Охотник за страхами

Прогин Влад

— Отлично. Теперь остается изловить демона и в бессознательном состоянии притащить сюда с целью ритуального убийства — перешел к делу Джим — Или лучше в сознании?

— Почему? Не обязательно — в голову пришла мысль и я решил рискнуть.

На алтарь я положил клинки, а потом извлек две жемчужины с демоническими отпечатками, которые так и не выложил, и продемонстрировал Джиму.

— Думаешь, сработает?

— Не знаю. Но тащиться и ловить живого демона мне не хочется. До ближайшего места…

— Погоди — Джим порылся в карманах и достал жемчужину крупнее моих раза в два. — Семнадцатый ранг. Снял его из винтовки в Нью-Йорке, предварительно

запихнув ловушку ему в сумку. Чистая работа, он даже не понял, что его убило.

— Спасибо, тогда эти бери себе. Тут одна мелкая сошка, а этот… ранг восьмой, наверное, не знаю. Буду еще должен.

— И кто после этого из нас американец? Ты мою задницу недавно вытащил из лап Джанны. Свои люди, сочтемся.

— Ну тогда пожелай удачи…

Джим отошел в к выходу, где ждали Айрэ, Арта и Ассерус.

— Профессор, точно уверены, что хотите рискнуть — спросила меня Айрэ.

— Уверен — кивнул я.

Я положил жемчужину рядом с клинками на алтарь и немного отошел. Ничего не произошло. Я выждал секунд двадцать, но так ничего и не почувствовал.

Интересно… Я задумался и взглянул опять на перстень, который успел поднять с пола. Хорошо хоть, далеко не укатился. Должен быть способ запустить механизм. В точности особенности его работы знает только покойный Мезмер, но ведь должен же быть рецепт, чтобы механизм восстановления клинков мог запустить не смыслящий в этом человек. Ведь посвящать своих, пускай даже элитных воинов, в магию не будет никто, тем более параноик вроде Мезмера. «Рецепт! Дайте мне рецепт решения этой задачи!», как говаривал мой преподаватель по физике в родном мире, предлагая решить задачу на зачете.

Перстень легко оделся на палец, но привычного шепчущего голоса и боли в голове не появилось. Он просто сидел на пальце и ничего не подсказывал. Может быть, нужна кровь? Нет, палец себе резать не хотелось: как знать, может тогда клинки меня посчитают врагом номер один.

Я потянулся за жемчужиной, и нечаянно коснулся кольцом гранита алтаря.

Стоило сделать это, как мир вокруг взорвался цветными брызгами. Забавно было видеть их, практически осязать и в то же время понимать, что они исключительно в твоем сознании. Я помнил те ощущения, когда, перегрузив себя, чувствовал, буквально видел каждую ниточку первородной энергии, и мелодичный звон ее потока едва ли не разрывал голову болью, но эти искры, резкие, бесшумные были чем-то иным. Стоило мне отойти от алтаря, как все пропало: на камне алтаря лежали клинки и крупная жемчужина. Но теперь на пределе ощущений в воздухе чувствовалось напряжение. И все. Ни вспышки света, ни электрического разряда. В сложном заклинании какая-нибудь часть силы сбежит, уйдет, либо в свет, либо в тепло, либо еще во что-нибудь. Часть первородной энергии, стоит ее пустить в ход, утекает, переходит в другие виды энергии, и с этим надо только смириться. Как не утепляй трубы теплотрассы, а часть тепла сбежит, все это знают. Разумеется, у начинающего мага утекает больше, чем у опытного мага, но все же утекает.

Но либо силы, работавшие сейчас и здесь, не имели с первородной энергией, привычной магам Алерии, ничего общего, либо это было нечто сродни вечному двигателю второго рода, да простят меня читатели, плохо знакомые с курсом общей физики.

Ассерус и Айрэ оживились, они тоже почувствовали силу и тоже не могли понять, что это за зверь такой.

Жемчужина треснула и развалилась на части, которые спустя секунды начали разваливаться

на более мелкие, пока не обратились в пыль.

«Мало!» Это восклицание сродни восклицанию голодного птенца. Не важно, что еды больше нет — мало. Хочу больше, и все. Я выхватил оставшиеся у меня жемчужины и положил на алтарь, больше на ощупь, так как среди цветных всполохов, проявлявшихся вблизи алтаря, нельзя уже было ничего разглядеть.

Их постигла участь большой жемчужины, но на этот раз мысль о том, что я предоставил мало, не дошла до меня. Сталь на клинках полопалась, часть металла отвалилась, а часть разогрелась, пошла пузырями и начала перемещаться. Клинки потемнели, приобретая их родной оттенок, узор, до этого едва проступавший, восстановился, а трещины, «шрамы» от которых остались даже после перековки, исчезли без следа.

— Оу, шит — перешел на родной язык Джим. Арта покачала головой, а Айрэ и Ассерус языка не знали, но зато догадались что хотел сказать Джим.

Клинки вновь стали такими же, какими я их впервые получил.

Я осторожно коснулся рукояти и отдернул руку — горячо. Надо дать им остыть.

— Дай догадаюсь — произнес Джим — Теперь они выглядят, как и раньше?

— Да — Я влюбленно смотрел на клинки, и ощущал от них исходящую благодарность. Едва загибающееся лезвие, заканчивающееся шипом, рукоять словно подогнана под мою руку…

В голове моей роились какие-то не то мысли, не то слова, поэтому я оборвал их тем, что сдернул перстень с пальца. Хватит с меня этой штуки.

— Надо как-то защитить это место — предложил Ассерус.

— До этого оно неплохо справлялось с этим само — произнес Джим.

— Окурок-то мы нашли? Весьма старый, надо заметить — резонно отметил я.

— И что ты предлагаешь? Сам видел, что эта груда гранита может оказаться полезной. Взрывчатку и разнести все, чтобы никому не досталось, так?

— У меня есть идейка лучше — задумчиво произнес я, прикидывая в какие финансовые затраты встанет реализация задуманного. Если правильно все преподнести, то минимальные — Профессор Ассерус, Вам не кажется что это подземелье не совсем удовлетворительно защищено в плане ловушек, нежити и прочих сюрпризов для гостей?

— Соглашусь с Вами, Профессор Алькор — Ассерус ответил мне тем же самым «профессорским» тоном, который заставил Айрэ улыбнуться — но мне кажется, что наши студенты за отметку об успешном прохождении практики легко исправят это упущение.

— Джим, лучше сюда скоро теперь не соваться. После того, как тут пройдет практику целая Академия, тут будет…

— Слушай, а твои Алерийские друзья мне на виллу сигнализацию не сделают случаем, а?

* * *

Тишина. Полная луна светит в окно, и ее мягкий золотистый свет превращает комнату в подобие золотой сказки. Даже мягкий свет свечи кажется здесь лишним.

Я встала и подошла к зеркалу. Прошлый раз, когда мы с Ольгой гадали на озере, результат мой был слишком неоднозначен, и я решила воспользоваться другим методом, о котором мне недавно рассказала Дуняша. Вот уж повезло, что я… вернее, Ирина, какой она была до болезни, вопреки «просвещенным» взглядам генерала Озимова не пренебрегала подобным.

Сухие ржаные колоски, мука, маленький пузырек с самогоном — вот и все нехитрые атрибуты.

Как и было мне сказано, я встала на колени перед зеркалом и положила в блюдце три щепотки муки. Сверху легли три колоска ржи, и на них трижды капнула самогона. Теперь заклинание…