Оллвард. Разрушитель миров
Шрифт:
Теперь она управляла страной и указывала на Эндри.
– Я исполнила просьбу Древней, – произнесла она тихим хриплым голосом. Ее глаза сияли неестественно ярко, отражая пламя свечей. Она скользнула рукой в складки халата и, стиснув пальцы, извлекла из них свиток пергамента.
Эндри сглотнул комок. Ему страшно хотелось сжечь это злокозненное письмо.
Королева развернула свиток дрожащими руками, прожигая чернильные буквы взглядом. Внизу страницы еще виднелся зеленый воск – следы древней печати Айоны. Теперь при ее виде на Эндри накатывала
Сэр Грандель и Норты преклонили колено перед королевой, сидевшей на троне. Красота Эриды ослепляла: на ней были роскошные одежды, бесценные драгоценности и сияющая корона. Эндри тоже склонил спину, немного поодаль от остальных. Из всех оруженосцев лишь его одного пригласили на аудиенцию к королеве. Он не знал наверняка, зачем он здесь, но мог сделать предположение. Норты всегда были слегка более… самостоятельными, чем сэр Грандель, нуждавшийся в помощи оруженосца в любом деле, независимо от его сложности. Если королева намеревалась дать поручение сэру Гранделю Тиру, Эндри Трелланду предстояло последовать за ним.
Оруженосец не поднимал головы и видел королеву лишь боковым зрением. Она была облачена в зелено-золотистые цвета – так же, как и ее рыцари, – и сжимала в руке странный пергамент.
Эндри сразу же заметил печать с неровными очертаниями оленя. Он начал перебирать в уме гербы лордов и знатных семей, хорошо известные любому пажу. Но оленя среди них не было.
– Это призыв, – проговорила королева, переворачивая письмо, чтобы показать его рыцарям.
Сэр Эдгар, стоявший на коленях перед королевой, побледнел.
– Кто смеет отправлять призыв королеве Галланда, величайшего королевства во всем Варде, возродившего славу Древнего Кора?
Королева Эрида склонила голову набок.
– Что вы знаете о Древних?
Рыцари зашептались, обмениваясь растерянными взглядами.
Сэр Грандель расхохотался, закинув назад голову с копной каштановых волос, подернутых сединой.
– Это лишь детские сказки, Ваше Величество, – все еще смеясь, произнес он. – Обычные выдумки.
Эндри осмелился поднять взгляд. Слова сэра Гранделя не рассмешили королеву; ее губы были поджаты, а лицо – совершенно серьезно.
Она не шутила.
– Они бессмертны, миледи, – внезапно для самого себя проговорил Эндри. Его голос дрожал. – Это дети Веретен, пришедшие в Оллвард из другого мира. Они попали в западню: проход на их родину закрылся незадолго после того, как они оказались
«Мистические существа, редкие, словно единороги, которых мне никогда не доведется увидеть собственными глазами», – мысленно добавил он.
– Сплошной вымысел, – повторил сэр Грандель, бросив на своего оруженосца осуждающий взгляд.
К щекам Эндри прилила кровь, и он снова опустил голову. Не в его правилах было подавать голос, когда его ни о чем не спрашивали. Теперь он ожидал услышать строгий упрек – как от своего лорда, так и от королевы.
Но этого не произошло.
– Сказки и выдумки всегда уходят корнями в истину, сэр Грандель, – невозмутимо ответила королева. – И мне хотелось бы узнать правду, которая скрывается за этим посланием.
Эрида пошевелила письмом, и оно засияло, отражая пламя свечей.
– Та, что зовет себя правительницей Айоны, приветствует нас и смиренно просит о помощи.
Сэр Грандель фыркнул.
– О помощи? Какую просьбу могла придумать эта старая, немощная ведьма?
По голосу королевы Эндри понял, что она улыбается.
– Вам хотелось бы это выяснить?
– Мне стоило обуздать свое любопытство и оставить эту просьбу без ответа, – пробормотала она, не отводя взгляда от пергамента. Если бы в ее крови была хоть капля магии Веретен, письмо бы уже давно поглотил огонь.
– Кто мог знать, что все так обернется? – прошептал Эндри.
«Я точно этого не знал. Даже когда они предупреждали об опасности и говорили, что наш мир обречен». Все это происходило лишь несколько месяцев назад, но казалось, что с тех пор минула целая жизнь.
События, которые он пережил за эти дни, промелькнули в его памяти единым размытым пятном. Дорога в Айону; великолепные своды старинного города; совет, на котором Древние и смертные приняли совместное решение. А затем – герои, бредущие в глуши навстречу собственной гибели.
Эндри яростно заморгал, борясь со слезами и образами, не желавшими покидать его голову.
Королева опустила взгляд и провела пальцем по кольцу с изумрудом.
– Это я подвергла вас страшной опасности, приказав отправляться туда, – прошептала она. – Вина за то, что произошло с сэром Гранделем и Нортами, лежит на мне одной. Не нужно взваливать эту ношу на свои плечи, Эндри. – Ее голос дрогнул. – Оставьте ее мне.
Секунды уносились прочь, словно палые листья, подхваченные стремительным потоком, но терпение Эриды было подобно камню. Наконец Эндри заставил себя заговорить.