Она - моё табу
Шрифт:
— Хавать? — рычу озверело. — Хавать, Паха? Я ей, блядь, подружка?! Она моя девушка! Но, кажется, забывает об этом, стоит только из виду упустить! Ма-ать… — тяну с вышедшей из-под контроля злостью.
— Дюха, выдохни, блядь. — нетерпеливо вставляет Макей. — Ты знал, на что подписывался. Я тебя предупреждал ещё в самом начале. И потом тоже. Крис не будет сидеть целыми днями дома и ждать, пока тебя отпустят в увал. Будь с ней мягче.
Отличный, блядь, совет! Куда ещё мягче? И так с ней святой, как бы не бесила, а делает она
Тяну носом кислород, пока лёгкие не отзываются болью. Протяжно выпускаю его. Скриплю зубами. Вдыхаю. Затягиваюсь никотином. Выдыхаю. Мобила вибрирует. Стягиваю взгляд на экран. Сердцебиение учащается.
Я её пришибу. Богом клянусь, убью эту стерву.
За первой фоткой прилетает ещё десяток из примерочных в магазинах торгового центра.
«Как тебе это платье? Нравится?»
«Что скажешь об этих шортиках? Миленькие? Я вот сомневаюсь.»
«Симпатичная маечка? Тебе нравится, Андрюша?»
И я, блядь, плыву. Растягиваюсь в улыбке, пусть злость ещё бурлит. Ну как, мать вашу, можно на неё долго злиться? Мало обращаю внимание на шмотки, впитывая в себя её улыбки.
Следом приходит «кружочек».
— Как тебе это платье? — кружится перед зеркалом, вытянув вверх руку с телефоном. — Ты злишься на меня? Я тоже злюсь. — хмурится, остановившись. — Да, злюсь! Почему ты так ко мне относишься? Я же сказала, что не буду тусить ночами, а ты мне не веришь! Фуф, сегодня не звони мне! Всё!
Видеосообщение заканчивается, а я расхожусь хохотом.
— Ненормальная. — бурчу тихо и набираю её номер. Паха только косится на меня и остальных парней в курилке, но мне так похуй на всё происходящее вокруг. Только она важна. — Мне шорты тоже не понравились. — говорю, как только трубку поднимает.
— Я же просила не звонить мне сегодня! — шипит гарпия недовольно.
— Но ты же ответила. — смеюсь приглушённо, отходя подальше от толпы.
— Чисто случайно. — с завидным упрямством стоит на своём. — Всё, пока!
— Крис, остановись. — приказываю резко. Перевожу дыхание. — Хватит уже. Я не хочу ссориться.
— Мы уже поссорились, Андрей!
Кто-то должен быть умнее. Сомневаюсь, что Царевишна готова сделать ещё один шаг навстречу. Сегодня она и так достаточно уступала. Первая мирилась. Открывалась.
— Прости, Крис. Я был не прав. Пойми, что я так веду себя, потому что переживаю за тебя.
Она молчит достаточно долго, а потом выбивает негромко:
— Не дави. Мне тоже непросто. Я только учусь. Но если пообещала, то сдержу слово. Если куда-то соберусь, то обязательно предупрежу тебя.
— Тогда перестань провоцировать. Могла просто сказать, где ты. — выталкиваю со сталью.
— Я бы сказала, если бы не пёр как танк! — возмущается искренне, но и в её голосе проскальзывает тень улыбки.
— Ты же любишь танки.
— Люблю. — почти беззвучно признаёт Крис. — Так поможешь мне с выбором нового
— Куда же мне деваться. — откликаюсь, смеясь.
Учитываю мамину любовь к шоппингу, я давно привычный к вопросам: это мне идёт? Как смотрится? И прочим.
Сейчас впервые с удовольствием и особым вниманием смотрю, как Фурия устанавливает телефон в кабинке и переодевается из одной одежды в другую. Стягивая платье, краснеет, но себя всё же пересиливает. Кружится. Постоянно советуется. Интересуется моим мнением. Вкинув наушники и установив телефон так, чтобы экран не было видно со стороны, занимаюсь глажкой. Так и длится до отбоя. Прощаться пиздец как не хочется, но приходится.
— Ненавижу тебя. — шепчет Кристинка в камеру.
— Я тебя тоже, Манюнь. — отбиваю с улыбкой.
К тому моменту, как вхожу в кубрик, решаю на ходу пару вопросов, в том числе с Макеем.
— Товарищи, минуту внимания. — театрально вступает друг. — До меня тут дошли слухи об Андрюхе и Крис. — парни все, кроме меня и Иридиева, напрягаются и откладывают свои дела. — Короче, накрутили мы знатно. Кристина мне не девушка и никогда ей не была. Мы с пелёнок дружим. Предотвращая последующие вопросы, скажу сразу, что яйца к ней катить нельзя — оторву.
— А нормально объяснить, не? — насупившись, высекает Ваня, сползая со своей шконки.
— Царёва моя девушка. — вставляю, стабильно удерживая его взгляд. — Поэтому мы с ней так и переглядывались.
— Говорим мы это, только чтобы вы не считали Диксона подонком. — добавляет Паха. — Если до Царёва дойдут слухи о том, что Крис со мной, то я разрулю, но Андрюхе придётся несладко. Он дочку как зеницу ока бережёт. Надеюсь на ваше понимание. Всем спокойной ночи.
Плюхается на свою койку, игнорируя все взгляды и вопросы.
— Почему тогда не сказал? — сечёт Гребенский, намекая на разговор пару дней назад.
— Гер, ну ты и тупой. — ржёт Даниил сверху. — Не твоё дело. Главное, что «кодекс» не нарушен, так что отъебитесь от Диксона и давайте спать. Нас завтра ебать во все щели будут. Лучше очко разработай.
— Я сейчас твоё разработаю. — взрывается Герыч гоготом, стягивая Иридиева за ногу вниз.
А дальше начинается стандартный пиздец армейского досуга. Успокаиваются все, только когда в кубрик заходит дежурный по роте и раздаёт всем пиздюлей.
Жизнь входит в колею. Построения и марши. Переписки и созвоны с Фурией. Несмотря на то, что моё отделение теперь в курсе, при встречах с Крис всё же осторожничаем. Дни тянутся бесконечно. Как и думал, следующие выходные я пропускаю. Кристинка расстраивается. Я и сам впадаю в какой-то депрессняк от того, что уже больше недели даже поговорить с ней вживую не могу, а впереди ещё семь дней, а то и все двенадцать. Царёвой этого не показываю, успокаиваю её, обещаю любыми способами найти возможность встретиться с ней, пусть сам понимаю, что это невозможно.