Огонь и сера
Шрифт:
– И вы в это верите?
– Приходится.
Пендергаст подался вперед, и его обыкновенно льстивый южный акцент зазвучал вдруг с необычным напряжением:
– Леди Маскелин, я пришел сказать, что «Грозовая туча» цела и невредима.
Она уставилась на него немигающим взглядом.
– Вы не первый говорите об этом.
– Но я докажу.
Взгляд леди Маскелин не изменился. Наконец она тускло улыбнулась и покачала головой:
– Я поверю, только увидев скрипку.
– И я верну ее вам. Передам
Д'Агоста не верил собственным ушам. Пендергаст прибыл сюда не затем, чтобы рассказывать этой женщине, будто скрипка цела. Странно, что фэбээровец вообще упомянул инструмент.
Леди Маскелин решительно покачала головой.
– В мире есть сотни копий «Грозовой тучи». Их наштамповали в конце девятнадцатого века, чтобы продавать по девять фунтов.
– Когда я верну вам ее, леди Маскелин...
– Довольно уже этих «леди Маскелин». Каждый раз, как вы называете меня этим именем, мне кажется, будто в комнату вошла моя мать. Зовите меня Виола.
– Конечно, Виола.
– Так-то лучше. А я буду звать вас Алоиз.
– Разумеется.
– Имя у вас очень необычное. Ваша мать была поклонницей русской литературы?
– В нашей семье вообще принято давать необычные имена.
– А в нашей давали имена музыкальные, – рассмеялась леди Маскелин. – Ну расскажите же о «Грозовой туче». Как и где вы ее нашли? Если в самом деле нашли...
– Полностью эту историю вы узнаете, лишь когда скрипка вернется к вам. Вы сыграете на ней, и я расскажу правду.
– Честно говоря, не смею надеяться. Хотя услышать, как звучит «Грозовая туча», я бы очень хотела.
– Тогда будет смыт позор и с вашего имени.
– Чепуха! – рассмеялась леди Маскелин, помахав рукой. – Титулы, род, честь... Оставим этот мусор для позапрошлого века.
– Оставим. За исключением чести.
Женщина с любопытством посмотрела на Пендергаста.
– А вы держитесь старинных манер, я права?
– Держусь подальше от современных, если вы об этом.
– Да. – Улыбаясь, она оглядела фэбээровца с головы до ног. – И похоже, держитесь удачно.
Леди Маскелин вновь привела Пендергаста в замешательство.
– Что ж, – сказала она, поднимаясь, в ее глазах отразился голубой отсвет с моря, а на щеках появились ямочки от улыбки, – со скрипкой или же без возвращайтесь и расскажите о ней. Обещаете?
– Ничто не доставит мне большего удовольствия.
– Вот и славно. Договорились.
– А теперь, – серьезным тоном произнес Пендергаст, – перейдем к цели нашего визита.
– Ах да, большой вопрос, – улыбнулась леди Маскелин. – Я вас слушаю.
– Мне нужно имя той влиятельной семьи, что когда-то владела «Грозовой тучей».
– Я могу дать вам нечто большее, чем имя семьи. – Из кармана она достала конверт и положила его перед Пендергастом. Изящным каллиграфическим
Краска сошла с лица фэбээровца.
– Откуда это у вас?
– Вчера граф Фоско – а его семья и владела «Грозовой тучей» – нанес мне неожиданный визит. Пожалуй, неожиданный – не то слово. Фоско сбил меня с толку. Он сказал, что вы придете и что он – ваш друг и хочет передать этот конверт.
Пендергаст медленно достал из конверта карточку, на которой все тем же размашистым, плавным почерком было написано:
Исидор Оттавио Бальдасаре Фоско,
граф Священной Римской империи,
рыцарь большого креста ордена Квинканкса,
постоянный магистр Розенкрейцерской масонской ложи Месопотамии,
член Королевского географического общества и проч., и проч.,
будет безмерно рад
видеть вас в фамильном имении
Кастель-Фоско
в пятницу, 5 ноября.
Кастель-Фоско,
Греве-ин-Кьянти,
Фиренце.
Пендергаст резко взглянул на д'Агосту, затем вновь на леди Маскелин.
– Этот человек – вовсе не друг. Он чрезвычайно опасен.
– Опасен? Милый толстый граф? – Леди Маскелин было рассмеялась, но смех ее прервался, когда она увидела выражение лица фэбээровца.
– Скрипка – у него, – сказал Пендергаст.
– Так оно и должно быть, – не отрывая взгляда от агента, произнесла женщина. – То есть если скрипка найдется, она должна быть у него.
– Чтобы заполучить «Грозовую тучу», граф жестоко убил четырех человек, а может, и больше.
– Боже мой...
– Никому ничего не рассказывайте. Оставайтесь здесь – на Капрайе вам ничто не угрожает. Если бы Фоско счел необходимым, он бы вас уже убил.
– Вы пугаете меня.
– Да, и мне жаль, но порой лучше бояться. Через два-три дня все закончится. Виола, пожалуйста, будьте осторожны. Просто ждите, пока я не вернусь со скрипкой.
Сначала она не ответила, потом, словно очнувшись, произнесла:
– Вам пора. Иначе опоздаете на паром.
Пендергаст взял леди Маскелин за руку. Так они стояли – молча, неподвижно, глядя друг другу в глаза. Потом Пендергаст развернулся и быстро зашагал к воротам.
Остров таял в воздухе на горизонте. С той минуты, как напарники покинули домик на краю обрыва, Пендергаст не промолвил ни слова, лишь, потерянный в собственных мыслях, смотрел на бурлящий след, тянувшийся за паромом.
– Фоско знал, что вы знаете, – произнес д'Агоста. – Иначе бы он убил Маскелин.
– Да.
– Получается, вся эта история – лишь изощренный план, как заполучить назад скрипку, так?
Пендергаст кивнул.
– Я и не сомневался, что жирная сволочь в этом замешана.