыбке. И тут же Коулман практически взвизгивает на радостях:
— О боги! Это же просто сенсация — Мари Вуд улыбнулась мне! — делает высокий прыжок на месте, уже напевая под нос «We are the champions».
— Всего лишь улыбка, я вообще-то это делаю практически каждый день, — пожимает плечами Мари, подтягивая чуть съехавшую набок шлейку рюкзака.
— Но всё же это повод зайти в кофейню под нашим домом и взять какао.
— Ты же знаешь, я предпочитаю кофе, — закатывает глаза девушка, ускоряя шаг. Хочет сегодня смотаться в художественную галерею неподалёку.
— Ах да, — Лили хлопает себя ладонью по лбу, вздыхая. — Вечно я всё забываю, — улыбается, приобнимая подругу за плечи. — Какао и Мокко, как обычно мы делаем по пятницам, — на секунду мечтательно прикрывает глаза, уже чувствуя во рту вкус маленьких разноцветных зефирок и тёплого какао.
— Только напомню тебе, что сегодня четверг. И я хочу съездить на временную выставку в Бруклин, — нравоучительным тоном произносит в ответ Мари, смахивая руку подруги с себя. Лили пытается внешне не реагировать на эту жесткость — знает, что брюнетка не любит обычных прикосновений. Обнимашки — уже привыкла, взяться за руки — тоже. Только это работает лишь с Лили и членами приёмной семьи, но никак не одноклассниками или людьми в общественном транспорте.
Такая взявшаяся буквально из ниоткуда боязнь прикосновений других людей. Хотя, это можно даже списать просто на банальную настороженность и недоверчивость.
— А я всё равно настаиваю. Ну, брось, три кофе за неделю тебе не повредят, — умоляет, ведь не хочет идти сама. Вместе — веселее, вот и весь принцип. Впрочем, не только веселее, но и безопаснее.
— Я обычно выпиваю примерно по чашке кофе каждый день. И это и так вредно для организма, надо будет скоро прекратить, — вздыхает, проверяя телефон. Значит, ей попросту показалось, что тот тихонько пикнул в рюкзаке.