Огневой контакт
Шрифт:
– Тоже логично, – согласился с ним Юрий. – Только как?
Неожиданно телефонная трель прервала разговор.
– Может быть, Лена? – Регина вопросительно посмотрела на Антона.
– Может быть, – согласился Антон. – Однако трубку на всякий случай возьми ты и, если окажется, что кто-то другой, представься Ленкиной родственницей.
Регина понимающе кивнула головой и взяла трубку.
– Да. Алло… – она пожала плечами. – Что-то вякнуло, и гудки пошли.
Реакция Антона была незамедлительной. Он соскочил со своего
– Закрой за нами двери и никому не открывай. Юрок, а ты за мной. Это Ленка звонить пыталась!
Когда Гулиев дал понять, что на этот раз сыну придется решать возникшую проблему с Поляковой самостоятельно, Спартак неожиданно почувствовал даже какое-то облегчение. Весь вечер, находясь у себя в комнате, он обдумывал план ликвидации бывшей наложницы.
За ужином отец вел себя, как будто ничего не случилось. Однако, когда он, по своему обыкновению, перед сном направился на прогулку в сад, позвал с собой Спартака.
– Я думаю, ты сможешь справиться с женщиной!
Спартак, бросив на него обиженный взгляд, промолчал.
– Зря обижаешься, – не дождавшись ответа, заговорил отец. – Ты привык, что за тебя кто-то все делал. В результате оказался абсолютно неподготовленным к самостоятельной жизни. Что будет с тобой, если со мной что-нибудь случится? – он выжидающе посмотрел на сына. Но тот по-прежнему продолжал идти рядом молча.
Гулиев остановился, взяв его за локоть:
– Ты пойми, настало то время, когда люди начали присматриваться к тебе. Ты же знаешь, что, если меня не станет, останется дело, начатое мною, – он вздохнул, – и, заметь, довольно прибыльное. Здесь, в этом городе, ты самый первый претендент на мое место…
Гулиев лукавил. Он прекрасно понимал, что ни при каких обстоятельствах Рашид, Ичмет и другие представители его рода не дадут этому произойти. Но в глубине души он таил надежду, что хоть какая-то часть пирога достанется после его смерти Спартаку.
До обеда следующего дня Спартак крутился в окрестностях дома, где жила Полякова, но за все время она никуда не вышла.
– Так можно и месяц здесь проторчать, – вслух рассуждал он, сидя на заднем сиденье старенького «жигуленка», принадлежащего его помощнику Нурали.
Нурали с семьей выехал со своей родины, из Таджикистана, еще в начале девяностых годов в надежде переждать начавшуюся там междоусобицу да так и остался здесь со своим многочисленным семейством.
Спартак использовал его в качестве экспедитора и грузчика. Таджик не брезговал никакой работой. Снимая двухкомнатную квартиру в частном секторе на окраине города, был рад любому приработку.
– Ты говорил, что у этой женщины муж сильно пьет, – заговорил Нурали.
– Да, конченый алкаш, – подтвердил Спартак. – Я же тебе его утром показывал, на нем лица не было.
– У меня
За все это время Спартак так окончательно и не решил, как избавиться от продавщицы. Поджидать у подъезда – дело бесперспективное. Наверняка она не шляется допоздна, а убить без свидетелей в такое время невозможно.
До этого момента он рассчитывал заманить ее в машину Нурали, а затем отвезти куда-нибудь подальше, но до сих пор понятия не имел, как это сделать. Поэтому, услышав от Нурали о плане, оживился.
– Что ты предлагаешь?
– Если девчонка сидит дома, тем более одна, то лучше разделаться с ней прямо в квартире.
– А при чем тут муж? – удивился Спартак.
– У мужа есть ключи…
Полякова они без труда разыскали в рюмочной, расположенной недалеко от дома. Уставившись в пространство остекленевшими пустыми глазами, он сидел за одним из столиков, стоящих в углу тесного помещения.
Было три часа дня. Кроме него и двух потрепанных мужичков, опохмеляющихся прямо у стойки, здесь больше никого не было.
Поморщившись, Спартак проследовал за Нурали.
Взяв бутылку водки и два салата, они подошли к столику, за которым горевал Поляков.
– Не возражаете?
Алексей поднял помутневший взгляд на Нурали, затем перевел его на Спартака и, остановив его на бутылке в руке у того, пожал плечами:
– Пожалуйста…
Они уселись рядом.
Спартак разлил в пластиковые стаканы водку.
– Ну что, как говорится, за встречу!
Нурали сокрушенно вздохнул:
– Слушай, ну говорю же тебе, за рулем я!
Спартак обиженно надул губы:
– Год не виделись, а ты… Что, думаешь, я один это буду пить? – он кивнул на поллитровку.
– Давай лучше вечером, после работы.
– Я уже настроился. Да и не сливать же мне ее обратно! – Словно что-то вспомнив, Спартак перевел взгляд на Полякова, безучастно наблюдающего за разговором. – Слушай, брат, тебя как зовут?
– Алексей, – ответил тот.
– А меня Ренат, – ляпнул Спартак первое пришедшее на ум имя. – Слушай, вот товарища встретил, а ему пить нельзя. Составишь компанию?
Поляков пожал плечами:
– Да я как-то…
– Да брось, Леха. Присоединяйся! – Спартак поставил перед ним салат и пододвинул стакан. – Кушай!
На столе появилось пиво. Завязался разговор.
Через полчаса, как и рассчитывал Нурали, Алексея потянуло на улицу, по малой нужде.
Пока они вместе со Спартаком ходили за расположенные неподалеку гаражи, он обследовал карманы куртки, оставленной Поляковым на спинке стула, и достал ключи.
Спартак пил мало. Вернее, наливал себе меньше. К пиву и вовсе не притронулся. Едва глотнул, сморщился, сказал, что кислит, и отставил в сторону. Поэтому основная нагрузка легла на ничего не подозревающего Полякова.