Око за око

Магрудер решил сменить тему.

— Он рассчитывает проскользнуть мимо нас на велосипеде? — Лейтенант потрепал по шее свою лошадь, и та в ответ тихонько заржала.

— Говорят, он овладел искусством выживания в трудных условиях, — ответил Ауэрбах. — Возможно, он бросит велосипед и пойдет пешком. Вокруг огромные пространства, а нас совсем мало. Он может проскользнуть. Проклятье, Билл, нельзя исключить, что он уже оставил нас с носом. С другой стороны, он может находиться совсем близко. Мы не знаем.

— Да, не знаем, — эхом отозвался Магрудер. — В

результате мы разыскиваем этого типа, вместо того чтобы бить в рыло ящеров. Дурацкое занятие. Должно быть, он важная шишка, если Гровс так хочет его поймать.

— Других объяснений я не нахожу, — согласился Ауэрбах.

Он чувствовал, что Магрудер не спускает с него глаз, но сделал вид, что ничего не замечает. Конечно, лейтенант знает мало, но он достаточно умен, чтобы додумать остальное.

Ауэрбах посмотрел на юг от шоссе 40. Примерно в двух милях располагался небольшой городок Бойеро. Один из его взводов сейчас входил туда. Остальные кавалеристы Ауэрбаха рассыпались вдоль грязной проселочной дороги, ведущей от Бойеро к шоссе и на север к Аррибе по шоссе 24. Территорию дальше к северу контролировали кавалеристы из Барлингтона. Возможно, одиночке не проскользнуть сквозь такую сеть, но они живут в большой стране, а солдат у них не так уж много.

— И еще одно, — сказал Магрудер, пытавшийся во всем увидеть положительную сторону. — Ему не удастся нас обмануть, прикинувшись кем-нибудь другим. На дороге вообще нет людей.

— Тут ты совершенно прав, — кивнул Ауэрбах. — Здесь даже до появления ящеров было народа не так чтобы много. А теперь и вовсе никого не осталось.

За тяжелыми тучами солнце клонилось к далеким Скалистым горам, прячущимся за пеленой облаков. «Хватит ли у Ларссена мужества выйти на дорогу ночью?» — задумался Ауэрбах. Сам бы он и пытаться не стал. Во всяком случае на велосипеде. Быть может, на своих двоих… Таким образом у него увеличивались шансы ускользнуть от преследователей, но утром он рисковал оказаться на открытой местности, где его будет легко заметить.

По проселочной дороге к шоссе 40 скакал всадник. Ауэрбах заметил выбившиеся из-под шлема светлые волосы и хмыкнул — Рэйчел Хайнс ни с кем не перепутаешь.

Она остановилась возле Раиса, отдала честь и доложила:

— Сэр, нам со Смитти показалось, что мы видели, как кто-то движется через поля. Он нас заметил и сразу же залег. Он не мог принять нас за ящеров, так что…

— Он догадался, что мы его разыскиваем, — закончил Ауэрбах, ощутив возбуждение. Он не рассчитывал, что ему удастся поймать Ларссена, но теперь ему не терпелось броситься в погоню. — Я поеду с тобой, — сказал он. — Мы прихватим с собой всех, кого встретим по дороге. — Ауэрбах повернулся к Магрудеру. — Билл, остаешься за старшего. Если у нас возникнут проблемы, пришлешь помощь.

— Есть, сэр, — безнадежно отозвался Магрудер. — Ну, почему я ничего другого от вас не ждал?

— Потому что ты хорошо соображаешь. Поехали, Рэйчел.

Ауэрбах пустил свою лошадь быстрой рысью. Рэйчел примчалась к нему галопом, но сейчас держалась рядом. Через каждые несколько сотен ярдов к ним присоединялся еще один всадник. К тому моменту, когда они добрались до Смитти, в распоряжении Ауэрбаха собрался целый взвод.

— Мы его поймаем, правда, капитан? — спросила Рэйчел. Ауэрбах уловил нетерпение в ее голосе. — Уж не знаю, почему мы за ним гоняемся, но теперь он от нас не уйдет.

— Надеюсь. —

Ауэрбах отчетливо услышал вопрос в голосе Рэйчел, но уж если он не поделился своими догадками с Магрудером, то и Рэйчел ничего не скажет. Он обратился к остальным кавалеристам. — Исбелл, вы с Эверсом останетесь с лошадьми. Если у нас возникнут проблемы, один из вас поскачет к лейтенанту Магрудеру за подкреплением.

Солдаты печально подтвердили приказ. Ауэрбах принялся вглядываться в окутанную снегом прерию. Ничего. Что ж, Ларссен наверняка знает, что делает, раз уж ему столько времени удавалось успешно скрываться.

— Ладно, растянемся в цепь. Будьте очень осторожны. У него винтовка, и он неплохо стреляет.

Прежде чем занять свое место в цепи, Рэйчел Хайнс сказала:

— Спасибо, что не оставили меня с лошадьми, капитан.

Ауэрбах сообразил, что эта мысль ему даже в голову не пришла. Он воспринимал Рэйчел как самого обычного солдата. Ране покачал головой. До войны он и представить себе такого не мог.

Капитан шел по промерзшей земле. Вероятно, до прихода ящеров здесь расстилались пшеничные поля, но в последние два года люди перестали сеять и собирать урожай. Даже в середине зимы многие растения доходили ему до бедра. Местность была довольно ровной, но человек мог легко спрятаться среди кустов. К тому же из-за высокой травы снег лежал неровно, и на нем не оставалось следов.

Если Ларссен умен, он будет сидеть тихо и ждать, пока они пройдут мимо,

— если, конечно, он здесь. Но быть таким хитрым не так-то просто; если Ауэрбах отправит на поиски целую роту, рано или поздно Ларссена найдут.

Однако Ране не хотел снимать всю роту. Если Ларссена здесь нет, то путь на восток будет открыт.

— Ларссен! — крикнул Ауэрбах. — Выходи с поднятыми руками, и никто не пострадает. Не создавай себе проблем. — «И не создавай проблем для нас».

Ларссен не вышел. Впрочем, Ауэрбах не слишком на это рассчитывал. Он сделал еще несколько шагов в ту сторону, где Рэйчел и Смитти видели какое-то движение. Мимо его уха просвистела пуля. Через мгновение он услышал звук выстрела, но уже успел броситься на землю.

— Ложись! — крикнул он из-под куста и огляделся, но густой кустарник помешал ему оценить ситуацию. — Обойдите его справа и слева.

Теперь они знали, где находится Ларссен. Взять его будет совсем непросто, но эту работу его люди делать умели, дальше все пойдет автоматически.

Ларссен выстрелил еще раз, но теперь он целился не в Ауэрбаха.

— Вы все против меня! — завопил Ларссен. — С двоими я уже рассчитался. И прикончу еще много мерзавцев, даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.

С обоих флангов кавалеристы Ауэрбаха начали стрелять в Ларссена, но не для того, чтобы попасть, — они прикрывали своих товарищей, которые старались подобраться к нему поближе. Неподалеку от Ауэрбаха Рэйчел Хайнс выстрелила дважды подряд. Ране тут же вскочил на ноги, пробежал несколько шагов вперед и упал на землю за следующим кустом. Затем Ауэрбах трижды выстрелил и услышал, как Рэйчел и двое других солдат побежали вперед справа и слева от него.

Если тебя атакуют с фронта и с двух флангов, как это происходило с Ларссеном, есть два выхода — и оба не самые лучшие. Можно оставаться на прежнем месте — и тогда тебя точно прикончат — или можно попытаться убежать. И тогда тебя пристрелят почти наверняка.