Он бесит

Стужева Инна

Вначале он меня не заметил, но пройдя еще несколько шагов остановился как вкопанный. Улыбка, оказывается он все же умеет улыбаться, если речь идёт не обо мне, медленно сползла с его холодного лица. А меня пронзил хуже острого осколка привычный недружелюбный взгляд.

— Ты?

— А вот и ваш тренер, — радостно сообщила девушка Настя, как значилось на бейджике.

— Сергей, ты освободился? Ольга только что купила клубную карту, нужно провести пробное занятие, показать тренажеры.

Настя улыбнулась Третьякову

такой улыбкой, что аж зубы свело. Если она не строит ему глазки, я съем свой тапок.

— Конечно, — он не поддержал ее порыв, что не могло не обрадовать.

— Проходите пожалуйста за тренером, — она сделала приглашающий жест, — он проведет экскурсию по залу и все вам покажет.

— Спасибо.

— Идемте за мной, — он повернулся ко мне спиной и неспешно направился в сторону зала.

Я шла следом и сверлила взглядом его спину, обтянутую черной майкой.

Только дойдя до первого тренажера, он соизволил остановиться и повернуться ко мне. Встал, широко расставив ноги и скрестив руки на груди.

— И что же вы хотите подтянуть? — медленно протянул он, — у вас можно сказать идеальная фигура. — Спасибо за комплимент, и тем не менее, я решила заниматься, так что вам придется показать мне несколько упражнений. Надеюсь вы не против? — в тон ему ответила я.

— Нет, что вы, — протянул он, хотя весь вид говорил об обратном, — прошу.

— Какой тренажёр посоветуете для начала?

— Смотря какую цель вы преследуете.

Народу в зале было не так много, и все они рассредоточились по залу, но, если кому-то вдруг пришла бы охота послушать наш разговор, они бы решили, что мы только что познакомились.

— Я хочу…прокачать руки.

— Руки? — кажется он не ожидал такого ответа.

Я несколько раз хлопнула ресницами.

— Да, почему бы нет? Хочу рельеф, вот как у вас.

Поскольку на Третьякове была надета майка без рукавов, любой желающий мог лицезреть его как оказалось довольно рельефные плечи и бицепсы. Я обратила внимание, что кожа у парня смуглая, а на шее болтается цепочка с необычными круглыми подвесками. Все в целом смотрелось неплохо, и, если бы не его характер, и не этот леденящий взгляд, я вполне могла бы им заинтересоваться.

Я протянула руку и еле касаясь его кожи, провела пальцами по предплечью. Поскольку мы находились от ресепшена и других посетителей на довольно значительном расстоянии, я надеялась мой жест не привлечет внимания.

— У нас не принято трогать тренеров руками, — произнес он, продолжая при этом стоять неподвижно.

— Простите, не удержалась.

Я отдернула руку и улыбнулась.

В этот момент Третьяков шагнул вперед и оказался очень близко ко мне.

— Хватит валять дурака. Как узнала, что я здесь работаю? — спросил тихо и зло. Меня аж передернуло.

— Это что, большой секрет? Знакомая случайно услышала в деканате.

— Ясно, и зачем пришла? Устроить

очередной скандал и испортить мне жизнь?

— Я же извинилась за тот раз!

— От тебя всего можно ожидать.

— Ничего устраивать я не собираюсь. Ты не появляешься в Институте, может я соскучилась?

— Ты? Соскучилась?

— Да, а что?

— Вроде как парни тебе проходу не дают, или я ошибаюсь?

Э, так дело не пойдет, нужно срочно что-то придумывать.

— Сергей, — я впервые назвала его по имени, можно сказать переборола себя, — знаешь, у нас все как-то с самого начала не сложилось, но мы могли бы попробовать общаться нормально.

Рядом с нами появился мужчина, облаченный в толстовку с эмблемой клуба и такую же майку, как у Третьякова, только весил он килограмм на тридцать больше. Третьяков покосился на него и произнес совсем другим тоном:

— Пожалуйста, подходите к этому тренажёру. Лучше упражнение для вас с данной ситуации — это подтягивания на турнике.

Третьяков указал на тренажер с платформой и ручками.

— Ладно, как им пользоваться?

— Ставим на первый раз минимальный вес, а дальше все просто. Залезаете на платформу, руками хватаетесь вот за эти ручки и тянете их на себя. Со временем вес можно увеличивать.

Я проделала упражнение раза три после чего слезла с тренажера.

— Ненавижу физкультуру. Видишь, Третьяков, на какие жертвы приходится ради тебя идти.

— Знать бы еще, зачем тебе это надо.

Я пропустила его слова мимо ушей и не забывая о красивой походке, перешла к следующему тренажеру.

— А это для чего?

— Прокачивает ягодицы.

— Отлично, что нужно делать?

— Упираешься ногами сюда, и сюда, давай подходи, руки за спину и наклоняешься вперед. Спину не прогибаем.

Я прилегла на доску, расположенную под наклоном в сорок пять градусов, наклонилась вперед, а потом с трудом распрямилась. Напряглась поясница.

— Так?

— Приблизительно.

— И в каких мышцах я должна почувствовать напряжение?

— Сейчас узнаешь. Только держи спину, поясницу не прогибай. Давай еще раз.

Я снова наклонилась и почувствовала его ладони на своей спине, а его самого совсем близко от себя.

— Вот это место остается неподвижным, все напряжение переноси на заднюю часть бедра.

— А где это? Вы не могли бы показать?

Я сделала еще два наклона, распрямилась и широко улыбнулась.

— Антонова, чего ты добиваешься?

Вообще-то, чтобы ты потерял от меня голову, это как максимум. А как минимум, чтобы согласился сегодня на кино. Все это говорил мой внутренний голос, Третьяков же видел только круглые глаза, смотрящие на него с непониманием.

— В каком смысле? Вы же тренер, значит в ваши обязанности входит все объяснять, и показывать клиентам где какие мышцы, — я пару раз хлопнула ресницами.