Олигарх 3
Шрифт:
На этом мой ликбез по ситуации на российском Дальнем Востоке можно было считать законченным и пора переходить к следующей части, а что мы будем делать?
Я нажал кнопку звонка и лакей принес коньяк, шокалад, тонко нарезанные сыр с лимонами, кубинские сигары и табак для трубок Он налил по пятьдесят капель и удалился.
— Кто желает, господа, прошу, — я показал на бокалы с коньяком.
Кто бы что не говорил, но любой коньяк, вернее даже виноградное бренди, лично для меня напиток номер один. Только малиновые бренди и вино нашего производства могут конкурировать с ним за пальму первенства.
А вот курить мне совершенно не захотелось. Лимон после коньяка тут оказался вне конкуренции.
Сергей
— Я полагаю, Алексей Андреевич, нашей задачей на ближайшие годы будет изменение ситуации в нашу пользу?
— Совершенно верно, в деятельность каторг я амешиваться не в праве, но восточнее Иркутска Государь предоставил мне свободу действий. Я имею право привлекать к работе на себя любого осужденного преступника, даже по делу 14-ого декабря и польских мятежников. Правда для этого требуется Высочайшее Дозволение.
— Полагаю, что ледокол должен внести в это свою весомую лепту? — вступил в разговор Флегонт Мокиевич.
— Да, господин капитан, вы правы. И очень рассчитываю на ледокол и вас лично, — подтвердил я предположение капитана «Челюскина».
— Сергей Петрович будет обеспечивать нашу деятельность здесь в России. И не только организацией морских караванов на Дальний Восток, но и нашего продвижения по суше. Мой план таков, господа, — я достал и расстелил на столе новую карту.
— Государь разрешил мне привлечь несколько тысяч казаков, реально я думаю можно будет привлечь тысяч пятьдесят с семьями. Каждое казачье войско получит от меня компенсацию за каждую семью. Уральцы уже получили по три тысячи рублей за каждого казака ушедшего со мной. Староверов можно привлекать любое количество, также как и выкупать крестьян. Все, кого я буду выкупать, будут получать в тех краях вольную. А если будут бегать, то опять в крепостные. И конечно охотники из всех сословий. Так что я думаю людей у нас быстро станет более чем достаточно, — я посмотрел на каждого своего собеседника, согласен ли он со мною. На мистере Мюррее мой взгляд задержался. Его знание русского уже позволяло ему понимать все что говорится и он с большим интересом слушал нас, явно ожидая когда дойдет дело до его участия. В том, что ему тоже придется участвовать в моих проектах он конечно не сомневался.
— Первоначально начнутся развиваться три пункта, уже существующие Петропавловск и поселение на Урупе, ему надо будет дать имя. А на Охотском море я предполагаю основать новый город Магадан, — крестный этот мой план знал, но надо в него посвятить и других.
Я показал на карте место будущего нового города, которому предстоит великое будущее — стать столицей золотой Колымы и взяв карандаш нарисовал там большой кружок, надписав его Магадан. Затем я нарисовал такой же кружок в Петропавловске и на Урупе.
— Курильск, — неожиданно предложил Иван Петров, а его брат показал на острова Кунашир и Парамушир.
— А здесь со временем основать Северо-Курильск и Южно-Курильск.
— Отличное название и идея замечательная, — поддержал крестный. Я молча написал Курильск и продолжил.
— Через океаны мы организуем постоянную переброску переселенцев, оружия, продовольствия и всего необходимого. Но вы понимаете, что необходимых объёмов достичь будет очень сложно и долго. Поэтому от Иркутска надо начать строить хорошую дорогу до Аргуни через Нерчинский завод и затем по Аргуни и Амуру идти в морю. В устье Амура заложить еще один город, его назвать Николаев на Амуре и там начать строить верфь. Когда до этого дойдет дело, Китай я думаю будет в таком состоянии, что их номинальное присутствие можно будет просто проигнорировать.
Этот мой план вызвал оживленную реакцию моих собеседников. Особенно Флегонта Мокиевича, он удивленно помотал головой и даже
— Но это не все, господа. От Нерчинска или даже скорее от Читы надо начать строить дорогу на Якутск, а затем на Магадан. Обеспечивать все это будет Сергей Петрович, а главными строителями будете вы, мои дорогие друзья детства, — последнее предназначалось братьям Петровым. Они похоже уже смекнули к чему идет дело и мои слова их не удивили.
— Но когда смотришь на карту сразу же возникает резонный вопрос, а почему не организовать более простой и безопасный маршрут: Гавана — Калифорния через Панамский перешеек. Конечно это заманчивый маршрут, но там нет никаких дорог, фактически трудно проходимые, особенно в сезон дождей, тропы. А он длится почти полгода. Доставка наших грузов там будет сопряжена с колоссальными проблемами. Вдобавок в тех краях свирепствует желтая лихорадка, и это еще мы не говорим о о других колоссальных рисках. Дикие животные, бандиты и прочее, да и политические риски со стороны властей. Но это очень интересный вариант и надо подумать над ним.
Я еще раз посмотрел на карту, конечно заманчиво, но однозначно это можно будет делать только когда появится хорошая дорога между двумя побережьями перешейка, а передвигаться по трудно проходимыми тропами пешком или в лучшем случае на мулах через тропические джунгли кишащие комарами, передающими страшные болезни явно не вариант.
— Теперь мой дорогой Джо, тебе я тоже хочу предложить поучаствовать в моих проектах, но не здесь, а немного в других местах. Нам как воздух нужны пункты дозаправки наших пароходов углем. Их должно быть несколько. Сейчас одна Гавана, куда уголь доставляется из Алабамы. Я вам рассказывал как нам попили крови в Кейптауне. Поэтому нужны два новых пункта: Ресифи в Бразилии, — я решил остановить свой выбор на этом городе, а не на Джорджтауне, — и на голландской Суматре. И конечно встать твердой ногой в Кейптауне, Австралии и Чили. Вот то именно то, чем я хочу попросить заняться тебя мой дорогой Джо, — я сделал легкий поклон в его сторону и улыбнулся.
Джо довольно заулыбался, он сразу сообразил какие огромные барыши сулит ему такое дело.
— Не скрою, господа, наш дорогой американский друг получает такое предложение только по одной причине, это наши родственные отношения. Так же как и участие в моих проектах других господ. Я конечно богат, но затраты на всё это столь велики, что надо считать каждую копеечку и мне не хотелось бы чтобы огромные деньги уходили на сторону. Поэтому максимально в семью и свой близкий круг.
Я налил всем еще по пятьдесят капель и поднял бокал.
— Планов господа громадьё и на десятки лет вперед. Но я уверен, что мы их воплотим и это послужит процветанию и величию нашей матушки России и всем кто захочет жить с нами в мире и дружбе.
На следующий день вместе с капитанами уехали Мюрреи, перед отъездом мы с ним еще раз поговорили на все темы нашего совместного бизнеса и я попросил заняться его еще одним делом — организацией иммиграции с Зеленого острова и переброской ирландцев в Техас по суши.
У меня возникла сумасшедшая идея сыграть на антипатии англичан и американцев к ирландцам, возможно увидев масштабы их переселения в Техас, кондовая англо-американская публика и подостынет к этой идеи.
А Остину с компанией скоро станет уже не до таких тонкостей, когда дело пахнет жареным, а то, что хоть маленькая войнушка в Техасе приключится, я не сомневался. Ну никак публика типа генералов Санта-Анн не могут заниматься спокойно делом и мирным созидательным трудом. Да и мои деньги свою роль сыграют.
Затраты на мои планы огромнейшие. Но я рассчитывал, что во-первых, на постоянные поступления и не маленькие со всех своих предприятий и во-вторых, это же все таки будет не одномоментно. Но все равно копеечку надо считать.