Oldschool
Шрифт:
Вернувшись к створкам, я направился сразу к интерактивной панели. На первый взгляд потухший дисплей вплотную примыкал к металлу, а вот уже на второй, да с применением Восприятия, оказалось, что имеется небольшая выемка с одного края. Просто нажав на неё, я привёл в действие простейший механизм, откинувший экран в сторону. За фальш-панелью обнаружилось два углубления, из которых едва выглядывали две точно таких же ячейки, которые мы обнаружили в диспетчерской. Поменять их местами было делом нескольких секунд, и осталось только вернуть дисплей на законное место. Так у меня батарейки в фотоаппарате менялись, один в один.
–
Договорить я не успел, так как экран засветился матово-зелёным и на нём запестрели уже знакомые угловатые иероглифы, на этот раз разноцветные для большей наглядности. Одновременно с этим массивные створки пошли в сторону, издавая дикий скрежет. М-да - и радостно с одной-то стороны, и палевно с другой.
Как только они разошлись на достаточное расстояние, мы посветили фонарями внутрь и горестно выматерились, не к ночи помянув «Святого Пермадеда». Никакой кабины не было и в помине, лишь голые стены шахты, без малейшего намёка даже на простую лестницу. Полом служил всё тот же сизый камень, навряд ли обладающий свойством антигравитационного пинка.
Будто почувствовав наше разочарование, ближайшие к активировавшейся шахте яйца принялись мелко дрожать, будто от неощутимого землетрясения, а одно так и вовсе завалилось на бок. Шани немедленно взяла его на прицел, а я принялся лихорадочно разбираться, в чём же дело.
Ладно, раз кабины нет, её нужно просто вызвать. Наверняка сбежавшие горняки оставили её наверху, когда сматывали удочки. Вот только как это сделать?
К счастью, долго ломать голову над непонятными закорючками на дисплее не пришлось, так как сбоку было изображено два остроконечных пятиугольника, повёрнутых основаниями друг к другу. Тут и обделённому Интеллектом мечнику понятно, что это схематические «вверх и вниз». Я нажал на ту пиктограмму, что смотрела остриём в пол и услышал мелодичный голос, поведавший, что грузовая платформа прибудет через семь с половиной минут. Информация сообщалась тоже на азархадонском, воспринимавшемся как бессмысленный набор звуков, но тут уже выручил встроенный в нейроинтерфейс транслит.
Стены шахты ощутимо завибрировали, вроде как подтверждая сказанное, но этому я особо не обрадовался. Всё больше яиц вокруг проявляли нездоровую активность, разбуженные вернувшейся в строй техникой. Кстати, о строе...
Но тут завалившийся шар совсем некстати взорвался кожаными ошмётками, выпуская наружу странное плоское существо, напоминающее крупного ската, зачем-то скрещенного с многоножкой. Разведчица немедленно открыла огонь и с трёх попаданий отправила малыша отдыхать. Вот только этой маленькой победе она совсем не обрадовалась.
– Кул, здесь их просто дохрена! На просто сметут!
И правда, оглянувшись по сторонам я сделал вывод, что опустившаяся вниз кабина застанет лишь наши истерзанные тела. Выиграть бы немного времени...
Я наткнулся взглядом на возвышающуюся над всеми кожистыми шарами тёмную фигуру робота и зловеще оскалился.
– Шани, прикрой!
Я вприпрыжку ринулся к последнему защитнику пещеры, краем глаза заметив размытое движение возле одной из дальних стен. На ходу вынул из инвентаря массивную ячейку, благо руки свободные, и практически сразу же воспользовался ей не по назначению, встретив прямым ударом очередного юного монстрика. Малыш коварно поджидал жертву в тени своих неродившихся собратьев, но меня не так просто было застать врасплох.
Шмяк,
Ша-Хори.
Фаза: зародыш.
Уровень: 1.
Опыта, естественно, за него мне не дали. Совсем не жалко, ведь с другой стороны могли наградить и какой-нибудь ачивкой типа «детоубийца». Ну его.
Я добрался до приунывшего робота гораздо быстрее, чем мы двигались раньше, но гораздо больше времени потратил, соображая, куда-бы ему воткнуть заряд бодрости. И снова требовалось воздать хвалу Восприятию. На спине обнаружился округлый нарост, типа командирского лючка на танке, который немного не вписывался в общую композицию, делая фигуру андроида заметно горбатой. Как оказалось, это была откидная крышка, как у обычного бидона. Я вынул оттуда отработанный топливный элемент и с размаху вставил батарею, заляпанную зеленоватыми внутренностями агрессивного зародыша, в освободившееся гнездо. Плевать на антисанитарию, это ведь боевая машина, а не какой-нибудь капризный электронный синтезатор.
С громким лязгом захлопнул крышку, вернул стопоры на место и спрыгнул вниз, оглядываясь в поисках новых угроз. Но смотрел я вовсе не туда, куда действительно стоило.
Застоявшийся без дела робот со скрежетом разогнулся и повёл конечностями, будто проверяя, всё ли по-прежнему его слушается. А потом не нашёл ничего другого, как направить пушку в мою сторону, благо я не успел уйти далеко, и был как на ладони.
Как будто других противников поблизости не имелось - Ша-Хори вылуплялись уже целыми группами, а не поодиночке, как раньше.
– Да ты издеваешься, что ли?!
– успел выкрикнуть я.
А потом стволы изрыгнули ослепительное пламя.
Глава 33
Пережить первую очередь неблагодарного робота удалось благодаря двум вещам - кривому наведению его пушки и многочисленным инопланетным яйцам, принявшим на себя большую часть снарядов. За это им большое нечеловеческое спасибо, ведь даже одно-единственное попадание мне в грудную пластину играючи смахнуло семьдесят процентов здоровья и больше половины прочности бронекостюма. Оно же отшвырнуло меня назад, будто мятую консервную банку, простреленную дробью.
Я пару раз перекувыркнулся, теряя скорость, пока не очутился в небольшой выбоине, оставшейся после каких-то геологоразведочных работ. Окопчик попался очень кстати, так как за первой очередью немедленно прилетела вторая. Выстрелы меня не достали, лишь гранитной крошкой слегка присыпало, но радоваться было ещё рано - из пробитого костюма стремительно уходил кислород. Здоровье тоже таяло на глазах, вместе с сильным кровотечением. И чтобы мне совсем жизнь мёдом не казалась, правую руку намертво парализовало критом.
Оставшейся в строю конечностью я кое-как активировал дорогую аптечку и залепил пробоину специальной замазкой, моментально схватившейся на свежем воздухе. Всё, теперь это место - моя ахиллесова пята, такую временную заплатку даже со слабенького пистолета можно пробить. Медкомплекс остановил потерю хитов, но вот рука должна была вернуться в строй только минут через десять, не раньше. Можно сказать, что боец из меня теперь стал никакой, хотя я и до этого особой угрозы для противников не представлял.