Огненный волк
Шрифт:
— На нем была волчья личина. Купец говорит — это было так похоже на настоящую волчью голову на человеческих плечах, что он до сих пор заикается от страха.
— Личина? — Неизмир посмотрел Светелу в глаза. Оба они помнили, как голова Огнеяра на их глазах стала волчьей головой. Светел опустил взор.
— Нам нельзя ждать, пока он сам нападет на нас, — чуть погодя заговорил Неизмир. — Мы должны быть готовы. И я знаю, что ты должен делать.
Светел вопросительно посмотрел на него. Он и сам уже думал о походе, но, строго говоря, лезть даже с большим войском в неведомые личивинские леса было безумием. Говорлины
— Ты должен поехать к глиногорскому князю Скородуму, — сказал Неизмир. — Ничего не говори ему о Дивии, скажи, что о нем уже больше полугода нет вестей. Наследник чуроборского стола теперь ты. И сватайся к его дочери. Наследнику Скородум не откажет. А когда он будет твоим тестем, он и сам захочет, чтобы Чуробор достался тебе. Даже если Дивий и вылезет со своими личивинами из лесов, против него будем не только мы, но и смолятичи. А Скородум тоже умеет водить полки.
— Когда мне выезжать? — спросил Светел. Замысел брата показался ему очень хорош — пожалуй, это лучшее, что сейчас можно сделать.
— Как можно быстрее. Завтра. Я уже приказал собирать подарки для Скородума и княжны. Если он согласится — он должен согласиться! — играйте свадьбу поскорее. Даже меня не ждите — скажи, что я очень болен и жду тебя дома уже с молодой женой. Торопись. Ведь никто не знает, что задумал оборотень!
Неизмир сжал голову руками, словно тревожные мысли готовы были расколоть ее. Светел ободряюще положил руку ему на плечо, пожал его и вышел. Перед такой дорогой предстояло много сборов, а у него был только один день.
Светел не мог знать, что кое-кто его уже опередил. Безо всякой ворожбы, только выслушав рассказ славенских купцов, Тополь и Кречет поверили, что новый князь личивинов и есть он, Серебряный Волк, вожак их Стаи.
Все эти месяцы они ждали его, бесцельно околачивались по Чуробору и княжескому двору, не желая служить Неизмиру и Светелу, а сами ловили слухи, мечтали о возвращении Серебряного и готовы были устремиться к нему по первому зову. А раз он воюет — им самое место возле него. Не может такого быть, чтобы ему не требовались умелые и преданные воины!
С одного взгляда поняв друг друга, оба кметя тут же бросились вон с княжьего двора. Оставалось только найти Утреча. Во время торгов он целыми днями бродил по площадям, так как очень любил людей посмотреть и себя показать.
— Если надо, я тоже напялю на голову волчью морду! — бормотал Тополь на ходу. — А выть лучше меня ни один личивин не умеет.
— Как мы его только найдем? — сомневался Кречет. — В тех лесах сам Леший ногу сломит!
— Найдем! — отмахнулся Тополь. — У меня на него нюх!
Протолкавшись через толпу на торгу, они скоро нашли Утреча.
Услышав новости, тот едва не подпрыгнул от радости и завопил:
— А чего ждем-то?
— Тебя, болван!
— А я уже бегу!
В согласии его два друга не сомневались. И еще до темноты три всадника выехали из ворот Чуробора. Чтобы привлекать к себе поменьше внимания, они связали длинные волосы в хвосты и спрятали их под ворот рубах, оделись понеприметнее, но взяли с собой все оружие, которое могло пригодиться. Все трое были уверены, что их ждут впереди битвы. Они очень хорошо знали своего
К началу месяца листопада [162] три кметя были уже недалеко от истока Волоты, где начинались личивинские земли. По пути Тополю пришло в голову простое и надежное средство найти Огнеяра: не лезть в глухие леса, где можно вообще пропасть, не встретив ни друзей, ни даже врагов, а ехать к лесистой полосе ничейной земли, где пролегал волок между Волотой и Турьей. При князе Явиправе здесь был поставлен город Межень, защищавший волок, но после его смерти личивины отбили этот край опять и не пускали сюда говорлинов. Сами они тоже здесь не жили, но нередко их дружины выскакивали из лесов, грабили купцов или даже ближние поселения и снова исчезали в лесах.
162
листопад — месяц октябрь
— Раз волчьи морды теперь мыто собирают, стало быть, на волоке постоянно людей держат, — рассуждал Тополь. — У них и спросим, где их князя искать.
— Нашего князя! — поправлял Утреч.
— Если сразу не убьют! — ворчал Кречет, склонный все видеть в мрачном свете. Но Тополь и Утреч отмахивались от его предсказаний.
Осень уже изгоняла с лугов и лесов последние проблески зелени, по ночам становилось очень холодно. Но кмети ехали весь светлый день, не выбирая себе жилья для ночлега, и останавливались там, где их застигнет темнота, по очереди сторожили у костра, а с зарей трогались дальше, охотились по дороге. По обоим берегам Волоты тянулись безлюдные леса, но по берегам нередко встречались маленькие охотничьи избушки, черные пятна старых кострищ, оставшиеся от купеческих караванов. Этот путь был короче, и многие смелые купеческие дружины предпочитали его безопасному, но более длинному пути через Ветляну, Истир и Белезень.
Никто из троих кметей раньше здесь не бывал, но место прежнего города Меженя они узнали сразу. На треугольном мысу над ручьем стоял новенький срубный городок, сверкающий свежеошкуренными бревнами. Над рекой далеко разлетался запах свежей сосновой смолы. При виде его кметям захотелось протереть глаза: не Межень же воскрес из древней трухи? Новенький городок напоминал цыпленка, только что вылупившегося из яйца, — даже рыжие полоски стесанной коры, словно скорлупа, еще усеивали берег и шуршали под копытами коней.
— Того гляди, сам Явиправ навстречу выйдет! — ошалело пробормотал Утреч. — Вы как знаете, а я мертвецов до смерти боюсь!
— Не дрожи, не будет тебе Явиправа! — с издевкой ответил Кречет. — Лучше смотри — тут не Явиправ, а Метса-Пала хозяин.
Тополь протяжно присвистнул, разглядывая ворота городка, обращенные прямо к ним. Над сторожевой башенкой была укреплена огромная волчья морда — в сажень [163] шириной. Ее покрывали настоящие волчьи шкуры, а глаза были выкрашены красной охрой. При виде ее всем троим сначала стало жутко, а потом они, напротив, повеселели. Ведь красноглазого волка они и ищут.
163
сажень— мера длины, 152 см