Океан для троих
Шрифт:
– Дьявол тебя побери! Да.
Глава 27. Призрачная сходка
Вопреки всем ожиданиям тревожный свист смотрящего не раздался ни утром, ни после полудня. Ушатанная боем с иверцами “Свобода” успела даже прихорошиться – заменила два паруса и обзавелась свежими светлыми заплатами на бортах.
Команда,
В капитанскую каюту стучать дураков не было.
Пока солнце еще не взошло, Черный Пес исчез на четверть часа, но вскоре вернулся с двойной порцией холодной солонины и сухарями.
В сумеречном сером свете, который проникал сквозь уцелевшие стекла, завтракали быстро и жадно, чтобы еще успеть ухватить всего, что хотелось, до тревоги.
Дороти торопилась, а Рауль не останавливал – наоборот, поддавался, подстегивал чужое желание, словно тоже чувствовал что-то важное. И когда Дороти оседлала его сверху, удерживая его руки над головой, и медленно повела бедрами, только фыркнул норовисто, а потом его даже на ругательства не хватало: что Дороти умела делать хорошо, так это учиться плохому.
Неясно, превзошла ли она наставника или нет, но вскоре Рауль сам шепча богохульства, умолял, чтобы она двигалась быстрее.
И в этот момент осознание того, что она любит его, настигло Дороти. Как молния. Понимание, что без его ехидных фраз, кипящего темперамента и темных глаз жизнь кажется блеклой. Ненужной.
Дороти замедлилась и осторожно провела пальцами по губам Рауля, запоминая навсегда их мягкость. И то, как он смотрит на нее и как касается. С какой неуемной жаждой желает.
– Моя прекрасная, – прошептал он ей в губы. – Хочу, до смерти хочу… Ну же!
А Дороти сходила с ума от всего разом: от твердых татуированных мускулов под своими руками, от того, что ствол раз за разом погружался глубоко внутрь, принося наслаждение. От хриплого дыхания Рауля, от слов, которыми он подгонял, от того бесстыдства, с которым он требовал – требовал! – двигаться сильнее, жестче, давать глубже…
Это было безумие, настолько прекрасное, что Дороти сама была готова продать душу, лишь бы оно не заканчивалось. Жаль только, что ее душа на рынке у нежити не сильно ценилась.
Она все-таки успела довести Пса до пика, но уже засыпая, пожалела, что не взглянула – насколько сильно расходятся рисунки щупалец на стволе у Рауля, когда тот вот-вот готов кончить, от того, что Дороти делает.
Из сна вырвало обоих разом – тем самым тревожным свистом.
У двери каюты Рауль, который уже стал Морено, обернулся, прижался на миг, уперся лбом в лоб, и Дороти поняла, что тот прощается.
– Иди, я догоню, – сказал она. – Мне нужно…
–
Дороти проверила пистолеты, подтянула перевязь палаша. В который раз пожалела об оставленных в доме в Йотингтоне шляпах и накрахмаленных воротничках. Впрочем, сейчас она мало чем отличалась от любого из команды Черного Пса – такая же, как они: без дома, без рода.
Пришлось довольствоваться тем, что затянуть шнуровку на рубашке, а ремень потуже на талии. А вот от мундира лучше отказаться – он сковывал движения.
Сердце Океана, которое досталось такими трудами, теперь валялось на полу, точно дешевая побрякушка.
Дороти подняла тускло светящийся камень за обрывок цепочки, обтерла платком, который оказался забытой головной повязкой Морено, завернула в нее же и спрятала за пазуху. Раньше времени цеплять на себя эту кровососущую гадость не хотелось. Дороти еще раз пересчитала мысленно все пункты своего плана. Видимых изъянов пока не было, кроме одного – весь план стоял на одном предположении. Оно относилось к миру потустороннему и проверить его никак не выходило. Но Дороти убедила себя не думать об этом.
Она чуяла, что на правильном пути.
Морено ждал ее на мостике, небрежно облокотившись на остатки ограждения. Стоило Дороти подняться, как тот всунул ей в руки подзорную трубу и сказал:
– Северо-восток. Посмотри, тебе понравится.
Дороти послушалась. На самом крае видимости скользила расплывчатая тень – рисунок мачт был похож на “Каракатицу”. Будь Дороти сейчас в другой компании – еще бы посомневалась. Но Черный Пес узнает свою красотку даже не по силуэту, а по следу на воде.
– Да, это моя девочка, – подтвердил Морено. – Но это еще не все. Левее возьми.
Дороти перевела окуляр и первой увидел проклятую бригантину. Она легко скользила в пятнадцати кабельтовых позади “Каракатицы” и мерцала, как мираж в пустыне. То появлялась в одном месте, то таяла клоком тумана и сразу возникала в другом. Но шла за судном неотрывно, словно привязанная.
С востока надвигалась еще одна тень – куда крупнее бригантины и более постоянная, но корабли без парусов на таких скоростях не ходят.
– “Лилия”? – не отрывая трубу от глаз, спросила Дороти.
– Нет. Галеон мелькал с севера, но он тает очень быстро, словно скрывается ото всех. Это кто-то еще. Пока незнакомый. Но большой.
– Похож на налландский военный фрегат, но там почти нет мачт – не разберешь.
Дороти перевела мутный глазок правее и увидела еще двух призраков – совсем древнюю имперскую галеру под алым рваным парусом и каравеллу, несомненно когда-то принадлежавшую алантийскому флоту. Но стоило сместить взгляд, как эти двое растаяли, зато чуть ближе зарябил борт судна паломников, какие плавали лет сто назад.