Огни над волнами
Шрифт:
– Это уж точно, – Луиза посмотрела на труп и сглотнула слюну. – Не спешим.
– Итак, открыли свои книги, взяли карандаши в руки и записали первую тему. Дату нынешнюю не забудьте указать, – голос Ворона взлетел к потолку, он встал с кресла. – Итак – «Устройство человеческого тела».
И с этого момента наша жизнь завертелась как колесо кареты богатого аристократа, который только и делает, что каждый день разъезжает по гостям. Мы не успевали замечать не то что дни – недели.
Мы детально изучили Матиуша изнутри, расписывая назначение внутренних органов как в теле человеческом, так
Мы составляли свои самые первые магические боевые формулы, кривые и косые, но все-таки – свои. Результаты получались самые разные, порой совершенно непредсказуемые, но уверенности в себе они многим добавили изрядно. Впрочем, особо разгуляться в замке Ворон нам не давал, выгонял на двор. И еще он запретил испытывать их друг на друге. Под страхом смерти запретил.
Мы заучивали названия болезней и способы их лечения, причем уже не так, как в том году – по верхам и на примитивном уровне, а обстоятельно, разбирая все тонкости. Причем Ворон учил нас не только тому, как их врачевать, но и как их вызвать, что подпадало под строжайшие запреты Ордена Истины и относилось к подразделам черной магии.
Мы изучали способы скорейшего восстановления магической энергии. Это была одна из самых сложных проблем, с которыми сталкиваются подмастерья. Запас наших сил крайне ограничен, если верить мастеру, такова была изначальная воля богов. То есть – пара-тройка сильных заклинаний или пяток слабеньких – и мы становимся безобидными существами, вроде жужелиц. Но при этом есть возможность зачерпнуть силы на стороне – из грозовых туч, у воды и, что довольно рискованно – у Смерти. Читая лекцию на эту тему, наставник через слово говорил: «Тут нужна осторожность, поскольку долг всегда приходится отдавать».
Одно хорошо – после того, как маг получает посох, запас его сил увеличивается многократно. Вот только когда нам их еще выдадут?
Мы проводили опыты с кровью, своей и чужой, нагревая ее и обычным огнем, и магическим, смешивая с ядами и реагентами, причем всякий раз добиваясь разных эффектов, в зависимости от того, какую именно тему преподавал нам наставник.
С утра до вечера, зачастую забывая об обеде, мы запоминали названия разновидностей нежити и нечисти, которая встречалась в Рагеллоне, места их обитания, способы вызова, использования, изгнания и развоплощения.
Мы работали с металлами – серебром и свинцом, изготавливая из них незамысловатые амулеты от живущих в тенях, запоминая и записывая, против какого вида противников какой из них наиболее эффективен. Ну, и цены на их изготовление тоже – Ворон был практичен, и сразу сказал нам, что бесплатные амулеты делают только очень недальновидные маги, склонные к никому не нужному идеализму. Еще он пообещал некоторым из нас, выборочно, что в следующем году, если они до него доживут, он прочтет им отдельный курс по изготовлению более сложных талисманов и амулетов.
Я в число этих избранных не попал, но стороной
– Изучи, – последовал за этим короткий приказ. – Срока тебе на это – две недели, потом мы поговорим с тобой про то, что ты в них понял.
Мы все давно уже смекнули, что наставник изучает нас так же, как мы магические премудрости. Точнее – он оценивает потенциал каждого из нас, отталкиваясь от того, как мы показываем себя в изучении магии.
Впрочем, его предположения совпали с моими интересами – эта тема интересовала меня давно, с того самого момента, когда я смекнул, что, возможно, смогу избежать тех бед, которые мне обещал мастер Гай со дня нашего с ним знакомства.
Правда, сначала я даже немного струхнул, увидев названия книг, которые мне отдал наставник. На обложке одной было написано: «Фотий Раклюс. Кровь. Чары и проклятия», на второй: «Лев К. Шульц. Использование крови в заклинаниях боевой и бытовой магии». Первое, что я подумал – Ворон знает все. То есть – кто я, откуда и зачем сюда приехал. Но потом, поразмыслив здраво, решил, что это все совпадение. Ну, сами посудите – стал бы он со мной иметь дело, зная о том, что я подсадная утка? Да нет, конечно. Прикончил бы он меня при первом удобном случае – и всего делов. И даже объяснять никому ничего не понадобилось бы. Я же никто, и искать меня никто не будет. И претензию никто ему не предъявит – мастер Гай мне не учитель, а наниматель, то есть – все правила соблюдены.
А книги оказались очень интересные. Многое я в них не понимал, язык был для меня сложноват. Это же не учебники были, а трактаты, написанные магами высоких степеней посвящения для таких же, как они сами. Знаний у меня не хватало, а понимать, что там написано – хотелось. Потому каждый вечер я засиживался допоздна в обеденной зале, обложившись томами, в которых искал ответы на свои вопросы. Бывало, чтобы один абзац в «Крови» понять, надо было пять-шесть других книг перерыть. А потом еще и к наставнику подходить, потому как все равно что-то оставалось непонятным.
И знаете – меня это не раздражало и не утомляло. Учиться, вот так, по-настоящему, оказалось интереснейшим делом.
Тем более, что я не один такой был – почти все мои соученики отирались там же, в зале.
Еще один плюс, который обнаружился в таком плотном ритме жизни – у нас не оставалось времени на ругань и споры. Вот совсем. Если в предыдущем году без того, чтобы кто-то с кем-то сцепился, не проходило и дня, то сейчас все это сошло на нет. Некогда и неохота. Сил на подобное не было.
Дни летели за днями, сначала осень вступила в свои права, а к началу ноября, когда листва на всех деревьях сначала совсем пожелтела, а после почти облетела, в ночь выпал первый снег.
– Славно, – сообщил нам Ворон, утром выведя нас на улицу. Он глубоко вдохнул морозный воздух, покрутил от удовольствия головой и повторил: – Славно! Люблю это время года.
– Да чего же в нем хорошего, хозяин? – спросил у наставника Тюба, проходящий мимо нас. – Грязюка непролазная, дожди да слякоть – вот и вся ваша осень.