Оллвард. Разрушитель миров
Шрифт:
– Объяви, что мы ищем гребцов, – перебила ее Мелиза, вращая в пальцах стакан.
Этот приказ застал Корэйн врасплох. Она озадаченно моргнула.
– У нас есть еще две недели, прежде чем придет время готовиться к новому плаванию. К тому же для него должно хватить тех гребцов, что у нас уже есть.
Короткие паруса, спокойные воды, легкие и быстрые маршруты вдоль берегов. Корэйн прекрасно знала, какие плавания предстоят «Бурерожденной», и планировала их со всей тщательностью, на которую была способна. Летом корабль
Улыбка соскользнула с губ Мелизы, словно сорванная маска.
– Нужны люди с сильными спинами, умеющие держать ритм. И чтобы не ныли из-за пустяков.
– Куда вы собираетесь плыть? Когда отправляетесь?
Изменения в графике увеличивали риск и грозили обернуться ошибками. А также рушили все ее планы.
– Ты что, из дочери превратилась в мою мать? – Мелиза шутила, но в ее голосе звучали стальные нотки. – Просто набери хороших ребят. Мне не нужны пучеглазые идиоты, которые только и знают, что мечтать о приключениях, гоняться за сказками о Веретенах или бороздить Долгое море в поисках славы.
Щеки Корэйн загорелись.
– Мама, куда вы плывете? – потухшим голосом спросила она.
– Слишком уж часто они умирают, да еще и успевают разочароваться в жизни, – закончила Мелиза, пригубив вино.
– С каких пор тебя заботит гибель моряков? – выпалила Корэйн себе под нос. Эти глупые, несправедливые слова оставили у нее во рту привкус горечи, и она тут же пожалела, что не может взять их назад.
– Она заботила меня всегда, Корэйн, – холодно произнесла Мелиза.
– Куда вы плывете?
– Ветра нам благоволят.
– Через месяц они будут благоволить вам не меньше.
Мелиза посмотрела в окно, в сторону невидимого отсюда моря, и Корэйн ощутила себя брошенной.
– Раширский джайя наконец испустил дух, оставив своих шестнадцать сыновей воевать за право взойти на трон. Некоторые говорят, что он умер от старости или из-за болезни. Другие считают, что его убили. Как бы то ни было, этот конфликт нам выгоден. Он открывает нам новые возможности, – твердо и быстро проговорила Мелиза. Как будто достаточно было всего лишь озвучить эти слова, чтобы они стали правдой.
Карта мира вспыхнула в голове Корэйн вихрем из голубых, зеленых и желтых пятен. Знакомые моря и побережья, реки и горы, границы и королевства четко проступили перед ее внутренним взором. Она ни разу не видела этих мест своими глазами, и все же многое о них знала; ее нога никогда не ступала на чужие земли, но она слышала о них бессчетное множество раз. Ее мысли легко преодолевали расстояния, перенося ее из Лемарты к невиданным красотам далекой страны: Тигровому заливу, Вселесью и хребтам Снежной короны. Она попыталась представить Джирхали – великолепную столицу Рашира, город бледно-зеленого песчаника и шлифованной меди. Но здесь воображение Корэйн было бессильно.
– Кратчайший
Перед ней остались лишь очертания карты. Ее мать, хотя и по-прежнему сидела рядом, душой уже была далеко за пределами досягаемости.
– Если вам повезет с попутным ветром и течением, если вы не попадете в бурю или в какую-нибудь неприятность… Плавание займет не один месяц – и это в лучшем случае. – Корэйн осеклась. – Если вы вообще вернетесь.
Это опасная авантюра. Совершенно не то, что мы планировали.
Мелиза не шелохнулась.
– Нам представился отличный шанс. Подготовь корабль. Мы выплываем через три дня.
«Так скоро», – с горечью подумала Корэйн, сжимая пальцы на краю стола.
– Я должна у тебя спросить…
– Не стоит, – даже не моргнув, оборвала ее Мелиза и снова поднесла к губам стакан.
В груди Корэйн вспыхнула злость, прогоняя страх прочь.
– Но зимой ты говорила…
– Зимой я не давала тебе никаких обещаний.
Ее слова прозвучали так же окончательно, как стук захлопнувшейся двери.
Корэйн стиснула зубы и призвала на помощь всю свою силу воли, чтобы не выбить стакан вина из руки матери. В ее ушах стоял звон, заглушавший все звуки, кроме голоса Мелизы и ее отказа.
«Ты знала, что она скажет, – думала Корэйн. – Знала и поэтому хорошо подготовилась. Ты сможешь отвоевать свое право».
– Сейчас я на год старше, чем была ты, когда впервые отправилась в море.
Корэйн старалась вести себя так же, как моряки «Бурерожденной». Уверенно, решительно, профессионально. Многие люди считали ее именно такой. Очень многие, но только не мать.
Мелиза сжала зубы.
– Этот выбор сделали за меня.
Ответ Корэйн не заставил себя ждать – эта стрела уже давно была вставлена в лук и готова к полету.
– Я буду приносить больше пользы, если ты возьмешь меня на борт. Там я смогу собирать больше информации, смогу торговаться и давать советы. Вспомни, как обстояли дела «Бурерожденной» до того, как я начала вам помогать. В команде не было порядка. Вы плавали бесцельно, едва сводили концы с концами и выбрасывали за борт половину грузов, потому что не могли найти покупателей.
Корэйн изо всех сил старалась говорить разумно, а не молить мать об одолжении. Мелиза не шевелилась и не мигала; казалось, она даже не слушает.
– Я разбираюсь в морских картах не хуже Кайрима или Сириллы. Я могу быть полезна, особенно в таком долгом и дальнем плавании.
«Ты ведешь себя глупо, уподобляясь ребенку, который выпрашивает любимую игрушку. Взывай к разуму. Приводи логичные аргументы. Она знает тебе цену, знает и не может этого отрицать».
Корэйн сделала вдох, пытаясь привести в порядок мысли, и продолжила говорить.