Огневой контакт
Шрифт:
– Ничего не понимаю… – Линёв встал из-за стола и подошел к окну. – Куда он тогда пропал?
– Может быть, люди Решетова убрали его, – выдвинул осторожное предположение Навродский, глядя поверх головы начальника.
– Только этого нам не хватало, – полковник достал из кармана носовой платок и шумно высморкался. – Так все-таки думаешь, деньги действительно были?
– Не из праздного любопытства вскрыты все системные блоки.
– Тогда непонятно, кто их умыкнул, – задумчиво произнес Линёв.
Ваха
Решетов оказался скользким и неконкретным человеком. Сначала у него из-под носа увели груз, потом ему вдруг взбрело в голову, что Ваха организовал на его дом нападение…
Чиновник, который рекомендовал Решетова как ответственного и надежного мужчину, подвел его, Ваху. Еще больше он подвел Аслана. Аслан, в свою очередь, потерял авторитет среди земляков.
Сегодня у Решетова последняя возможность выбраться из дерьма. Вообще-то его давно нужно было кончить. Слишком много шума из-за каких-то компьютеров. Наверняка он с перепугу разболтал своему окружению о характере груза, а если и не разболтал, то нетрудно было уже и догадаться, что в системных блоках что-то есть.
На протяжении нескольких лет Ваха осуществлял контроль за переброской денег из России в Чечню. Несмотря на то, что на пути этих потоков стояло много препятствий в виде МВД, ФСБ, ГРУ и просто разного рода мошенников, в основном все подобные операции проходили благополучно. Провоз налички осуществлялся по частям, а за оптимальную партию было принято считать один миллион долларов.
В дверь постучали.
В комнате появился Гурно Алхастов.
– Абдула сказал мне, чтобы я зашел к вам.
– Да, я просил его об этом, – подтвердил Ваха, одновременно указав рукой на кресло, стоящее рядом. – Садись.
Дождавшись, когда Гурно опустит свое грузное тело в глубокое кожаное ложе, он сокрушенно вздохнул:
– Сегодня истек срок, который был оговорен с Асланом. – Он выжидающе посмотрел в глаза Алхастову и, дождавшись, когда тот понимающе кивнет, продолжил: – Решетов должен умереть. Я дам тебе денег и людей. Они уже приехали из Москвы и сейчас изучают город. Все русские. Им будет легче это сделать. С нашей внешностью лучше меньше маячить на глазах.
– Как он должен умереть? – спокойно спросил тот.
– Вот за это ты мне нравишься, – улыбнулся Ваха.
Ему действительно был симпатичен этот человек за то, что с точностью до последней буквы исполнял указания.
Ваха
– Свари его заживо. Обязательно сделай видеозапись. Кроме всего прочего, узнай, а он тебе обязательно скажет, кто еще был в курсе всех дел, и уничтожь этих людей. Все нужно подчистить.
Как только Еж, искусанный комарами, увидел выехавшие со двора дачи машины, то сразу набрал номер Саяпина.
– Встречайте старых друзей, – проговорил он в трубку и стал пробираться к своей машине, которую загнал в заросли кустарника и даже накрыл куском маскировочной сети.
Антон и Юра коротали ночь в доме на краю небольшого села, арендованном за несколько бутылок водки у спившегося деда. На Саяпине была форма лейтенанта милиции.
В двух комнатах, несмотря на отсутствие вещей и мебели, царил страшный беспорядок. Набравшись с вечера, старик спал прямо на полу кухни, положив под голову свернутую телогрейку и укрывшись старым половиком.
Друзья, опасаясь подцепить клопов или какую-нибудь другую заразу, полночи просидели на стульях перед старинным черно-белым телевизором, с трудом принимающим две программы центрального телевидения.
Ночь накануне пришлось вообще провести в машине, рядом с трассой. Однако «чехи», видимо, не спешили с отъездом.
Во дворе стоял оформленный по доверенности «жигуль». В сущности, они оплатили его владельцу всю стоимость с лихвой.
После звонка Ежа Антон сел за руль, а Юрий открыл ворота.
К операции по ликвидации Исмаилова и его людей они тщательно подготовились, в чем немаловажную роль сыграли деньги Решетова. Приобрели две машины, радиостанции, форму и документы инспекторов ГИБДД.
Отъехав от села, перед мостом через небольшой ручей Антон притормозил, а Саяпин выпрыгнул из машины.
Через несколько километров, на изгибе дороги, Филиппов остановил машину и включил мобильник:
– Еж, ты меня слышишь?
– Плоховато, но слышу, – раздался в эфире голос.
– Это расстояние большое, – успокоил его Антон. – Когда водка будет?
– Везу, – коротко ответил тот.
Опасаясь, что машины Вахи оборудованы аппаратурой многоканального прослушивания эфира, они условились говорить меньше и намеками.
Антон посигналил.
На проселочной дороге, ведущей через небольшую березовую рощу и выходящей к шоссе, зажглись автомобильные фары, затем заурчал мотор. Через минуту на асфальт выехала «Газель», которой управлял Барабан. Не доезжая метров пятидесяти, он остановился и мигнул светом. Стояла глубокая ночь, и какое-либо движение на трассе отсутствовало.