Око Пейфези
Шрифт:
Оно-то и убило его постепенно. Мохаммед выхаживал отца почти шесть лет, но так и не смог вырвать его из когтей смерти, — она помолчала и тихо добавила: — Мы жили в постоянном страхе за наших близких. Спешили жить… Твой отец тогда взял вторую жену, потом сразу третью, а я… я боялась всего. Я не хотела больше рожать. Но… — Азира усмехнулась. — Это был единственный случай на моей памяти, когда Мохаммед ошибся при приготовлении зелья. Ты родилась вопреки всему.
Халифа охнула, всплеснув руками.
— Мама! Я что,
— Ну что ты! — воскликнула Азира. — Конечно же, желанный! Просто незапланированный.
Девушка надула губки.
— Лучше бы папочка не ошибался. Из-за меня столько проблем!
— Не смей так говорить! На все воля Всевышнего! Помнишь старинную поговорку о поздних детях?
— Да. Аллах приводит их в этот мир для того, чтобы сотворить что-то великое. Но пока я творю только великие неприятности.
Мать ласково обняла ее.
— Ты — наша радость, пусть нам и приходилось плакать. Но ведь не всегда светить солнцу? Что за лето без дождей?
Вопреки тревожным ожиданиям, во всем волшебном мире воцарилось непривычное затишье. Две недели пролетели как два дня. В день семнадцатилетия Халифы все Дасэби собрались во дворце в Эскишехире. Родственники, связанные с Министерством, делились новостями. В Стамбуле исчезли трое колдунов — бывшие Пожиратели Смерти, не казненные, но просидевшие десять лет в магической тюрьме Гюрсенар. Еще человек двадцать из «неблагонадежных» взяли под постоянное наблюдение. Но в целом в Турции было спокойно, родители бесстрашно собирались отправлять детей на новый учебный год в Эль-Муфди.
Отсутствие плохих новостей — уже хорошая новость. Халифа от души веселилась на празднике, радовалась нескончаемым подаркам и улыбкам гостей, которые съехались взглянуть на йени-джинна. Страха, скованности и отвращения не было и в помине.
Девушка в очередной раз убедилась в том, что любящие ее люди поняли все совершенно правильно, и приняли ее йени-форму как должное. Тем более что за лето шрамы от ожогов полностью сошли, и ее лицо стало практически прежним. Старшие братья наперебой уверяли девушку, что она даже стала еще красивее. Младшие братья и племянники развлекались тем, что просили Халифу продемонстрировать обретенную неуязвимость к огню. Вначале девушка было возмутилась, заявив, что это совсем не забавно.
— Глупенькая сестрица Халифа! — рассмеялся Ильяс, девятилетний сын Зухры, второй жены Мохаммеда. — Тебе же повезло! Я тоже хочу брать руками пламя и ходить по углям. Ты теперь можешь залезать в камин без дымолетного порошка.
Халифа фыркнула:
— И куда же я улечу без порошка, проказник?
Мальчик долго не думал:
— Взметнешься без дыма и полетишь прямиком в Кафу! Там ты точно станешь завидной невестой.
Девушка ахнула, но хитрец быстро добавил:
— Другим джинниям будет с тобой не сравниться.
— Ой, подхалим! — подошедшая Сарина шутливо дернула мальчишку за ухо. — Не обижай ее.
— Я не обиделась, — сказала Халифа. — Но братец неправ. Я все-таки человек, и жить хочу тоже по-человечески.
— Конечно, сестрица, он просто пошутил. Никто и не думает сватать тебя за настоящего джинна, — Сарина села рядом и заметила, как бы между прочим: — Хотя я бы тоже не отказалась никогда не обжигаться.
— Ты не видела Лейлу? — попыталась сменить тему разговора Халифа.
Сарина хмыкнула и позвала брата:
— Ильяс, ты, случайно, не видел Халдуна?
Мальчик проказливо усмехнулся.
— Нет, не видел. Но может, он в саду?
— Ага, — сестры понимающе переглянулись, и Сарина встала. — Пойду-ка поищу его, пока он не увлекся и не подпалил Лейле юбку.
— Эх, ладно, — махнула рукой Халифа и принялась развлекать малышей своей игрой с огнем. — Я сегодня буду за факира.
Позже девушка перехватила вернувшегося из сада Халдуна и требовательно спросила:
— Братец, я до сих пор еще не видела твоего подарка. Ты составил мне гороскоп, как обещал?
Халдун неожиданно растерялся и принялся оглядывать толпу гостей.
— Составил, но… Я отдал его отцу. Он вернет его тебе позже, если сочтет нужным.
— Халдун! — с шутливой угрозой в голосе насупилась Халифа. — Что ты там насчитал, что боишься показать мне? Что еще такого ужасного уготовили мне звезды?
— Ничего особенного, сестренка, — чуть принужденно рассмеялся тот. — Трудный будет год, очень трудный. Учеба в поте лица…
— И все? — с подозрением переспросила девушка. — Столько перерытых архивов, столько поездок в Библиотеку Оракулов — и это все, что ты смог составить за целых три месяца?! Ну-ка, говори правду!
Брат помялся и сказал, тщательно подбирая слова:
— Если коротко… Не так давно, чуть больше двух лет назад, центр треугольника, образованного положением звезд на момент твоего рождения, пересек солнечную "дорогу судьбы". Теперь ты движешься, как планета по велению космических сил. И как нет силы, способной свернуть с пути череду идущих к противостоянию планет, так и нет ни одной линии вероятности, которая бы отвела тебя в сторону от намеченной цели.
Ни единой, сестренка. Знаю, так почти не бывает, но это правда. Я пересчитывал одиннадцать раз.
Халифа стояла, нервно покусывая губы.
— Цель-то хоть достойная? — наконец, тихо спросила она.
Халдун снова оглядел толпу, задержав внимание на веселящихся малышах.
— Да, — твердо ответил он. — Я, наверное, не должен говорить этого. Но ты скоро поймешь сама. Любое решение будет единственно верным. Даже если сначала это покажется ошибкой. Понимаешь?