Огненный Странник
Шрифт:
Глава 7. Мысль – птица быстрая
Он отряхивался от снега, когда услышал за спиной тихий ехидный смешок.
– Ну, ты даешь! Вот умора! – тихий смешок перерос в громкие раскаты смеха, которые чередовались издевательскими фразами. – Это ж надо, до такого додуматься!!! Собачка! За ушком почесать? Ой, прости, рук нет! Клювиком могу, хочешь??? Ну, ты вообще… А если бы она все-таки не в воздух выстрелила, а в тебя? Ты всегда импровизируешь? Учти, я не могу быть твоей нянькой…
– А ну, брысь отсюда! Если я тебе не вырвал перья из хвоста на стоянке, когда ты осмелилась разгуливать по моему байку, то это не значит, что я за твою дерзость этого не сделаю
Ворон, сидевший на ветке дерева, взлетел.
– Дожили! Неблагодарный! – обида сквозила в голосе птицы.
– Вон, я сказал! За другими наблюдай, дятел! – этими словами собеседник перешел все допустимые грани приличия.
Слово «дятел», для ворона, которым птица являлась, было аналогично самому грязному ругательству. Чтобы не вступать в словесную перепалку, которая добром не кончится, ворон решил ничего не отвечать. Птица была оскорблена и обижена до слез. Она сделала пару кругов в воздухе и улетела, оставив своего обидчика один на один с его воспоминаниями о том, как же все-таки и до чего он дожил…
Он со вздохом открыл глаза и не смог понять, где находится. Что с ним творится в последнее время? Каждое его пробуждение начинается с вопросов. Он сел на ложе и огляделся. Комната была ему незнакома, но по интерьеру он понял, что находится в Асгарде 19 , в каком-то лазарете: уж слишком кристально чистым был воздух в помещении. Будто сквозь плотную завесу у него стали проступать воспоминания о случившемся. Все как в тумане… картинки, обрывки фраз… Он встряхнул головой, пытаясь собрать куски мозаики воедино и воссоздать картину произошедших событий. Он вспомнил погоню, вспомнил аварию, и тут его осенило: эта дрянь вогнала в него кинжал! Она же чуть не прирезала его!..
19
Асгард – в скандинавской мифологии небесный город, обитель богов-асов.
– Я смотрю, ты здесь что-то потерял? – раздался у него за спиной почти знакомый голос. – Настоятельно рекомендую не делать резких движений, а то я девушка нервная, могу, случайно тебе слегка отрезать голову.
Если такой сюжет тебя не устраивает, то встаешь медленно, очень медленно.
Сначала он был в недоумении, а потом… Весь адреналин, который до сих пор гулял в нем, взял верх. Зверь его гнева вырвался на свободу.
«И как я ее не заметил? Наверное, хорошо повеселилась. Ну, дрянь, я тебе сейчас покажу! Я буду убивать тебя медленно, очень медленно! Ты каждой клеточкой своего тела сможешь ощутить боль! Ты будешь молить о смерти!»
После этих мыслей он начал медленно вставать. Со словами: «А реакция у тебя плоховата», – он одной рукой зажал ей кисть, в которой был кинжал, а локтем другой, с разворота ударил. Кинжал она не выпустила, но лезвие было уже на безопасном расстоянии от его горла. Он вывернул ей руку и сдавил ее еще сильней, пытаясь избавить ее от оружия. За что в ответ получил хороший удар коленкой по предмету своей гордости. Удар оказался для него чувствительным, и он выпустил ее руку. Теперь они стояли лицом к лицу, и он смог разглядеть ее. Выглядела она хорошо потрепанной: вся перепачкана кровью, половина лица содрана. По свежей кровавой струйке он понял, куда попал его удар.
Она первая начала разговор:
– Опять ты? Неожиданно! И зачем же ты так хотел меня видеть?
В руке
– Я просто хотел поговорить. Кажется, у нас возникли некие денежные недоразумения.
– Правда? А я так не думаю. По мне, так я была довольно щедра. Мало денег оставила? Извини, но большего ты не стоишь.
Эта фраза подействовала на него как красная тряпка на быка. Он сделал маленький шаг в ее сторону. Какие-то минуты соединили нити их жизней. Сплели в один неразрывный узел, который могла разрубить лишь смерть…
Он попытался еще раз обезоружить ее – опять неудачно. Лезвие клинка прошлось по его предплечью. Сначала он этого не понял, но когда, через долю секунды, из раны потекла кровь, он оскалился:
«Эта дурочка даже не представляет, с кем связалась! Через пару минут от раны и следа не будет, а вот на ее мордашке может появиться еще один кровоподтек!»
На этот раз он заехал ей в челюсть. Из разбитой губы тут же потекла кровь.
– Ну, ты и ублюдок! – прошипела она, отплевываясь сгустками крови.
Битва была жестокой. Они были словно два обезумивших хищника – их заводил вид крови противника. Вопреки его ожиданиям ему приходилось нелегко: раны его не только не заживали, а начали еще больше кровоточить. Смертная в очередной раз бросилась на него и вогнала в его ногу кинжал, который вошел почти до кости. Она была слишком уж изворотлива, и подпускать ее на расстояние вытянутой руки с его стороны было опрометчиво. Последним ударом она задела ему артерию.
То, что поначалу ему казалось детской забавой, сейчас становилось не таким детским и смешным. Кровопотеря давала о себе знать. К своему удивлению, он начал понимать, что пора завязывать с этим. Одно его слово и все прекратится. Да, придется потом объясняться, почему он убил эту смертную – но это все же лучше, чем… Девушка случайно пропустила его удар. Она отлетела от него на пару метров и пока собиралась с силами, он уже подошел к ней. С первым ударом ноги, он сломал ей пару ребер. Второй удар достался ее челюсти. Он наклонился над ней и с довольной ухмылкой схватил ее за шею. Первым делом, в его намерениях, было слегка протащить ее лицом по асфальту и тем самым восстановить его симметрию. Это он сделал с особым удовольствием. Наконец-то он избавится от нее, от этого наваждения, от этого запаха, от этих глаз!!! Он ее лицом, словно ластиком, стирал из своей памяти все, что будоражило его и пробуждало в нем непонятные чувства. Одно легкое движение и с ней будет покончено. Стальным кольцом пальцев он еще сильней сжал ей горло:
– Ну что, тварь, допрыгалась?
Под его ладонью заполыхало красноватое пламя. Он произнес заклятье. В этот момент он полагал, что все закончится. Но опять судьба не оправдала его ожиданий. Сначала он был удивлен тем, что его заклятье не сработало, а потом, его удивило ощущение резкой боли в боку. Он отпустил ее шею. Смертная на пару шагов отошла от него, любуясь своей работой. Он пошатнулся и упал на колени. Он чувствовал, что каким-то странным образом, жизнь вытекает из него. Она перевела дыхание и заговорила:
– Да, вымотал ты меня. Отлично дрался, но на этот раз добыча оказалась тебе не по зубам. Извини.
Она подошла к нему, чтобы вытащить кинжал, наклонилась, взялась за рукоятку, но в последний момент в ней что-то дрогнуло:
– Я дам тебе шанс, – прошептала она ему на ухо, – я не стану вытаскивать кинжал. Это – мой подарок тебе. Так не хочется расставаться…
Она не закончила свою мысль, и было не понятно что или кого она не хочет терять: его или кинжал.