Огонь с юга
Шрифт:
— Значит, между ними нет ни чести, ни обязательств, — с брезгливостью заметил Кейда.
Дев с безразличным видом пожал плечами.
— Волшебники, которые что-то соображают, не ленятся навестить Драконью Шкуру, упирают макушки в песок и вручают ему пленных и до половины награбленного. Благодаря этому они получают право сохранить для себя остальное. Драконья Шкура шастает повсюду и отыскивает любого, кто попытается скрыть свое добро. — Дев с некоторой игривостью оглянулся на теряющийся среди деревьев заливчик, где был спрятан «Амигал». — Те, кто пронимает, что игра кончена, падают ниц, выносят
Нет, и не хочу.
Кейда содрогнулся.
— Драконья Шкура прибавляет их добычу к своей?
— Кое-что он уделяет своим любимчикам, — продолжил Дев. — Тут теперь есть три волшебничка, обнюхивающие его задницу, и осталось семеро, которые еще не решили, куда податься.
— Это все? — Ризала ушам своим не верила. — Чейзены, которые бежали, говорили о сотнях колдунов.
— Сотни их уже промчались бы по всему Архипелагу. Учитывая ущерб, который может нанести даже один чародей, если захочет, думаю, вы найдете, что одиннадцать — это достаточно, — язвительно уверил ее Дев. Он поглядел на Кейду. — Вероятно, было еще больше, когда они вторглись на острова, но те, кто послабее, теперь стали пятнами на песке или пищей для жуков. Уцелели более сильные, а они все были в движении последние несколько дней, подтягиваясь все ближе к Драконьей Шкуре. И они что-то затевают.
— Поход на север? — Кейду бросило в холод, несмотря на солнечное тепло.
— Понятия не имею, — Дев пожал плечами. — Я вслушивался в ветер, но не смог сколько-нибудь постичь их язык, а я говорю на нескольких языках материка, помимо почти всех наречий Архипелага.
— А твои чары тебя не выдадут? — с тревогой спросила Ризала. — Ведь этот, в драконьей шкуре, уже отыскал тебя прежде.
— Он не почувствовал, как кто-то смотрит на него с помощью чар, — Дев бросил на нее раздраженный взгляд. — А лишь ощутил, что кто-то новый черпает из стихий недалеко от него.
Ризала не была убеждена.
— Что это означает?
— Ничего, что я мог бы объяснить не рожденному волшебником, — отрезал Дев с отталкивающим чувством превосходства.
— Если бы они были способны отыскать тебя через твое волшебство, мы вернулись бы и застали бы тебя с пробитой копьем головой, — умиротворяюще произнес Кейда. — Так расскажи нам, что ты задумал..
— Ключ в том, что все их волшебство — это чутье и грубая сила. Люди Драконьей Шкуры, кажется, единственные, кто может управиться более чем с одной стихией одновременно. Как я понимаю, это и дает ему власть. В Хадрумале это не сочли бы чем-то серьезным. Опора на все четыре стихии — это первое, чему у нас учат новичков. А меня обучали лучшие из волшебников северных земель. Как я сказал, я вызову Драконью Шкуру на поединок.
Дев щелкнул пальцами и улыбнулся.
— Именно так принято у дикарей, и он не сможет отказаться, иначе все остальные бросятся на него и раздерут в клочья. Мы позаботимся, чтобы все они присутствовали и смотрели на происходящее. Затем, помимо чар, которые я пущу в ход против него, я свяжу несколькими заклятьями ветер и море. Он подумает,
— Очевидно? — невольно вырвалось у Кейды.
— Ему придется ухватиться за доступнейший источник первозданной силы, чтобы совладать со мной, — с неколебимым упорством заверил Кейду лысый чародей. — Как только другие волшебники попадут в его сеть, их собственная оборона рухнет. И если вы оба умеете стрелять из лука быстро и точно, вы сможете всадить по стреле в каждого, и они падут еще прежде, чем сообразят, что происходит.
— Ты чересчур многого от нас требуешь, — возразила девушка.
— Не нужно убивать их на месте. — Дев поглядел на Кейду. — Просто всадить в каждого стрелу, с тем диковинным ядом на острие, которым ты подавил мою волшебную мощь. Это сделает их медлительными, и один из вас сможет пустить вторую стрелу в голову.
— Это не так уж и неосуществимо. — Кейда задумчиво потер рукой подбородок.
— Если мы сможем попасть во всех. — Ризала все еще сомневалась.
— То, что они утратят волшебную силу, поможет тебе одолеть Драконью Шкуру? — спросил Кейда Дева.
— Понятия не имею. — Колдун пожал плечами. — В любом случае, это просто дало бы мне преимущество. У меня свои соображения насчет того, как с ним покончить.
И ты предвкушаешь это, пожалуй, слишком безжалостно. «Никогда не доверяй человеку, если он слишком рвется в бой». Так говаривал Дэйш Рейк.
— Какие именно соображения? — Кейда вперил в него суровый взгляд.
— Это лишено смысла для любого, кто сам не волшебник, — сказал Дев самодовольно.
Кейда не без труда подавил раздражение.
— А как насчет дикарей? Что, если они набросятся на нас? И на тебя?
— Я отнюдь не думаю, что такое случится. Прихвостни дерутся с прихвостнями, а чародеи с чародеями, и прихвостни спешат вовремя убраться с их дороги. В любом случае, как только я покончу с Драконьей Шкурой, они с перепугу выскочат вон из своей разрисованной кожи, — со зловещей ухмылкой пообещал Дев. — Времени как раз хватит, чтобы явились твои союзнички и продырявили их.
Ризала думала о чем-то другом.
— Ты сказал, нам надо собрать всех чародеев вместе. Как сделать это, чтобы нас не поймали и не убили?
— Я покажу им кое-что, и они все бегом побегут к Драконьей Шкуре. — Дев порылся в бумагах, вытянул лист и сунул его Кейде. — Если мы поплывем так, как здесь намечено, то пройдем мимо нынешних становищ каждого. А как только всех расшевелим, надо будет спешить на остров Драконьей Шкуры, опередив их. Вы с девушкой вдвоем сможете управиться с «Амигалом»?
— Думаю, что да. — Кейда поднял взгляд от поразительно точной карты. — Что ты будешь делать?
— Собираться с силами, — откровенно ответил Дев. — Чародейство утомляет волшебника больше, чем все остальное. Если я хочу одолеть Драконью Шкуру, мне понадобится как следует отдохнуть.
— А что, если ты его не одолеешь? — резко спросила Ризала.
— Тогда расхлебывать вам, потому что если не умрет он, то умру я, и мои кровавые ошметки будут, вероятнее всего, разбросаны по палубе. — Дев нежно улыбнулся ей.