Олигарх 6
Шрифт:
Пять опор возвышаются над гладью реки. По два пролета с каждого берега уже построены и работы кипят на двух средних пролетах. Рядом с мостом работает паромная переправа.
Переправ на самом деле две, одна общего пользования для всех кто едет или идет по Главному Сибирскому почтовому или Московскому тракту в обе стороны и вторая ведомственная.
Мост строит Российская Американская компания. И вторая переправа принадлежит компании и используется в её интересах. На обеих берегах реки стоят казачьи караулы для поддержания порядка.
На
На въезде в Томскую губернию, где все дороги ведущие дальше в Сибирь слились в одну, мы увидели какой поток людей идет на восток. Это было очень удивительно, но когда Иван Васильевич сообщил мне что чуть ли не девяносто процентов идут с намерением каким-то образом поступить на службу ко мне или на худой конец просто работать на компанию, моему изумлению вообще не было предела.
И вот очередь ожидающих переправы на правый берег почти вся была из этих людей.
Второй паром переправлял тех кто ехал по приглашению компании, служащих и рабочих компании, например строителей моста с грузами или оборудованием и представителей власти.
Когда мы тронулись вперед после остановки на демонстрационном участке, нас, как говорится как стоячих, сделали императорские фельдъегеря и в момент нашего появления на переправе они уже почти достигли правого берега.
На пароме кстати кроме них никого больше не было.
Примерно за версту до реки Иван Васильевич поехал вперед и быстро вернулся, доложив о положении дел на переправе. Поэтому мы сразу направились к причалу компанейского парома, тем более что там меня ждал большой сюрприз, друг детства и один из самых близких людей — Иван Алексеевич Петров.
За время прошедшее с нашей последней встречи Иван очень изменился. Он стал сильнее и здоровее, явно превосходя меня своими габаритами.
Несколько минут мы тискали друг друга, издавая при этом какие-то радостные вопли. Я надо сказать совершенно не ожидал что еще способен на такое проявление эмоций.
Краем глаза глаза я увидел округлившиеся от изумления глаза окружающих, для всех такое выражений эмоций и вольностей по отношению к светлейшему князю было удивительным и неожиданным. Кроме Петра естественно.
В потоке сознание, извергаемом другом детства, я разобрал только одну фразу:
— Алёшка, наконец-то ты приехал, — все остальное было не достаточно членораздельно.
Наконец наши эмоции улеглись и Иван спокойно спросил какие у меня планы.
— Планы, Ванюша, самые простые. Ты сейчас расскажешь про ваши дела и мы отправимся дальше, — я показал на другой берег Бирюсы.
— Тогда давай посмотришь мост, он к началу осени будет готов и больше здесь парома не будет, а вот очередь на мост думаю всё равно будет, — Иван показал на стоящих на вытяжку казаков караула переправы. — Эти молодцы иногда каждый день лихих людей тут крутят, некоторых под конвоем
— А некоторых, что пропускаете?
— Пропускаем, Алексей Андреевич, — эмоции улеглись и Иван естественно фамильярничать прекратил. — Беседуем по душам и пропускаем. Насильники и убийцы в наши края редко пытаются уйти. Больше всего беглые крестьяне, солдаты с матросами и приверженцы старой веры без документов. Им всем предлагается на Амур ехать. Оттуда бежать не куда. А ежели кто утаил что-нибудь на беседе, тайга она знаешь…
Иван развел руками. Да, похоже мои друзья детства сильно изменились, такой жесткости раньше я в них не чувствовал.
— А беглые, кто на помещика руку поднял? — с этой категорией людей мне уже приходилось сталкиваться и ни одного я пока не выдал властям. Да и надо сказать подобных требований еще не было. Честно говоря, не знаю как поступлю, когда будет прямое требование.
— Мне однажды такой попался. Его сестру помещик в свой гарем взял, ну и… Он помещика зарубил, бурмистра спалил, сестру освободил и они вместе в бега подались. Рука у меня не поднялась выдавать их.
— Их то же на Амур отправил? — вопрос был можно сказать контрольный, в ответе я не сомневался.
— А куда же еще. Василий написал что Авдотью какой-то казак взял, а брат её в самых рискованных охотниках ходит. У нас там есть партии, которые дальше по Амуру и на другой берег ходят.
— А беседы только ты проводишь? — продолжил я свои расспросы.
— Нет, чаще Ян Карлович. Бывает Василий, но он редко сюда залетает, пару раз всего.
— А они как?
— Не знаю, Алексей Андреевич, каждый сам решает.
Глава 2
На строительстве мостов я уже бывал и в России, и в Европе. Так что ничего нового я не увидел. Единственно что меня удивило, так это количество рабочих. Наверху был просто муравейник. В принципе аккуратненько по мосту уже даже можно проехать верхом. Главное чтобы лошадь была хорошо обученной и спокойной.
Работали всё очень тихо и как-то ловко. А в воздухе была почти осязаемая аура спокойствия и веселия. Пару раз мне показалось что сквозь стук молотков с топорами и свист пил раздается какая-то музыка.
Прислушавшись, я понял что это пение которое раздается с противоположной стороны строящегося пролета. Иван улыбнулся, увидев мою реакцию.
— В этой бригаде всегда кто-то поет, — по всему было видно, что Ивану пение рабочих нравится. — А работают они наверное лучше всех.
Смотреть на строящейся мост пошли все наши инженеры, Иван Васильевич с Петром и Авдей с двумя казаками. Их конечно мост особо не интересовал, они занимались своим главным делом — сопровождением моей персоны.
У меня и инженеров вопросов по строительству моста не было. В Канске, последнем городе перед Бирюсой, нас ждал подробнейший отчет Яна Карловича по нашей деятельности в Прибайкалье и Забайкалье.