Олька
Шрифт:
– Девяносто девять процентов, что она тебе не поверит. Когда мне Артур признался, что… неравнодушен, я и то первое время нет-нет да и переспрашивала. Вдруг он меня с кем перепутал. А ты-то знаешь, что я неуверенностью особо не страдаю. А Танька вон Артему до сих пор полностью не верит. Каждый раз на его признания реагирует, как в первый. Так трепетно-неверяще. А ведь уже не первый год замужем.
– Я понял. – Недовольно ответил ей. – Тогда еще вопрос. Как сказать Ольке, что я ее… хочу. – Замялся немного.
Подруга хихикнула.
–
– Вик, я серьезно. Реально не знаю, как к ней подступиться. – Вздохнул.
– Ой, мужики! Тут даже ничего говорить не нужно. Соблазняй и показывай. У вас-то проще, на виду все, если штаны снять. – Она снова захихикала.
Что-то я ночью их снимал, не заметил, что Оля на меня накинулась. Это я на нее, скорее….
– А если она сбежит после этого? – Похолодел от пришедшей мне в голову мысли.
— Значит, ты плохой любовник. – Серьезно сказала Измайлова. – Соблазняй ее лучше. Кстати, на следующей неделе я к вам забегу. Детскую комнату померяем, наброски сделаем. – Ее снова кто-то окликнул. – Все, некогда мне.
Я положил телефон в карман домашних штанов и задумчиво уставился в потолок. Вика права. Нужно признаваться в любви каждую свободную минуту и соблазнять. Снова взял телефон и набрал номер телефона того врача, который в последний раз Ольку смотрел. Уточнил на счет… интимной жизни. Меня заверили, что угроз никаких нет и если осторожно, то можно. Меня такие новости обрадовали. То есть можно сегодня и начинать. Да что там…. Прямо сейчас можно.
Радостный отправился наверх, в спальню. Оля все так же спала на кровати, свернувшись клубочком. Лег рядом и принялся ее рассматривать. Такая маленькая, нежная. Во сне еще младше выглядит, чем есть на самом деле. Почувствовал себя больным извращенцем. Она, наверное, меня таким и считает. Нужно исправлять ее мнение обо мне.
Невольно скосил глаза на ее ноги, прикрытые халатом почти до колен. Руки так и зачесались потрогать. Вспомнил ощущение ее груди в моей ладони. Судорожно выдохнул, стараясь успокоиться. Перевозбуждение ничем хорошим не грозит. Только торопиться буду. А нельзя. Уже наторопился… на целого ребенка.
Протянул руку и положил ладонь на ее колено. Остановился, привыкая к ощущениям. Желание потрогать ее всю только для того, чтобы запомнить, какая она на ощупь, усилилось. Ладно, оставим это на потом. А пока я осторожно заскользил ладонью по ее бедру. Порадовался, что она хотя бы во сне от меня не шарахается.
Рано радовался, потому что стоило халату немного задраться, как Оля заворочалась и открыла глаза. Уставилась на меня немного сонно.
– Разбудил? – Спросил, не спеша убирать ладонь с ее бедра.
Она немного растерянно осмотрелась и потянулась к подолу халата, чтобы одернуть его, но это мало что принесло, потому что моя
– Что ты делаешь? – Нервно спросила она, поняв, что ее усилия не увенчались успехом.
Я коварно улыбнулся.
– Соблазняю. – Потер большим пальцем нежную кожу.
Она нахмурилась.
– Зачем?
Так, ясно. Если она задает такие вопросы, значит, я делаю что-то не так. Убрал руку с бедра, приподнялся на локте и навис над ней.
– Хочу.
Оля сглотнула и как-то затравленно посмотрела на мои губы. Попытался вспомнить, как там следует правильно целоваться и приблизил к ней лицо.
– Толь? – Жалобно прошептала она.
– Лежи и не дергайся. – Посоветовал севшим голосом.
И чтобы больше не задавала вопросов, поцеловал. Оля подо мной замерла на несколько секунд, а потом… вдруг стала отвечать. Обстоятельно так. Где-то, даже неумело, но очень активно. Подавился своим стоном, краем сознания понимая, что одной рукой вцепился в ее затылок, прижимая к себе сильнее, а другой все-таки задрал подол халата, будь он неладен. Выброшу…. Шелковый куплю, чтобы сам соскальзывал.
– Толь…, Толя…. Стой. – Она принялась вырываться.
Отпустил… на пару сантиметров и прижался губами к ее шее. Мягкой, нежной, бархатной…. Вкусной. Руки дрожали, перед глазами плавали разноцветные круги от того, что дышу через раз.
– Олька…. – Просипел.
– Толь, не надо…. – Услышал сквозь шум в ушах и заставил себя замереть.
Отстранился и уставился на нее. Пах жгло огнем, так я ее хотел. В голове не было ничего, кроме желания к ней, но я действительно попытался понять, что не так сделал. Нахмурился.
– Больно где-то? – Сосредоточился на главном.
Оля удивленно посмотрела на меня и покачала головой.
– Нет, что ты….
– Тогда, что случилось? – Я невольно посмотрел на ее припухшие губы и усилием воли остановил порыв снова прижаться к ним.
Она сильно покраснела и отвела взгляд. Мне стало совсем нехорошо.
– Я…. Ты…. В общем. Я понимаю, что у тебя не было женщины… какое-то время. – У меня брови медленно, но верно поползли к волосам. С чего она решила вспомнить о каких-то женщинах? – И как бы…. Я понимаю, что ты…, ну…, хочешь, чтобы я осталась. И поэтому…. – Она нервно сглотнула. – Не нужно идти на такие жертвы и заставлять себя… заниматься со мной сексом.
Я резко отстранился от нее и неверяще уставился. Вот, вроде бы голова у нее такая светлая, а мысли бродят такие…, что не дай бог никому.
– Ты серьезно? – Переспросил задумчиво.
Она покосилась на меня и кивнула.
– Да.
Я фыркнул и принялся стягивать с себя футболку. Хорошо, что Вика предупредила меня о женских заскоках, а то я бы гадал не один день, что случилось.
– Что ты делаешь? – Пискнула она, когда я принялся за штаны.
– Показываю, что хочу тебя. – Пожал плечами.