Огни юга
Шрифт:
Все внимательно посмотрели на него.
– Другая группа – местные жители, которые хотят заполучить эту землю под больницу для женщин. На прилегающей к этому участку земле уже есть клиника, которую они хотят соединить с больницей.
– Если земля такая ценность, как ты говоришь, было бы настоящим преступлением тратить ее на другую больницу. Незачем возводить еще одну. Университетская больница разрастается, как раковая опухоль.
– Я тоже так считаю, – сказал Ньют, – вот почему я уже запустил план в действие.
– Ну
– Я действую по всем направлениям. Я начал с Янси Грейнджера, самого главного доктора, который намеревается стать во главе больницы. Я начал дискредитировать его.
– Это необходимо? – поинтересовался Энглес.
– Абсолютно. Я выполнил свое домашнее задание. Идея создания новой больницы принадлежит Грейнджеру. Без него и его исследований в области бесплодия никто бы ничего подобного не придумал. Больница была бы просто не нужна.
– И что ты сделал?
Ньют удовлетворенно улыбнулся.
– Доктору Янси Грейнджеру официально предъявлен иск в связи со смертью новорожденного. – Улыбка стала еще шире. – И женщина, которая предъявила этот иск, очень счастлива – еще бы! – она получила весьма приличную компенсацию.
– Ага, так обвинение сфабриковано, – заметил Миншу, потирая темную щетину на подбородке. – Но у нее есть шанс выиграть? Вы знаете, как трудно натравить одного доктора на другого.
– Никакой другой доктор не нужен. Головешка для костра, на котором сгорит Грейнджер, свалилась прямо куда надо. Его видели на вечеринке перед срочной операцией с выпивкой в руке.
Наступила тишина.
– Так ты говоришь, он был пьян? – спросил Энглес.
– Это не важно, – сказал Ньют, и лицо его стало хмурым. – У нас есть два свидетеля, они подтвердят, что он пил алкогольные напитки. Так что мы подвесим Грейнджера за яйца.
Тейлор бросил на Ньюта странный взгляд.
– Черт, способ, которым ты действуешь, заставляет меня подумать, будто ты лично имеешь что-то против этого парня.
– Только бизнес, мой друг, и ничего, кроме бизнеса.
Но это не был лишь бизнес. А собравшимся в комнате людям вовсе незачем знать о его собственном интересе к Грейнджеру. Однако следует быть осторожным: эти парни могут оказаться проницательными, гораздо более проницательными, чем ему хотелось бы.
Да, было дело, и очень непростое. Но в жизни порой случается такое, что легко может показаться вымыслом. Ньютон мысленно перенесся на несколько лет назад, в то время, когда его первая жена хотела ребенка. Она услышала о Грейнджере раньше, чем он стал известным далеко за пределами своей больницы, и настояла на том, чтобы муж прошел обследование. И оно показало, что Ньютон «стреляет холостыми», то есть он не мог иметь детей.
С того самого дня, когда Янси Грейнджер пришел в его кабинет и сообщил ему об этом, Ньютон возненавидел его всеми фибрами души и мысленно поклялся отомстить. Еще бы – никто и никогда в жизни не наносил
Теперь был шанс расквитаться с этим сукиным сыном, и он собирался воспользоваться им. Кроме того, когда он провернет намеченное дельце, у него будет денег больше, чем он или любая из его любовниц смогли бы потратить.
– Ньют?
Он запустил руку в волосы цвета помоев и помотал головой, словно освобождаясь от нахлынувших воспоминаний.
– Извините. Стратегия состоит в том, чтобы разрушить репутацию Грейнджера еще раньше, чем начнется судебное разбирательство. Вот способ заполучить землю.
– Другими словами, если испортить репутацию Грейнджера, то горожане не расщедрятся и не раскроют свои кошельки. – Уинстон замолчал, устремив взгляд на Ньютона. – Мне нравится.
– Отлично, – сказал Ньют с улыбкой. – И чтобы подлить масла в огонь, я должен сказать, что хозяин земли ненавидит скандалы – он так чтит старинные традиции, что само это слово вызывает у него отвращение.
– Значит, с его точки зрения, доктор обязан быть порядочным человеком, – добавил Энглес.
Ньют кивнул.
– И чтобы еще больше подсластить пилюлю, скажу: женщина, которой мы заплатили, позвонила и сказала, что к ней приходила любознательная репортерша, которая готовит статью о Янси Грейнджере.
Миншу захихикал.
– А она не зря кудахтала, как обычно женщины на своих вечеринках?
– Нет, не должна была. Очевидно, репортерша знала о том случае и поехала расспросить о деталях.
– Звучит неплохо, – сказал Энглес.
– По-моему, тоже, – поддержал его Уинстон. – Получай наше благословение, Ньют. Так держать! Нет ничего лучше хорошей схватки, – он улыбнулся, – за всемогущий доллар.
– Приятно слышать, – сказал Ньют, – я намерен победить, господа. Если мы не совершим ошибки, то эта земля будет наша.
Дана зевнула и отпила глоток кофе. Она никак не могла проснуться в это утро. Но сегодня воскресенье, и можно разрешить себе полениться. Нет, нельзя. Она должна взять интервью как можно у большего числа людей, расспросить их о Янси Грейнджере, но она подозревала, что провинциалы не любят тех, кто пытается выудить у них секреты, да еще в воскресенье.
Кроме того, она обещала провести день с Руни. Она несколько раз поднимала трубку и снова клала ее на место. Руни ей искренне нравился, и она чувствовала, что и он относится к ней так же.
Дана потянулась за газетой «Вашингтон пост». Она поставила чашку, пробежалась глазами по заголовкам и открыла на странице, посвященной проблемам общества, – интересно, о чем пишут.
Заголовок вверху сразу бросился ей в глаза.
Будет ли новый член в семье председателя палаты представителей?