Огневой контакт
Шрифт:
– Ты что мне обещал? – она улыбнулась своей кроткой улыбкой, оголив ряд ровных, белых зубов. – Такое раз в жизни бывает.
Решетов, тяжело вздохнув, уступил.
Черепу пришлось мучиться меньше. Перебив первым выстрелом ключицу, со второго она попала в грудь.
– А теперь – контрольные в голову, – словно в тумане, услышал Решетов голос Лося и, едва передвигая ноги, побрел к машине.
– Теперь я могу постоять за себя, – шептала она на ухо Решетова на заднем сиденье машины, одновременно пытаясь маленькой горячей ручкой расстегнуть ширинку. –
Настроение у Решетова было гнусным.
Когда Ежов подошел к дверям склада, то первой его мыслью было то, что Спартак надул Антона.
Покосившаяся дощатая дверь была закрыта на небольшой, казавшийся игрушечным, замок. Никакой охраны. Даже освещение над входом отсутствовало.
Антон и Юрий находились в затемненном углу двора, имитируя распитие бутылки водки. Они сидели на остатках детской площадки, на ограждении песочницы, ведя «пьяный» разговор. Между ними стояло два пластиковых стаканчика. На газете лежал нарезанный сыр и кусок хлеба.
В соседнем дворе, в машине Ежова, скучал уже окончательно себя похоронивший Барабан.
Осматривать двор они не решились, опасаясь привлечь внимание. Если снаружи есть охрана, она сама себя выдаст.
Ежов имитировал сильно подвыпившего мужичка, пытающегося найти укромное место для того, чтобы избавиться от накопившихся «продуктов» распада алкоголя и закуски.
– Эти твари могут быть или в квартире над входом в склад, или в какой-нибудь из этих машин, – Антон кивнул на полтора десятка беспорядочно припаркованных у дома автомобилей.
Было уже темно. Густая тень не давала возможности определить, есть ли в какой-либо из машин люди или нет.
Тем временем Еж принялся дергать замок. Едва слышно хлопнули двери «Волги» с тонированными стеклами. Две тени, не спеша, направились в сторону Сергея.
– Бери инструмент и жди сигнала, – прошептал Антон. – Я к машине.
Друзья поднялись со своих мест.
– Э, браток, – вполголоса окликнули Ежа появившиеся за его спиной парни, – ты что там забыл?
Виновато улыбаясь, при этом слегка пошатываясь, он развернулся в их сторону:
– Где здесь туалет?
– Ну ты, брат, даешь, – удивился один из них. – За любым углом! На хрена двери ломать?
– Какой угол? – Еж обиженно надул губы. – Мне по-большому.
– Ты что, любитель по подвалам гадить? – усмехнулся второй, коренастый паренек.
Еж наметанным глазом определил, что говоривший намного опаснее своего коллеги, имеющего нескладную фигуру и большой рост. Оба были одеты в спортивные костюмы.
Не исключено, что эти два оболтуса были здесь не одни, и, пока Антон это не проверит, делать что-то бессмысленно. Краем глаза Сергей наблюдал за своими товарищами. Заметив, как Филиппов нетвердой походкой направился
– Мужики, вы чего, а? Вам-то какое дело?
Парни, переглянувшись, усмехнулись. Было ясно, что поднимать шум они не хотят, да и оружия, по всей видимости, при себе у них нет. Поэтому Еж решил «поборзеть»:
– Валите отсюда.
Тем временем Антон, подойдя к «Волге», постучал в окно со стороны водителя.
– Чего надо? – оторвав взгляд от своих коллег, мирно беседующих с каким-то ханыгой у дверей склада, спросил, опуская стекло, сидевший за рулем молодой мужчина.
– У тебя колесо спущено.
– Какое? – Открывая дверь, сразу забыв о своих обязанностях, тот поставил одну ногу на землю и, высунувшись наружу, посмотрел назад.
Рукоятью пистолета Антон ударил по подставленному затылку. Не издав ни единого звука, парень вывалился из машины.
Сунув ствол за пояс, Антон направился на помощь Ежу.
Услышав шаги, парни, как по команде, развернулись в его сторону.
Ежов, не теряя времени, сделал шаг к коренастому, подсев под него и, схватив руками за обе ноги, с силой дернул на себя.
Грохнувшись на живот, тот через мгновение охнул от резкой, невыносимой боли: Еж, выпрямившись, словно сжатая пружина, носком тяжелого армейского ботинка ударил беднягу в пах.
Длинный недолго находился в растерянности. От Антона до него было не больше трех шагов. Когда Еж свалил коренастого, Антон, подскочив к его напарнику на расстояние шага, двинул ногой в челюсть с такой силой, что тот, пролетев несколько метров, как снаряд, ударился затылком о стену дома и, сложившись, потерял сознание.
Выскочивший из темноты Саяпин монтировкой сорвал замок.
В лицо ударил свет. Юрий, не выпуская из рук фомки, шагнул внутрь склада.
Антон и Еж, заклеив парням рты скотчем и надев специально прихваченные наручники, затащили их в небольшой, заваленный пустыми коробками коридор.
Прикрыв за собой двери, Антон услышал вскрик и глухой удар. Обернувшись, он увидел, как Саяпин, нервно постукивая монтировкой по открытой ладони, что-то рассматривает у себя под ногами.
Подойдя ближе, Филиппов увидел валяющегося у его ног еще одного мордоворота. В руках у того был автомат. Он присвистнул, с опаской обведя заставленный под самый потолок ящиками подвал.
– Как он сразу не услышал, что мы замок ломаем?
– Спал, – Юра кивнул на брошенный в углу матрац.
– Обязанности часового не знает, – раздался из-за спины голос Ежа.
Быстро отыскав коробки с компьютерами и выставив снаружи для наблюдения Ежова, Антон с Саяпиным принялись вскрывать системные блоки.
Навродский уже собрался уходить домой, когда поступила информация о том, что какой-то азербайджанец, погорячившись, расстрелял на Гагарина четырех человек, однако один из них успел смертельно ранить разбушевавшегося.