Он + она = катастрофа
Шрифт:
— Аня? — позвал он.
— Обрати внимание, как мы идём.
— Да, не стесняемся. Напористо шагаем, грозно.
— Посмотри, как выстроились!
Дмитрий повертел головой.
— Клином выстроились. Свиньей по-нашему.
— Сразу вспоминаю немецких рыцарей и лёд Чудского озера.
— Зов предков. Которая из тёщ немка?
— Ставлю на Эллу Юрьевну.
Шагали они, и правда, исторически. Вершина треугольника — главная свинья — величественная Элла Юрьевна; следом за ней, журавлиным клином, растянулись породистые тёщи; основание треугольника было представлено двумя габаритными
— Надеюсь, мостовая под нами не проломится. Опасаюсь временных параллелей, — шутила Аня.
— Вряд ли. Я больше опасаюсь взглядов, которыми вас провожают местные, — ворчал Дмитрий.
— Не заметила никаких взглядов. Как у классика, «народ безмолвствует».
— Аборигены-то молчат, но бредут следом. Оглянитесь.
Аня и Ярослава развернулись одновременно.
— Спаси и сохрани! — пискнула Славка.
— Позади нас бегут две свеженькие свиньи, — озадачилась её подруга.
— Не свиньи, а борова. В составе национальных косяков — одни мужчины.
— Вид такой, как будто не за нами. Но в глазах каждого обещание в долларовом эквиваленте. На тёщ запали.
— Вы им тоже приглянулись.
— Славка, может быть. Но только не я. Зачем им шатенка в длинной юбке?
— Они оценили твою изящную фигурку и личико сердечком.
— Таких очаровательниц пруд пруди.
— Предупреждаю сразу: во избежание будущих неприятностей, я куплю тебе и сестрёнке по чадре.
— Трешак! Дим, эти зомби бредут за тёщами. Они же глаз отвести не могут от Эллочкиного бюста.
Дмитрий внимательно посмотрел на указанный бюст, потом на зрителей.
— Их напугали размеры прелестей. У несчастных глаза сами на лоб вылезли, ноги следом понесли. Надо громко гавкнуть, и столбняк пройдёт. Куда Элла Юрьевна свернула?
— По-моему, это салон женской одежды, — вмешалась в разговор Ярослава.
— Такой толпой и в помещение. Этот магазин, что, в размерах увеличивается? Резиновый?
— Нет, Аделаида Филипповна входную дверь занесла внутрь.
Туристки забили до отказа маленький зал, увлёкшись выбором одежды. Аня и Славка, посовещавшись, купили несколько оригинальных вещиц. Самыми неординарными из них оказались прозрачные шаровары с интригующими перемычками в интересных местах. Для комплекта девушки приобрели невесомые кофточки и шёлковые накидки — всё лёгкое и воздушное. Они попытались выпорхнуть в легкомысленных одеяниях на улицу, но бдительный Дмитрий уже купил две чадры и вполне успешно затолкал туда любительниц восточных нарядов.
Элла Юрьевна тоже отхватила себе прозрачные шаровары. Её необъятные телеса кокетливо прикрывал девственно-розовый шёлк. Поверх шокирующего наряда дама предусмотрительно натянула чадру, которая мешала ей свободно передвигаться. С непривычки Эллочка высоко задирала подол, и горожане любовались феерией розового белья.
Во время прогулки туристки забредали в разные магазинчики, следом за ними просачивались поклонники и любовались распродажей.
— Купила ворох странной одежды, — призналась
— И я много чего купила, — вздохнула Ярослава. — Дима, как тебе наши покупки?
— Меня вы уже соблазнили, — Дмитрий был сама галантность. — Постоянно думаю о том, как бы заглянуть к Ане под чадру.
— Где логика? Логика где? — ворчала искусительница. — Сначала лестью и угрозами надевает на меня балахон, а после мечтает под него заглянуть. О, глядите, кальяны!
— Девочки, покурим? — ласково спросила Эллочка у шестерых прожигательниц жизни.
— Да, да! — хором выкрикнули подружки.
Свинья с ходу врезалась в прелестную террасу, где располагалось тихое заведение, предлагающее клиентам чёрный кофе и душистый кальян.
— Дурманит, — откинувшись на подушки, признавалась Аня.
— Кружит голову, обволакивает, — сонно кивала Ярослава, поддавшись дурному влиянию новой подруги, — одежда стесняет. — Она огляделась и не обнаружила на подушках брата. — Скинем чадру?
Элла Юрьевна привыкла быть первой всегда. Она решительно сорвала с себя черную защиту добродетели, и окружающие восхищённо вздрогнули: тела оказалось много. На фоне крупногабаритной мадам девушки выглядели скромно. Восточные мужчины, которые до сего момента рассредоточено прятались в тени роскошных пальм подтянулись ближе и загремели золотом, привлекая бряцаньем расслабившихся женщин.
— Аа-а, какие чумовые серьги! — выкрикнула Аня. — Вы продавец? Он говорит по-английски? Подойдите сюда, come you here, я куплю, куплю! Продавцы упрямо не желали брать денег, лопотали на своём языке о наболевших желаниях. В итоге, на руке у покупательницы болтались три золотых браслета, в ушах сверкали серёжки, а в пальцах она вертела сверкающий перстень.
— Желаешь пополнить гаремы местных шейхов?
Вернувшийся Дмитрий отобрал у Ани перстень, отказав ей в возможности окончательно продаться. Она потрясла головой, и, опомнившись, принялась вынимать из ушей дармовые серёжки. Женихи вознегодовали, стали отбиваться от собственных даров и, в результате, разбежались. Возвращать украшения стало некому.
— Куда вы? — прокричала им вслед Аня.
— Не делай так больше, — хмуро внушал Дмитрий, а после развернулся к перепуганной Ярославе, которая тоже приняла золото, причём супруг даже поощрял действия жены. Воспитав парой нелестных выражений глупую сестру, вновь занялся Аней.
— Теперь вас надо охранять. Эти женихи попытаются украсть облюбованных невест. Слушай, а может ты хочешь испробовать жизнь в гареме, и я помешал осуществлению мечты?
— Я сглупила. Виноват кальян. Отныне и во веки веков: больше не курю проклятой травы, не пью никакого вина …встаю с жаворонками, делаю зарядку, холодное обливание…
— Фу-ух, тебя и качает. На теплоходе объявится Святая Анна?
Его сокрушенную речь прервало выступление дражайшей Эллы Юрьевны. Обкурившаяся дама стояла у выхода, игриво колыхая бёдрами в розовых шароварах. Могучими руками тётушка легонько сжимала двух растерянных ухажёров, по неосторожности приблизившихся к ней слишком близко. Обожатели причитали и трепыхались, с мольбой оглядываясь на хозяина кальянной.
— Нравлюсь? — басом вопрошала Эллочка. — Где мои подарки? Сыпь сюда, иначе не отпущу.