Огонь и сталь
Шрифт:
– Эти птички давно вымерли, – спокойно ответил Эйден, он улыбнулся одним уголком рта каким-то своим мыслям и жестом призвал своих сопровождающих следовать за ним.
– Ложь. Я остановлю тебя. Слышишь?
– Слышу, но не слушаю.
Как же хотелось Норду обнажить меч, добежать до него, пока он недалеко ушел, и вдавить лезвие прямо в грудь, увидеть вытекающую кровь, услышать его хрип. Руки так и чесались, а все тело пробивала дрожь от этого желания.
Но тут Эйден сам остановился, даже не соизволил повернуть головы:
– Я сжигаю своих врагов, Норд.
Терпение Норда лопнуло,
– Успокойся, – прошипел мужчина.
Норду ничего не оставалось, как наблюдать за удаляющейся фигурой короля восточной части и глубоко дышать, чтобы утихомирить нарастающую ярость, а побелевшие пальцы все еще так и сжимали рукоять.
– Надо было кончать с генеральским сынком, а не с его стариком, ему и так бы мало осталось, – процедил королевский советник.
– Спокойно, Освальд. Всему свое время, – ровным тоном ответил Эйден.
***
Норд сидел за столом, подпирая одной рукой подбородок, а пальцами другой руки постукивал в такт каплям дождя, бившимся о стекло. Он смотрел на них и все прокручивал в голове встречу на нейтральной территории, думал о предстоящем новом бое, об Эйдене, об отце, о фениксе. Мысли в его голове жужжали, как стая назойливых мух, бились о стенки черепа, отчего все гудело.
Инга поставила перед ним чашку с душистым чаем, который всегда его успокаивал. Как она вошла Норд не услышал.
– Спасибо.
Он сделал несколько глотков, наслаждаясь травянистым вкусом, и спросил:
– Что ты о нем знаешь? Об Эйдене. Отец рассказывал мне, но все время одно и то же. Хочу услышать что-то новое.
– Вряд ли я смогу рассказать тебе что-то новое, я ведь знаю не больше твоего отца. Я помню, как горел замок, дым стоял такой, что даже здесь, на западной части, дышать было невозможно, пепел покрыл нашу землю, такая серость стояла. Позже мы узнали, что королевская семья погибла, в живых остался только маленький мальчик. Но, Норд, как же было жутко осознать, что именно этот ребенок и сжег замок вместе со своими родителями.
– Зачем ему было это нужно?
– Кто знает. Хотя бы ради абсолютной власти.
– Он же был ребенком. Какая тут может быть власть…
– У него демоническая натура, Норд. Такие на многое способны и неважно, сколько им лет.
Они посидели пару минут в тишине, только дождь так и продолжал колотить.
– Неужели мира никогда не будет? – нарушил молчание парень. – Сколько еще должны умереть?
– Твоя мать, Марисса, задавалась этим же вопросом. Она была действительно мудрой и отважной женщиной. Мы все до сих пор стараемся ей подражать, – Инга поправила очки на переносице. – Верю, что однажды мир настанет, я так устала и так боюсь.
Глава 4
Два огромнейших войска встретились лицом к лицу, будто раскатистый гром разверзнул небеса. Эйден и Норд стояли впереди своих армий, сверля друг друга глазами. За спиной Норда послышались лязги оружия, люди принимали боевые позиции, готовясь напасть. Эйден с ухмылкой на лице лишь снял свои перчатки, засунул их в карманы и после его легкого кивка люди Огня с воплем рванули в бой.
Это была первая битва Норда как
Норд подобрался достаточно близко к нему, занес над головой меч и уже опускал его, как Эйден резко развернулся, словно почувствовав это, его руки обдало пламенем, и огненной силой он удержал клинок в сантиметрах от себя. Все это произошло так быстро, буквально за пару секунд. Норд отметил для себя, что реакция короля сравни молнии, а это в разы усложняло задачу.
– Ц-ц, в спину, Норд?
Оттенок глаз Эйдена с теплого янтарного сменился на ярко-алый. Он стал все сильней разжигать пламя и усиливать напор на клинок, отчего Норду все тяжелее было держать меч в дрожащих от напряжения руках, а ноги начинали скользить и буравить землю.
– Я удивлен, Норд. Твой папаша ни разу не подошел ко мне так близко. Интересно, это была трусость или…
– Не смей говорить о моем отце!
– Старик заслужил этого. Столько моих ни в чем не повинных людей пали от ваших мечей, сгнили в мокрых тюрьмах в оковах. Так что и ты тоже отправишься вслед за папашей.
– Аналогично, половина моего народа были сожжены заживо, моя мать умерла в пожаре. Никто не просил вас начинать эту войну, но почему-то вы решили, что вы боги, раз наделены такой силой и можете забирать земли и жизни.
– Что? Норд, мы ничего не начинали. Это твоим предкам сбрендило поймать феникса, и они напали на людей Огня со своим холодным оружием, а мы всего лишь защищались, – Эйден хрипло посмеялся, его даже позабавили слова парня.
– Наглая ложь. Не могло такого быть. Мы ценили мир и не планировали его разрушать.
– Да что ты! Как и мы, – ухмылка Эйдена превратилась в злобный оскал. – Но теперь я планирую завершить дело до конца – уничтожить вас, маленьких беспомощных людишек, которые только ножичками размахивать умеют.
– Вот как. Совсем нечего терять?
– Нечего.
В этот момент прогремел животный рев, отчего в ушах зазвенело, а земля затряслась. Воины попадали, теряя равновесие. Эйден упал на одно колено, удерживаясь рукой о дрожащую землю, другой – балансируя в воздухе. Норд воткнул в землю меч и оперся на него. Что за зверь мог издавать подобный рев? Оглушающий и заставляющий трястись все вокруг. И зверь ли? Норд крепко зажмурился, терпя боль в ушах, ему показалось, что еще немного, и он оглохнет. Когда рев стих все медленно поднялись, испуганно осматриваясь по сторонам и ища, откуда мог идти этот звук. Уже никто не бился и не атаковал, все стояли тихо, боясь пошевелиться. Воцарилась абсолютная тишина, каждый слышал только свое сердцебиение, только треск огня все напоминал о себе.