Охота
Шрифт:
— Миленько, — сказал Шупа, когда поймал мой взгляд. — Смерть и давление. Почему не испытание удовольствием?
— Не зарекайся и думай, о чём говоришь, — сказала ему Тамара веско. — Или хочешь попасть в испытание, где тебя десять лет будут ублажать демоницы? Кто знает, что есть на просторах миров.
— Не думаю, что такое возможно, — хмыкнул Шупа.
— Есть и куда более странные испытания, — серьёзным тоном ответила Тамара. — Долго мяться будем? Уверена, это испытание как раз для моего братца.
Накаркала. Зашли внутрь, попали в просторный зал. Стоило добраться до центра, как каменные ворота за
Было ли волнительно? Да не особо. Куда больше меня пугало то, что некоторые испытания занимают года. Запасов у нас точно хватит, но пропустить рождение детей неприемлемо. Со всем заданием нам надо управиться месяца за два, не больше. Мы прогулялись по тоннелю, но первые изменения появились метров через сто, не меньше.
— Чувствуете эманации? Это и есть смерть? Неприятно пахнет, — заметил Шупа.
— Что есть, то есть, — ответил я задумчиво.
Ощущение такое, будто попал на поле битвы через пару недель после финала. Липкая, неприятная атмосфера.
— Как думаете, давление смерти как-то связано с тем, что мы ищем источник жизни? — спросила Тамара.
— Кто знает, — ответила ей Калия.
Следующие полчаса мы шли вперёд. Где-то на тридцать пятой минуте стали появляться скелеты. При виде нас они поднимались, но выглядели отвратно. Опасны разве что для пьяниц, которые плохо стоят на ногах. Ещё через пару минут их активность возросла. Спустя десяток минут пошли скелеты-воины с оружием, а кто-то и с броней.
— Как много хочется сказать, но боюсь сглазить, — ворчал Шупа.
Я был с ним полностью согласен. Пока до жути однообразно и уныло. В чём смысл этого испытания? То, что давние смерти возрастало, — это да, понятно. Но в чём смысл? Перебить всех мертвяков? Выдержать определенную степень эманаций смерти? Описание к испытанию пусть и имелось, но подробностей не содержало.
— К чёрту, — сказала Калия. — Мы так и месяц топать можем.
Подхватив нас силовыми полями, она набрала скорость. Не до упора выжала, но километров до сорока в час ускорилась. Не забывая разносить всех мертвяков на пути. Стало повеселее. Теперь изменения замечались куда лучше. Они нарастали не постепенно, а куда ощутимее.
Вслед за мертвецами-воинами пошли маги. К ним присоединились разнообразные мёртвые твари. Мертвецы с плотью. Усиленные мертвецы. Твари покрупнее и с прочной защитой. Скелеты с аурой смерти.
Влетев в особо большую гущу и перебив всех, мы сделали привал. На текущий момент потратили около двадцати процентов сил, если смотреть общий знаменатель. Очень мало, учитывая количество перебитой нежити. И при этом мне не хватило сил, чтобы убить какого-то магистра ветра!
Этот момент у меня до сих пор в голове сидел. Нет-нет да и прокручивал ход поединка. Толку от удара, способного разнести скалу, если противник превращается в ветер? Крайне быстрый ветер, который способен рассыпаться на мелкий частицы, которые ещё попробуй разгляди. Со всеми своими усилениями и навыками я тупо не мог нанести существенный урон магистру. Не стоило и сомневаться — он внимательно проанализирует, как и я, поединок, подберёт более эффективные решения.
Да и не такие уж у меня сильные удары. Тот магистр
— Кажется, нас окружают, — отвлекла меня от размышлений Тамара.
— Кто хочет разобраться? — уточнил я.
— Я тут самая бесполезная, — умыла руки ситкартка.
— Лентяйка, — фыркнул Шупа и поднялся.
Следующие двадцать минут мы сидели под шум лёгких взрывов. Шупа развлекался тем, что работал точечно, посылая иллюзии в уязвимые места и взрывая их. Обычно это были черепушки.
— Отправляемся дальше, — поднялся я, заканчивая медитацию.
Я пусть и думал о магистрах, но также снял защиту, давая телу соприкоснуться с эманациями смерти. Раз уж попал в настолько необычное место, но грешно будет не обзавестись адаптацией. Гецу следил за этим процессом, поэтому я не волновался, что поглощу слишком много.
Первое серьёзное изменение случилось, когда мы добрались до огромного зала, куда вело несколько ходов. Стоило нам добраться до центра, как со всех сторон повалили враги. Даже из того прохода, откуда мы вышли. Можно было не сомневаться, заботливое испытание телепортирует их прямо к нам.
Битва продолжалась около двух часов. Сложно сказать, сколько тысяч самых разных мертвяков мы перебили. Они не были сильнее, чем те, что в тоннеле. Первые волны, наоборот, значительно слабее. Будто мы сначала начали. Поэтому битва затянулась не из-за мощи врагов, а из-за того, что они медленно до нас топали.
— Закончились? — задал риторический вопрос Шупа.
Пол дрогнул. С одной стороны от нас поднялась лестница. С другой — открылся проход, через который было видно место, откуда мы вошли в храм.
— Предлагают продолжить или выйти, — сказала Тамара. — Айда на следующий этаж.
Необычная система. Про это я от Грозы слышал. В некоторых испытаниях несколько ступеней, и после каждого этапа дают право выйти. Или не дают, а подкидывают новую подставу.
— Не спеши, — остановил я её. — Отдыхаем, восстанавливаемся.
— А если лестница исчезнет? — глянула на меня ситкартка.
— Тогда не повезло, — развёл я руками и хмыкнул.
Но повезло. Лестница никуда не делась. Мы спокойно отдохнули, восстановились и поели. Двинули дальше.
Второй этаж. Третий. Четвёртый.
Постепенно выяснили закономерности. На каждом этаже нас ждал зал и семь проходов, откуда валила нежить. Первый был разминочным. Уровень второго зала — один полный легендарщик в конце. До этого был максимум уровень редких способностей. Всего вышло около двух тысяч мертвецов. Как закончили, остановились на ночёвку, а на следующий день собрали камни. В основном малые, всего пара редких. Третий уровень — всё то же самое, но давление смерти выше, больше тех, кто владел силой легендарного уровня, в конце около десятка полных легендарщиков. Перебили около двух с половиной тысяч нежити всех мастей. На сутки задержались, отдыхая. Собрали добычу. Четвёртый этаж — повторение истории, но элитных тварей стало ещё больше. Ума у них тоже прибавилось. Перестали валить один за другим, пытались изобразить тактическое наступление.