Олька
Шрифт:
– Поговорим? – Спросила.
Толик вскинул голову и впился в меня настороженным взглядом. Через пару секунд кивнул и поднялся из-за стола. Сгрузил всю посуду в посудомойку и вышел из кухни. Куда это он? Пошла за ним.
«Говорить» он решил в гостиной. Видимо, чтоб с удобствами. Я покорно села на диван. Он пристроился рядом, все так же настороженно глядя на меня.
– О чем ты хочешь поговорить? – Спросил он через минуту молчания.
Я попыталась сформулировать то, что нужно
– Я хочу уехать к маме. – Решила начать с главного. Если еще вчера я боялась, что он меня выгонит, то сегодня прямо почувствовала, что выгораю в этой атмосфере непонимания и недосказанности.
– Нет! – Резко ответил он и прижал ладони к вискам. Видимо, голову еще не отпустило.
Я попыталась успокоиться. В принципе, у него достаточно предсказуемая реакция на мои слова, особенно после тех утренних извинений.
– Я имею полное право жить там, где хочу. – Продолжила спокойно.
Толик теперь смотрел на меня с таким выражением лица, что я уже почти пожалела, что начала этот разговор.
– Почему ты не хочешь жить со мной? – Я видела, что он тоже пытается взять себя в руки и мыслить рационально, и была благодарна ему за это.
Ответ на его вопрос был сложным. Если честно, я не знала, как ответить, а потому спросила.
– А зачем я здесь? – Пожала плечами и опустила голову.
Гарин весь подобрался.
– А того, что ты носишь моего ребенка, недостаточно? – Тихо поинтересовался он.
Я хмыкнула. Если честно, то у меня возникло ощущение, что за прошедшую ночь я сильно повзрослела. Да что там, ночь. Я почувствовала за последние две недели, что у меня нервы больше вымотались, чем за всю жизнь до этого.
– Когда я перееду к маме, я не перестану быть беременной от… тебя. – Запнулась на последнем слове.
Толик громко скрипнул зубами, но голову я не спешила поднимать.
– Я хочу участвовать в вашей жизни. – С нажимом произнес он.
Я снова пожала плечами.
– Я не буду тебе запрещать видеться с дочерью. – Пообещала. А у самой слезы подступили и нос заложило. Да что же я рева-то такая?
Не знаю, чего я ожидала…. Но точно не того, что Гарин подскочит с дивана и начнет наматывать круги по гостиной, вполголоса поминая чью-то мать.
– Хорошо подумала? – Он вдруг остановился передо мной. – Продумала за всех все, да? – Принялся он меня обвинять с какой-то горечью в голосе.
– Так будет лучше…. – Договорить не успела, потому что она меня опять заорали.
– А обо мне ты подумала?!? – Рявкнул он. Я шмыгнула носом. – За меня опять все решила? Тогда сбежала из страны, если б не Гек…. – Он перевел дыхание. – Сейчас снова бежишь….
– Я тебе жизнь не хочу портить. –
Голос звучал хрипловато от сдерживаемых эмоции, но я хотя бы пыталась объяснить свою точку зрения. Проморгавшись от слез, посмотрела на Толика, который теперь разглядывал меня с каким-то разочарованием и сожалением.
– А меня ты спросила? Может быть, я хочу, чтобы ты мне жизнь портила? – Наконец спросил он.
Я насупилась, пропустив последнюю фразу мимо ушей.
– Я спрашивала. Много раз спрашивала, зачем я здесь. Ты же ничего не говоришь. – Обиделась я. Обещал же не орать, и вот снова.
Он присел передо мной на корточки и потер лицо.
– А что я скажу? – Ледяным голосом спросил он. Что-то настроение у него скачет чаще, чем у меня. – Я пробовал уже без тебя. – Вдруг начал рассказывать он. – Но это же невозможно. – Схватил меня за руку и разжал кулачок, который я сжала, сама того не заметив. Погладил по коже, где остались следы ногтей.
– Что невозможно? – Переспросила, подумав, что ослышалась.
– Без тебя невозможно. Бессмысленно все. – Он поднялся, выпустил мою руку из ладоней и отошел к окну. Повернулся ко мне спиной.
– ***, полгода чистой агонии. – Послышался тяжелый смешок.
Я растерялась. Это он о чем? И он же…. Ну, после того раза у нас ничего не было. Сегодня ночью, только. Но он пьяный был… снова. А я читала, что мужчинам это важно, но он же трезвый с такими намереньями ко мне вообще не подходит. Я понимаю, что сейчас страшная…. Видимо, в этом причина.
– А со мной? – Спросила тихо, глядя на напряженную спину.
Он передернул плечами.
– С тобой…, легче. – Подобрал он слово. – Я себя с тобой… почти полноценным чувствую…. – Признался.
Я судорожно втянула в себя воздух. Это он что? Это он мне сейчас в чувствах признаётся? Протерла мокрые щеки рукавом халата.
– А ребенок? – Спросила тихо, обняв руками живот.
Толик резко обернулся и вперился в меня непередаваемым взглядом.
– А что ребенок? Свою дочь я уже люблю. – У него на губах заиграла легкая улыбка.
Я растерялась. То, что он меня любит, он так и не сказал. Но и вот так отмахиваться от остальных его признаний я тоже не спешила.
– И что мне теперь делать? – Я все никак не могла переварить только что полученную информацию.
Услышала легкие шаги, диван рядом прогнулся и меня, приподняв, посадили на мужские колени. Толик обхватил меня руками, одну ладонь устроив на животе.
– Остаться здесь… со мной. – Он мягко поцеловал меня в макушку. – Обещаю, что буду хорошим отцом.